МУРОМОВУ ЩЕДРО ПЛАТИЛИ ЗА НОЧНЫЕ ГУЛЯНКИ ПУГАЧЕВОЙ

75 лет назад, 18 ноября 1950 года, появился на свет добрый друг «Экспресс газеты» - певец и композитор Михаил МУРОМОВ, покоривший публику в конце 80-х своими хитами «Яблоки на снегу» и «Странная женщина». Накануне юбилея наш музыкальный обозреватель побеседовал с Михаилом Владимировичем о его прошлом и настоящем.

   - Уехавшая из России Алла Пугачева упомянула вас в недавнем интервью иноагенту Катерине Гордеевой. Мол, Муромов раньше говорил, что она перекрывала ему кислород и не пускала на телеэкран, а потом, молодец, отказался от своих слов.

   - Я никогда и не говорил, что она мне что-то перекрывала. Не знаю, кто это брякнул. Говорил я о том, что на телевидении была команда прихвостней, которые все время хотели перед ней выслужиться и что-то сделать ей в угоду. «Мы этого артиста отсюда вырежем, - интриговали они. - А того вообще не будем снимать». Меня тоже долго заворачивали. Первый телеэфир у меня был в 1981 году на Московской программе. Режиссер Олег Штода взял мою песню «Птица - синее крыло» в передачу «Клуб молодоженов» с условием, что я буду петь ее дуэтом с уже известной Олей Зарубиной. Также в начале 80-х я появлялся с песнями «Флюгер» и «Теплые ливни» на местных программах в Ленинграде и Алма-Ате. А на Центральное телевидение, пока в 1986 году Оля Молчанова из редакции народного творчества - спасибо ей огромное! - не показала меня в своей передаче «Шире круг», мои песни упорно не пускали. Одни «Яблоки на снегу» выкидывали из эфира восемь раз. Но при чем тут Пугачева? С ней у меня никаких точек противостояния не было. Познакомились мы еще в конце 70-х. Я тогда работал метрдотелем в ресторане «Старый замок» на Ильинском шоссе. Это был один из трех-четырех ночных кабаков на всю Московскую область. Закрывались мы в 4 утра. А внизу уходящих гостей поджидал Миша Звездинский, чтобы везти их для продолжения в Архангельское. Гости у нас были солидные - футболисты, КГБшники, иностранные бизнесмены и журналисты. Ходили к нам и Пугачева с Викой Брежневой - внучкой тогдашнего генерального секретаря ЦК КПСС. Платили хорошо. Я им делал отдельную кабинку. И они гуляли до упора. А когда я уже начал работать на эстраде, мы с Пугачевой вообще не пересекались. Но, как мне рассказывали, она относилась ко мне с уважением. Одному известному композитору однажды сказала: «Ты сначала напиши такую песню, как «Странная женщина», а потом будем про Муромова говорить».

   - Если Алла Борисовна так высоко оценивала ваше творчество, почему же вы ни разу не появились в ее «Рождественских встречах», где она с 1988 года собирала лучших, по ее мнению, артистов?

   - Чтобы туда попасть, надо было ходить на всякие посиделки на дачах и навязываться ей. А я не умелец льстить, подлизывать и подмазывать. Я пробивался своим путем - через кассеты, через участие в фильмах и спектаклях. Да и не нужны уже мне были эти «Рождественские встречи». К тому времени меня и так везде крутили. Я был четырежды лауреатом «Песни года». Причем, не приватизированной Игорем Крутым, а еще той, советской, где победителей определяли по письмам телезрителей. Я в эту передачу не напрашивался, не пихался. Они сами меня приглашали. Моя фотография как самого популярного певца целый год висела на здании ТАСС. Мне этого было достаточно. Я считал, что достиг своей мечты, которая родилась у меня в 4-ом классе - самому сочинять и исполнять такие песни, чтобы они зазвучали по всей стране.

   - В последние годы вы не слишком частый гость на телеэкране. Как у вас складываются отношения с нынешним телевидением?

   - Год назад меня уговорили поучаствовать в вокальном шоу на одном федеральном телеканале. К сожалению, никакого удовлетворения от этого я не получил. Петь вживую, как я привык, там никому не давали. Вроде бы давно ушли в Лету времена, когда, по техническим причинам, использование фонограммы было повсеместным и на каком-то партийном концерте актер Вячеслав Шалевич даже стихи читал под «фанеру». Сейчас есть вся необходимая аппаратура, чтобы обеспечить качественный «живой» звук. Нет, нас заставляли выходить и шамкать ртом. Многие, в том числе я, попросту не попадали в записанные каналом фонограммы. Там было наложено так много всяких звуков, что спеть их одновременно не представлялось возможным. Моим «Яблокам на снегу» еще и аранжировку сделали никуда не годную. «Если бы эта песня изначально вышла в таком виде, она бы сорок лет не прожила», - говорил я им. Но они ничего не слушали. Дискотечные песни зачем-то замедляли в два раза и уверяли, что так они будут лучше звучать. А ставить оценки участникам пригласили ведущую передачи о грязном белье знаменитостей и других столь же «компетентных» специалистов. Я задал им вопрос: «Кто-нибудь из вас готов ответить, сколько бемолей в си-бемоль миноре?». Все промолчали. Попытался подергаться лишь один представитель известной эстрадной династии. Только в музыкальной грамоте он оказался слабоват. Сказал, что бемолей в этой тональности семь. А на самом деле их пять. И этот момент из эфира убрали. Потом тот же канал назойливо зазывал меня в еще одну их передачу. Но, предчувствуя, что с их стороны снова будет какая-то подстава, я от греха подальше отказался.

   - В концерте к юбилею поэтессы Ларисы Рубальской, который недавно показывал канал «Россия», вы тоже отказались участвовать? Вашу «Странную женщину» на ее стихи там пел Алексей Чумаков - муж экс-солистки группы «Блестящие» Юлии Ковальчук.

   - Для Рубальской я бы спел где угодно. Я очень благодарен ей за «Странную женщину». Изначально она видела исполнителем этой песни Сашу Серова. Но, по совету Оли Молчановой, отдала ее мне. И потом Рубальская меня выручала. В начале 90-х для фильма «Дура», где я играл убиенного шофера-испанца, мне срочно понадобилась песня. Я прямо со съемки позвонил ей. И она написала романс «Черные стрелы», который и прозвучал в этом фильме. Когда меня позвали на ее юбилейные концерты в Питере, я с радостью поехал и выступил. А в концерте, который снимало телевидение, мое участие и не планировалось. На каждом канале существует определенная колода «своих» артистов. И во все проекты каналы пихают их. Даже сама Рубальская не знала, кто будет выступать на «России». С ней этот вопрос не согласовывали. «Это будет для вас сюрприз», - сказали ей. До эфира кто-то из зрителей выложил в интернет снятое из зала выступление Чумакова со «Странной женщиной». От его исполнения я пришел в ужас. Простой парень, участник СВО, у Андрея Малахова и то исполнил эту песню лучше. А Чумаков проблеял что-то невразумительное - мимо гармонии, мимо смысла, мимо всего. «Я нарочно спел хуже Муромова, чтобы его не обижать», - хитро оправдался он. Только с ухудшением у него явно вышел перебор. Я связался с руководством канала и хотел как автор запретить им выпускать это безобразие в эфир. «Понимаете, это очень тяжелая песня, - объяснял я. - Чумакову она оказалась не по силам. Хороших отзывов точно не будет». Но меня убедили пойти на уступки. «Ну, ладно, пусть поет!» - согласился я. Но, как я и предупреждал, ничего, кроме позора, это не принесло. В интернете на Чумакова все ругаются. А мне его просто жаль. В принципе, паренек он талантливый. Но не в вокале. Мне говорили, у него хорошо получаются пародии. Может, ему лучше этим заниматься?

   - А кому из нынешних артистов вы бы доверили исполнить «Странную женщину»? Может, Григорию Лепсу? Или модному SHAMAN’у?

   - Эту песню, кроме меня, нормально спел только один человек - Иосиф Кобзон. «Мне так нравится твоя «Странная женщина», - признался он мне в гримерной на каком-то концерте. - Можно я ее спою?». Я его очень уважал и, конечно, не возражал. Даже предлагал ему использовать мою «минусовую» фонограмму. «Да зачем? - отказался Иосиф Давыдович. - У меня музыканты сами все сыграют». Еще я давал разрешение на исполнение этой песни Сашке Иншакову. Он, правда, не стал делать форсаж и подниматься на октаву вверх. Спел в такой «диванной» манере. Но тоже получилось красиво. По-хорошему, «Странную женщину» нужно петь животом, а не гортанью. Когда в 90-х я приехал в Америку, меня спрашивали: «Где вы учились такому пению?». «В бассейне «Динамо», - отвечал я. - У меня как у пловца была хорошая дыхалка». Сейчас певцов, которые потянули бы эту песню, на эстраде нет. Видимо, никто не занимается плаванием. SHAMAN - прекрасное в своем роде явление. Пусть дальше шаманит и поднимает народ! Но чтобы он пел «Странную женщину» - упаси Господи! Тем более я бы не доверил ее Лепсу. Видели его недавнее выступление на Дальнем Востоке? Почему народ, пришедший на концерт, должен смотреть, как он плюется, курит и падает на сцене?

   - Зато у Лепса невеста на 44 года его моложе. Не думали тоже завести себе какую-нибудь молодуху и жениться?

   - Мне и без женитьбы хватает женского внимания. Какие-то особенные изменения в личной жизни мне уже не нужны. Я привык жить один в своей однокомнатной квартире. Не представляю, как в ней может поселиться кто-то еще. И брать квартиру побольше у меня желания нет. Возрастут расходы на ее содержание. Понадобится домработница для поддержания порядка. А зачем мне это? Чтобы пригласить кого-то в гости, у меня есть дача на Истринском водохранилище. Там полно места. Я начал ее строить, когда еще была жива моя мама. Она успела на этой даче пожить. Собрала на участке четыре полновесных урожая, начиная от редиски и заканчивая помидорами. Сейчас грядками занимаются мои друзья, которые приезжают ко мне погостить. Сам я ничего не сажаю и не выращиваю. Больше половины участка у меня занято газоном. Для меня это самое главное на даче. Газон с ветлой напоминает мне картинку из школьного учебника «Родная речь». В свое время мне предлагали пожить и поработать в Америке. Но мне там было скучно. А здесь я замечательно себя чувствую. Радуюсь каждой капле дождя и каждому лучику солнца. А на всяких неприятных моментах стараюсь не зацикливаться.

   Михаил ФИЛИМОНОВ («ЭГ» № 46, 2025)

   Газетная версия https://www.eg.ru/showbusiness/5257422