ОСИН ДОЛГИЕ ГОДЫ СТРАДАЛ ОТ БЕЗОТВЕТНОЙ ЛЮБВИ К «СТРЕЛКЕ»

Именно Юлию Беретту певец незадолго до смерти снял в своем последнем клипе на песню «Любимая»

Минувшим летом продюсер группы «Ласковый май» Андрей Разин предупреждал о критическом состоянии исполнителя «Плачет девочка в автомате», «Приходи ко мне, морячка», «Таня плюс Володя» и многих других хитов Евгения Осина. По словам Андрея Александровича, его организм, ослабленный беспробудным пьянством, уже начал разрушаться, и без срочного медицинского вмешательства жить ему осталось совсем недолго («ЭГ» № 26, 2018). К сожалению, убедить певца отказаться от спиртного и обратиться к врачам так и не удалось, он продолжал усиленно закладывать за воротник и 17 ноября в возрасте 54 лет скончался в собственной квартире от остановки сердца.

   Основательно бухать Осин начал еще в 90-е, когда его карьера находилась на подъеме, и во время предвыборной кампании вместе с ним на сцене отплясывал другой известный алкаш – тогдашний президент России Борис Ельцин. Как свидетельствовала вскрытая хакерами база данных ГИБДД, на Евгения было составлено наибольшее среди артистов количество протоколов за управление автомобилем в нетрезвом виде. В 1998 году он подрался с полицейскими, задержавшими его за рулем подшофе, и от удара прикладом автомата получил перелом двух ребер. А в 1999 году на Кипре заработал серьезные телесные повреждения в пьяной драке с чем-то не угодившими ему отдыхающими.

   - Женя был просто в невменяемом виде, - рассказывал очевидец кипрского инцидента – певец Сергей Крылов. - Я мирно разговаривал с этими ребятами. А он вмешался в наш разговор. Назвал ребят нехорошими словами, за которые любой уважающий себя мужчина даст в морду. Еще у него была такая фраза: «Ты вообще понимаешь, с кем разговариваешь?». И она была ключевой. В общем, Женя сам был во всем виноват. Когда он трезвый, он очень хороший парень. Думаю, ему нужно просто прекратить пить. И после случая на Кипре у него были проблемы на почве алкоголя. Видимо, его преследуют какие-то неудачи, и поэтому он пытается забыться при помощи напитков. 

   - Как я мог первым напасть на двух ребят? Это полный бред и маразм! – возмущался тогда Осин. - Это они были пьяные и привязались ко мне: «Ты Осин, что ли? Ну-ка, постой и поговори с нами!». Потом завалили меня на асфальт и стали дубасить. А Крылов даже рукой не пошевельнул, чтобы меня защитить. И с ГИБДД у меня было не все так просто. Многим инспекторам по кайфу напрячь известного человека. Видимо, они таким образом самоутверждаются. А если уж известный человек пьян… Ни для кого не секрет, что артисты часто бывают на различных презентациях. Где-то чисто символически приходится с кем-то чокнуться. Но для инспектора важен сам факт наличия запаха.

   Между тем из-за злоупотребления алкоголем вся жизнь Евгения постепенно пошла наперекосяк. Измучанные его нетрезвыми выходками, от него одна за другой сбежали две жены – работавшая с ним как бэк-вокалистка Елена Куштанина и работница банка Наталья Черемисина, которая родила ему дочь Агнию. Организаторы концертов, опасаясь, что запойный певец не сможет выйти на сцену, все реже приглашали его выступать. Телевизионщики вырезали его выступления из-за слишком пропитого вида. А в последние годы он появлялся на телеэкране исключительно в скандальных ток-шоу, в которых смаковали тему его пьянства и показывали его в совершенно неприглядном виде.

   - Конечно, Женя, как и все мы, не являлся идеальным, - призналась давняя подруга Осина – бывшая солистка группы «Стрелки» Юлия Беретта. - Тем не менее, он был большим талантом и очень хорошим человеком. Наше общение началось в далекие 90-е. Женя тогда жил в одном доме и дружил с продюсером «Стрелок» Игорем Силиверстовым. Первое выступление нашей группы проходило в ночном клубе «Метелица». Там мы с Женей и познакомились. Я была совсем юной и относилась к нему с уважением и интересом. Но как к большому артисту, а не как к мужчине. А у Жени, видимо, внутри что-то ёкнуло. И он стал настойчиво ухаживать за мной. Встречал меня после концертов и отвозил на машине домой. Причем, красивая машина у него находилась в сервисе. И он приезжал за мной на «Жигулях». Я жила в Переделкино. Нас каждый раз останавливали на посту ГАИ. И я, как минимум, по полчаса ждала, пока Женя разбирался, что он нарушил. Мне это было неудобно, так как концерты у «Стрелок» проходили каждый день, и оставалось очень мало времени для сна. Но я была воспитанная девочка и не решалась его отшить. А наших продюсеров, наоборот, устраивало, что я ездила с Женей. Остальным участницам группы они давали деньги на такси. А на мне у них получалось сэкономить.

   Несмотря на то, что у Жени в то время уже были проблемы с алкоголем, при мне он не выпивал. По крайней мере, я этого не видела. Мне даже казалось, что, увлекшись мной, он совсем завязал. Знаки внимания, которые Женя мне оказывал, были очень милыми и искренними. Он был немножко куркуль. Но даже в этом был чертовски обаятелен. Однажды мы всем коллективом оказались у Жени дома. У него была собака – чихуахуа. Я стала с ней играть. И через какое-то время он мне подарил такую же. Правда, когда я поехала снимать ей камни с зубов, выяснилось, что она уже в возрасте. Для меня так и осталось загадкой, откуда он ее взял. Возможно, из приюта для брошенных животных. Еще Женя похвастался нам навороченным по тем временам музыкальным центром с CD-проигрывателем. У меня тогда был только кассетный магнитофон. И когда Женя хотел подарить мне свои компакт-диски, я ему честно призналась: «Спасибо, но мне не на чем их слушать». Он это запомнил и в очередную нашу встречу преподнес мне в подарок свой музыкальный центр, аккуратно упакованный в газету и замотанный изолентой. Мне было неудобно его брать. Я стала отказываться. «Если ты не возьмешь, я его выкину!» - пригрозил Женя. «Ну, зачем его выкидывать? – возразила я. - Он же такой хороший». «Ничего, я себе новый куплю», - ответил он. Это было так трогательно. Пришлось мне взять этот музыкальный центр. Он до сих пор стоит дома у моей мамы. Еще лет десять назад я хотела его выкинуть за ненадобностью. Но мама не дала мне этого сделать.

   Любовных отношений у нас с Женей не было. Я сразу дала ему понять, что не готова на близость с ним. Но Женя на что-то надеялся. И очень обижался, что я не отвечала ему взаимностью. В конце концов, из-за этого мы отдалились друг от друга и долгое время не виделись. А восемь лет назад случайно встретились на каком-то мероприятии и снова стали общаться. Женя в то время уже редко бывал трезвым. Его мучила депрессия из-за творческой невостребованности и неустроенности в личном плане. «Давай я буду писать тебе песни и тебя продюсировать!» – предложил мне он. «Давай!» - согласилась я. Дать ему любви как мужчине я не могла. И мне хотелось хоть таким образом его поддержать. Мы обсуждали какие-то планы. Но дальше разговоров дело не пошло. Единственное – он дал мне три свои песни. Одну из них я записала. Называлась она «Сколько можно». Чтобы выпустить ее на диске, мне нужно было подписать с Женей договор как с автором. Я приехала к нему домой и тогда впервые увидела его в состоянии запоя. Это было что-то ужасное. Пришлось вызывать «скорую» и везти его в реанимацию. «Он уже на волоске, - сказали мне врачи. – У него много болячек, которые развивает алкоголизм. Ему нужно следить за собой и вести здоровый образ жизни. Иначе все закончится плохо».

   Я попыталась помочь Жене справиться с этой проблемой. Навещая его в больнице, наставляла на путь истинный. Апеллировала к его вере в Бога. Но вера не помогала ему в той степени, в какой это было необходимо. Прокапавшись и придя в себя, он рассуждал очень пессимистично. Было такое ощущение, что, когда он переставал пить, ему становилось страшно. «Юля, клянусь, я завязываю с выпивкой, - говорил Женя. - Не хочу умирать с раздутым от цирроза печени животом». Недели три я курировала его. Потом немного успокоилась и занялась своими делами. А когда позвонила ему, чтобы узнать, как его здоровье, выяснилось, что он снова ушел в запой. Вместе с его директором и моим мужем мы поехали к нему домой. Я стала отнимать у него алкоголь. В результате мы чуть не подрались. И он с бутылкой и штопором спрятался от меня в ванной. Один мой друг, устраивавший мне концерты и заинтересованный, чтобы Женя в них участвовал, предлагал вывезти его на лечение в Америку. Но реакция Жени на это предложение была крайне агрессивной. «Зачем ты привела ко мне этого чувака? – говорил он. – Ты что, с ним спишь?». Потом я пообщалась с его сестрой Альбиной, которая всегда была рядом с ним. И поняла, что все попытки ему помочь бесполезны. Есть алкоголики, которых невозможно вылечить. Они не готовы смириться с этой реальностью и занимаются самоуничтожением. Женя был из их числа. Он не хотел лечиться. Ему нравилось, когда он был в центре внимания, и его все жалели. Нравилось положение жертвы.

   В какой-то момент я перестала брать трубки на звонки Жени и слушать его жалобы. И он нашел свободные уши в лице журналистов. Его начали приглашать на телепередачи. Оплачивали ему лечение. Но на самом деле до его здоровья никому дела не было. Его просто использовали для поднятия рейтинга. Он жаловался, что телевизионщики его постоянно обманывали, пользуясь тем, что он нуждался в деньгах. Обещали за участие одну сумму. А потом выдавали в конверте совсем другую – намного меньше. В мае этого года Женя вдруг на какое-то время сам перестал пить. «Ты меня поддержишь? Снимешься у меня в клипе?» - спросил он. «Вообще, не вопрос», - ответила я. Клип был на песню «Любимая». Снимали его у Жени в подъезде, где у него была оборудована музыкальная студия. Он сделал меня главной героиней. Навешал в студии моих фотографий. И заставлял режиссера вставлять меня в кадры, где по смыслу я не должна была присутствовать. «Зачем я там? – недоумевала я. – Меня и так в клипе слишком много». «Нет, тебя мало», - не соглашался Женя. К сожалению, потом он попал в аварию на мотоцикле, сломал руку и снова забухал. Звонил мне пьяный по ночам. Просил сняться в следующем клипе. Но этим планам уже не суждено было осуществиться.

   - Недавно мне заказали Осина на корпоратив, - рассказал директор продюсерской компании «Кремль-концерт» Сергей Лавров. - Я объяснил заказчику, что артист в последнее время пьет, и не стоит с ним связываться. Но заказчик оказался его большим поклонником и настаивал на его приглашении. Не торгуясь, был готов заплатить ему за выступление десятку евро. Мне ничего не оставалось, как вступить в переговоры с Осиным. Выяснилось, что все телефоны у него поменялись. С большим трудом я нашел его актуальный номер. Набрал ему и услышал в трубке несуразный пьяный голос, который не мог связать двух слов. «Позвоните мне завтра! – промычал он. - Сегодня я уже устал». Это было вечером 4 ноября – в день народного единства. «Видимо, артист хорошо отметил праздник, - подумал я. – Надо дать ему прийти в себя». Перезвонил Осину утром 6 ноября. Но его голос нисколько не изменился и оставался таким же пьяным. «Женя, вы можете отработать концерт?» - спросил я. «Свяжитесь с моим директором!» - заплетающимся языком сказал он и продиктовал мне его телефон. К моему удивлению, по этому телефону ответила какая-то старая бабка, которая знать не знала ни про какого Осина. Через какое-то время я попытался позвонить артисту снова. Он по-прежнему был нетрезв и отправил меня к директору уже по другому номеру. Но и там вместо директора обнаружился совершенно посторонний человек. До корпоратива оставалось всего несколько дней. Мне стало понятно, что дальше вести переговоры бесполезно. Я обрисовал ситуацию заказчику. Он мне сначала не поверил. Связался с Осиным сам. И тоже услышал бессвязное пьяное бормотание. В результате вместо него пришлось пригласить других артистов. А в разгар корпоратива я получил эсэмэску: «Осин умер». Мне чуть плохо не стало. Я работал с ним в начале нулевых. Он тогда пользовался невероятным успехом. Да, после концерта мог выпить. Но работе это не мешало. А потом спрос на него резко упал. Видимо, публике его песни поднадоели. Такое было и с Валерой Меладзе, и с группой «Руки вверх», и с другими успешными артистами. Многие из-за этого уходили в запой. У Иры Аллегровой такой период был, когда с ней работал композитор Алексей Гарнизов. Помню, как к ним не приедешь, они всегда были подшофе. И Толик Бондаренко из группы «Нэнси» одно время не просыхал. Но эти артисты смогли пережить падение, и через какое-то время дела у них снова пошли на лад. А Осин, к сожалению, не справился с самим собой и пришел к вот такому печальному финалу.

   Михаил ФИЛИМОНОВ («ЭГ» № 48 и 49, 2018)

   Газетная версия часть 1 https://www.eg.ru/showbusiness/672997

   Газетная версия часть 2  https://www.eg.ru/showbusiness/676029