ГАЛУСТЯН И ЕГО ДИРЕКТОР ЗАЛИЛИ КИПЯТКОМ ВЕТЕРАНА ВОЙНЫ

по решению суда, компенсацию в размере 300 тысяч рублей должен выплачивать хозяин квартиры, которую они снимали

В весьма щекотливую историю попал организатор гастролей Валерии, Софии Ротару, Валерия Леонтьева и других звезд – директор компании «Кремль-концерт» Сергей Лавров. Несколько лет назад, перебравшись жить за город, он сдал свою квартиру в Протопоповском переулке коллегам по шоу-бизнесу – известному комику Михаилу Галустяну и концертному директору «Comedy Club» Алексею Новацкому, двоюродному брату тогдашнего директора Валерии Ларисы Кацовой. Постояльцы исправно вносили арендную плату и никаких проблем хозяину квартиры не доставляли. А когда они обзавелись другим жильем и съехали от Лаврова, его ожидал неприятный сюрприз.

   - При пересечении государственной границы в аэропорту Лавров с удивлением узнал от пограничников, что служба судебных приставов запретила выпускать его из РФ, так как на нем висит какой-то неоплаченный долг, - поведал его адвокат Сергей Жорин. – Выяснилось, что в 2007 году, когда в квартире Лаврова проживали Галустян и Новацкий, в их отсутствие произошел залив квартиры, расположенной этажом ниже, и пострадавшая бабуля обратилась в суд с требованием выплатить ей компенсацию. На самом деле залив произошел не из квартиры Лаврова. У него все было сухо. Судя по всему, прорвало трубу в стояке. Но, как известно, добиться компенсации от эксплуатирующей организации, которая некачественно выполнила свою работу, весьма проблематично. И мудрая бабуля, видимо, посчитала, что проще будет что-то получить от хозяев верхней квартиры. Тем более, что Галустян и Новацкий подкидывали ей деньжат, и она уже воспринимала это как должное. А у наших судов по таким делам, как залив, позиция крайне простая: раз вода лилась сверху, значит, виноват хозяин верхней квартиры. Разбираться в ситуации никто не стал. Лаврова даже не вызвали в суд. Дело рассмотрели без него и вынесли заочное решение в пользу бабули. После того, как вся эта история вскрылась, это решение было нами обжаловано и отменено. И началось новое судебное разбирательство. В ходе этого разбирательства наши оппоненты предоставили суду подложный акт, из которого следовало, что течь была в квартире Лаврова. Но его квартиру никто не обследовал. Люди, чьи подписи стояли на этом акте, были вызваны нами в суд. И подтвердили, что они этот документ не подписывали. Несмотря на это, суд первой инстанции вынес решение о выплате компенсации порядка 300 тысяч рублей. А Мосгорсуд, куда мы обратились с жалобой, это решение утвердил. Это просто беспредел. Сейчас мы намерены написать жалобу в Президиум Мосгорсуда и лично Председателю Мосгорсуда Ольге Егоровой. Но, скорее всего, это ничего не даст, и Лаврову все равно придется платить.

   У хозяйки затопленной квартиры Нины Юшиной, естественно, оказалось совершенно иное мнение о происшедшем.

У них в квартире воды не было. Только пар стоял, как в бане. Вся вода ко мне ушла. Алексей оказался хорошим парнем. Помог мне собирать воду. Я свечки держала. А он по 10 литров воды таскал. Но никаких бумаг мне не подписал. «Я очень вам сочувствую, - сказал Алексей. – Но я вам ничего подписать не могу. Я здесь не хозяин. Я только снимаю эту квартиру». Ко мне приходили страховой агент и представители нашего РЭУ «Спасское». Долго составляли акт о заливе. Они еще не все туда вписали – только стены и потолок. Сказали, что за остальное РЭУ не отвечает. А у меня паркет весь поднялся и стал черный. С антикварной румынской мебели сползла вся полировка. Кровать вместо полированной стала белая. Матрас и подушки пришли в такую негодность, что их пришлось выкинуть. В довершение всего мне два месяца не включали свет. Боялись, что будет замыкание. Я пыталась договориться с Лавровым по-хорошему. А он послал меня на три буквы и сказал: «Подавай в суд!». Я-то не хотела судиться. Но меня заставил главный инженер РЭУ «Спасское». «А чего вы ему прощаете?» - сказал он. Конечно, сама я этим не занималась. Я не в состоянии это делать. К счастью, за это дело взялся мой родственник, муж внучки. Было 6 или 7 судов. Но Лавров скрывался и на них не являлся. А все остальные вдруг сделались добренькие и встали на его сторону. У нас тут в доме есть общественница Любовь Васильевна. Она все видела. И, когда составляли акт, я сама приводила к ней в квартиру страхового агента. А на суде она заявила: «Я ничего не знаю. Я нигде не расписывалась». В результате это дело затянулось на несколько лет, и я до сих пор не могу с Лаврова ничего получить.

   Разобраться в этой неоднозначной истории помогла старшая по дому Любовь Афанасьева – та самая «общественница», о которой шла речь выше.

   - Я ни за кого – ни за Сережу Лаврова, ни за Нину Васильевну Юшину, - заявила Любовь Васильевна. - Я только за правду. В тот день, когда все это случилось, я ездила на похороны моей дочери. Вернулась, а тут авария. Все начали совать мне какие-то бумаги. Может, я что-то и подписала. Но я тогда была так убита горем, что не могла вникнуть в суть этих бумаг. По моему мнению, вину на Лаврова возложили несправедливо. Нине Васильевне нужно было требовать деньги с «кавээнщиков», которые у него жили. А Лаврова здесь вообще не было. И протечка произошла не по его вине. У нас тащили трубы, ставили стояки. И должным образом не заделали их. Вот и стала протекать вода. РЭУ предлагало Нине Васильевне сделать ремонт. Но она отказалась и решила судиться с Лавровым. Точнее говоря, это даже не она решила. У нее зятек очень грамотный. Как говорится, и нашим, и вашим, и немцам, и чувашам. Это он захотел получить денег и заварил эту кашу с судом. Лавров года два или три здесь не появлялся. Все письма, которые ему присылали из суда, получала я. Потом мы с ним встретились. Я ему объяснила ситуацию. «Давайте я заплачу ей 20 или 25 тысяч! - предложил Сергей. – И закроем этот вопрос». Но Нина Васильевна сказала: «Пусть он свои деньги прилепит к одному месту!». Я понимаю, конечно, приятного мало, когда тебя залили. Ну, не надо же быть такой, извините за выражение, хамкой. Уже после того, как она сделала ремонт, снова случилась протечка. Тогда Миша Галустян уже здесь не жил, и Леша Новацкий пустил в квартиру другого «кавээнщика» по имени Олег. Он стирал брюки и забыл выключить воду. Нину Васильевну совсем немножко подтопило. Но она все равно с них слупила 6 тысяч. Я сама ходила к Леше Новацкому и говорила: «Надо заплатить, чтобы не было претензий». Меня тоже заливало с верхнего этажа. Я тут буквально плавала. Но я в суд ни на кого не подавала. Решила эту проблему своими силами.

   Михаил ФИЛИМОНОВ («ЭГ» № 20, 2011)