ОТЕЦ ДЕЦЛА ЗАПОДОЗРИЛ, ЧТО ЖЕНА ЕГО СЫНА РОДИЛА ОТ ДРУГОГО

Александр Толмацкий не нашел другого объяснения ее упорному нежеланию делать ребенку экспертизу ДНК для получения наследства

Полгода назад на гастролях в Ижевске от сердечного приступа неожиданно скончался 35-летний рэп-исполнитель Кирилл Толмацкий, снискавший известность в конце 90-х под сценическим псевдонимом Децл. С тех пор не утихают пересуды о бедственном положении его вдовы Юлии Киселевой и 14-летнего сына Антония, которых якобы лишил средств к существованию отец покойного артиста – продюсер Александр Толмацкий.

   Все началось с того, что сын Децла на своей странице в Instagram в грубой форме наехал на лауреата премии ТЭФИ - журналиста Романа Супера, который обратился к публике с просьбой о пожертвованиях на создание документального фильма про его отца.

   - Эта тварь считает, что без разрешения матери, жены или сына имеет право на сбор средств от его имени, - негодовал подросток. - Спросил разрешения он только у Александра Яковлевича, который в этой ситуации вообще властью не обладает. Проблема в том, что мы еле-еле перебиваемся без денег. А тут какой-то левый мужик на честном имени моего отца решил заработать три с половиной «лимона». Из-за того, что Супер собирал деньги на свой фильм, у моей мамы от горя и стыда очень сильно усилилось давление, и она чуть не умерла от сердечного приступа. Еле успела выпить таблетки от сердца. Спасибо, что рядом были друзья! Я чуть не остался сиротой, это серьезно!

   - Отец Кирилла объявил мне войну, - вслед за сыном пожаловалась подписчикам вдова. – Для чего и зачем? Внука - бабушке, творчество - дедушке, а меня они оба уже отправили искать нового мужа. От меня им нужно повиновение. Как рабыня должна выполнять команды чужого дяди, который 15 лет оскорблял моего мужа во всех интервью.

   Подливали масла в огонь и экзальтированные поклонницы безвременно умершего рэпера, безоговорочно принявшие сторону его вдовы и сына и смаковавшие на Интернет-форумах душераздирающие подробности их противостояния с родителями Децла.

   - Трындец, Юля не смогла перевезти все свои вещи и рыбок из квартиры Кирилла, - с возмущением сообщала на форуме baginya.org некая Умарина. – Когда вернулась за ними, его мать уже поменяла замки. Что это за помощь внуку такая, что аж замки меняешь в ИХ квартире? Если ушедшие из этого мира могут наблюдать за нами, Кира там сходит с ума.

   - Теперь Тони придется оставить частную школу, - сокрушалась другая форумчанка Накося Выкуси. - Допускала мысли, что дед оплатит ему учебу. Всего-то 200 тысяч за год. Сущий для него пустяк. Тем более, это не для ненавистной Юли, а для внука. Все-таки переход в новую школу да еще в обычную после частной - это стресс для подростка.

   - Мы с мамой Кирилла Ирой готовы помогать нашему внуку, но мы даже не можем с ним увидеться, - развел руками Александр Толмацкий. – Дело в том, что по закону мы ему никто. Кирилл не был официально расписан с Юлей. А в свидетельство о рождении Тони она его как отца не вписала. Я узнал об этом только перед похоронами. И просто офигел от этого факта. «Зачем ты так сделала?» - спросил я Юлю. Она ответила, что так ей легче было выезжать за границу без Кирилла. Мол, не нужно было получать от него разрешение на выезд ребенка. На самом деле Юля за счет этого держала его на крючке. У них же были сплошные скандалы. Насколько мне известно, Кирилл вообще собирался от нее уходить. И она шантажировала его тем, что он не был записан отцом Тони. «Заберу у тебя сына, уеду с ним, и ты его никогда не увидишь!» - говорила она. А Кирилл в нем души не чаял. Нянчился с ним и за папу, и за маму. Когда Тони был маленький, было даже такое, что он прятал его у меня в клубе от Юли во время их очередной ссоры. И потом я ему неоднократно предлагал: «Привози Тони ко мне! У нас с женой Аней тоже маленькие дети. Места всем хватит». Но Кирилл отказывался общаться со мной. Он же обвинял меня в том, что я ушел от его мамы к Ане. И ему было тяжело признать, что он был не прав, и у него самого с Юлей не сложилось. Вдобавок ко всему Юля его постоянно накручивала против меня. Я много лет пытался наладить с ним отношения. Последний раз звонил ему три года назад. Тогда он так по-хамски со мной поговорил, что я решил: «Больше звонить ему не буду». Ну, сколько можно было стучаться в закрытую дверь?! «Захочет – сам позвонит», - подумал я. А получилось так, что тот разговор оказался для нас последним.

   Когда Кирилл умер, я надеялся, что общее горе сблизит нас с Юлей. Между нами вроде бы началось какое-то общение. Я предлагал открыть ей и Тони счета в банке. Давал своего юриста, чтобы помог вписать Кирилла в свидетельство о рождении Тони. Это при жизни Кирилл мог сам признать его сыном. А теперь это довольно сложный и длительный процесс. Нужно проводить генетическую экспертизу. И проводить ее нужно обязательно через суд. Только тогда результаты экспертизы будут иметь юридическую силу. Но Юля не стала ничего делать. Мотивировала это тем, что мы с мамой Кирилла якобы таким образом хотим отобрать у нее ребенка. Ну, ладно – я плохой. Из-за того, что Кирилл был со мной в ссоре, из меня уже сделали какого-то Карабаса-Барабаса. Но Ира-то чем ей не угодила?! Она всегда их с Кириллом поддерживала и помогала им растить Тони. А Юля начала писать ей такие ужасные гадости, что даже неудобно рассказывать. Раздула на пустом месте эту историю со сменой замков. На самом деле из квартиры, где Юля и Тони жили с Кириллом, их никто не выгонял. Они съехали оттуда сами. Эта квартира была оформлена на Иру. «Дайте мне ключи, что бы я могла за ней присматривать!» - попросила она. Там осталась кошка. Несчастное животное несколько недель орало. Соседи начали волноваться. Но ключей от ее собственной квартиры Ире никто не дал. Пришлось взломать дверь и поменять замки. Ира сразу же сообщила об этом брату Юли и сказала: «Пусть приезжают за новыми ключами!». Сама Юля на связь не выходила. Забрала компьютер и телефон Кирилла, потерла всю нашу переписку и даже заблокировала меня и Иру на его страницах в соцсетях, чтобы мы не могли зайти туда со своих аккаунтов.

   Самое ужасное, что она рассорила нас с внуком. После похорон Тони два дня жил у меня. «А чего мне раньше с дедушкой не давали общаться? – недоумевал он. – И дедушка хороший, и его жена Аня неплохая, и их дети нормальные». Видимо, от этого его маму переклинило. «Приезжай еще! – говорил я Тони по телефону. – Задавай любые вопросы мне и бабушке! Мы тебе на все ответим». Но Юля выхватывала у него трубку и не давала со мной говорить. «Вы больше никогда не увидите внука», - написала она Ире. В данный момент мы даже не знаем, где он находится. Недавно Тони исполнилось 14 лет. Меня очень волнует, какую фамилию ему запишут при выдаче паспорта. Если он не возьмет фамилию отца, это будет вышак. А Юля уже внушила Тони, что это не она отказалась записать Кирилла его отцом, а якобы он сам этому воспротивился. Все перевернула вверх ногами. Когда Кириллу посмертно вручали премию «Жара», я хотел, чтобы Тони вышел со мной на сцену и сказал хорошие слова про отца. Юле и это не пришлось по душе. Она сама про Кирилла не вспоминает. На своей странице в Instagram постит то каких-то змей, то Кришну. Типа она такая интеллигентная, культурная. А про умершего мужа – ни одного поста. И сыну Юля выжигает память об отце. На этого бедного Рому Супера его натравила. Рома – нормальный журналист. Решил сделать фильм про Кирилла. Что в этом плохого? А Тони начал возмущаться: «Почему он собирает на фильм НАШИ деньги?». Понятно, что это Юля его таким образом накрутила. Для нее деньги – самое главное.

   Все повторяют какую-то глупость, что Кирилл перед смертью якобы высказывал желание завещать все права на свое творчество сыну. Ничего он не высказывал! Ему было всего 35 лет. Он что, думал, что он сейчас умрет? Никто не мог даже предположить, что так произойдет. Видимо, все эти разговоры исходят от Юли. Она звонила в компанию, управляющую правами на песни Кирилла, и требовала: «Срочно дайте мне кэш!». «Подождите! – сказали ей. - Вступите сначала в наследство!». А о каком вступлении в наследство может идти речь, если Юля препятствует официальному признанию Кирилла отцом Тони?! Не понимаю, о чем она думает. Хочет, чтобы сын был бомжом? У меня вообще начинают закрадываться в голову всякие сомнения. Раз она с таким упорством не дает делать генетическую экспертизу, может, там что-то не так. О своей беременности Юля сообщила Кириллу, когда была уже на 3-ем месяце. По ее словам, до этого она не знала, что беременна. Ну, как такое могло быть?! Это же маразм! Более того, Тони совсем не похож на Кирилла. Вот мой сын Федя – одно лицо с Кириллом в детстве. А у Тони с ним нет никакого сходства. Разумеется, для нас с Ирой это не имеет значения. Кирилл вырастил его как сына. И вне зависимости от того, что покажет экспертиза, Тони останется для нас внуком. Сейчас нужно будет принимать наследство. Это придется делать мне и Ире. Иначе оно вообще пропадет. Но, поверьте, нам эти деньги не нужны. Мы для себя решили: «Пусть они аккумулируются и ждут Тони!». Надеюсь, он повзрослеет, придет в себя и поймет, что у него все-таки был отец, который его очень любил. Остается только ждать. Другого выхода из сложившейся ситуации я не вижу.

   Михаил ФИЛИМОНОВ («ЭГ» № 31, 2019)