ВОСПЕВШИЙ БИ-БИ-СИ РЫКУНИН КАЖДЫЙ ДЕНЬ МЕНЯЛ ЛЮБОВНИЦ

А после смерти супруги в возрасте 83 лет женился на актрисе, родившей ему двоих внебрачных детей

В 50-60-е годы на отечественной эстраде большой популярностью пользовались артисты, исполнявшие дуэтом сатирические куплеты. Помните эпизод из фильма «Москва слезам не верит», где ухажер-телеоператор приводит главную героиню на съемки «Голубого огонька»? Там как раз выступает такая пара куплетистов, под собственный аккомпанемент на гитаре и концертино распевающая о недостатках в работе общепита: «В ресторане как-то дед скушал комплексный обед. И теперь не платит дед ни за газ и ни за свет».

   Сняться в этом эпизоде режиссер Владимир Меньшов пригласил реальных звезд тех лет - Вениамина Нечаева (1915-1987) и Павла Рудакова (1915-1993). Они познакомились и начали выступать вместе в 1945 году во время армейской службы на Дальнем Востоке. После демобилизации перебрались в Ленинград. Прославились куплетами на злобу дня, сюжеты для которых в буквальном смысле черпали из текущих газетных публикаций.

   «Подумаешь, важность какая» (1954)

Создаются удобства у нас. Мчат автобусы вместо трамвая.

А что это дороже в пять раз… Ну, подумаешь, важность какая.

В магазинах часы без камней. Их в ремонт не берёт мастерская.

Купишь, выбросишь сотню рублей. Ну, подумаешь, важность какая.

   «Тет-а-тет» (1958)

В США искусство ценят под названием стриптиз.

Перед публикой на сцене всё с себя снимает мисс.

Быстро справившись с задачей, мисс вам скажет: «Вуала!».

В переводе это значит «Вот в чём мама родила!».

   «Прочитали мы газету» (1961)

На заводе Лихачева есть проект машины новой.

И чертеж есть, и макет. А машины новой нет.

Вновь в Перми перерасход – двадцать шесть мильонов в год.

Но зато какой успех – рапортуют раньше всех.

Два туриста с чемоданом сняли ряд секретных данных.

А сейчас без чемодана подъезжают к Магадану.

Грозный атом мы сумели приспособить к мирной цели.

У кого другие цели, тех мы держим на прицеле.

   В 1962 году дуэт распался из-за песни «Мишка, Мишка, где твоя улыбка». Пел ее один Рудаков. Нечаев, написавший к ней музыку, только подыгрывал на гитаре. Ему стало обидно, что его задвинули на второй план. И он решил работать один. Но такого успеха, как прежде, уже не имел. А на карьере Рудакова уход Нечаева никак не отразился. Он взял себе нового партнера Станислава Лаврова и еще долго блистал в концертах и на ТВ.

   «Приятно на это смотреть» (1965)

Про посев кукурузы романы затоварили книжную сеть.

Значит, есть много лишней бумаги. И приятно на это смотреть.

Отобрали мильон у хапуги, что пробрался в торговую сеть.

Он хранил эти деньги в сберкассе. И приятно на это смотреть.

Чтоб в киоске купить три цветочка, надо минимум трёшку иметь!

Мы всё выше прекрасное ценим. И приятно на это смотреть.

   «Снег, снежок» (1965)

Сколько раз критиковала предприятия печать.

Дескать, гонят план по валу, чтоб товар потом списать.

Ах, снег, снежок, белая метелица!

Пишут, пишут, а Госплан не мычит, не телится.

Обсуждаем до сих пор мы, что прочли в одной статье.

Мол, внести должна реформа в слово «заяц» букву «е».

Ах, снег, снежок, белая метелица!

Если в зайца вставят «е», вскоре он застрелится.

   Не меньше любила публика куплеты в исполнении другого дуэта – Александра Шурова (Лифшица) (1906-1995) и Николая Рыкунина (1915-2009). Шуров начинал в 30-е годы в агиттеатре «Синяя блуза» и работал в паре с Анатолием Трудлером. Но во время войны его партнер погиб на фронте. И в 1946 году он предложил занять его место Рыкунину, которого увидел на сцене Театра сатиры. Широкую известность им принесли большие сатирические спектакли, многие номера из которых по сей день не потеряли актуальность.

   «Поезд идет в Чикаго» (1949)

А третий, всем разлив вино, сказал, сияя весь:

- Американское кино я представляю здесь.

Даем пятьсот боевиков, и в них во всех подряд

Героев режем, как быков, и топим, как котят.

Со всех картин глядит кретин. Кулак какой? Пудовый!

Для истеричек-чек-чек-чек, шизофреничек-чек-чек-чек

Повсюду - у-у-у-у! Повсюду - у-у-у-у!

Повсюду ужасы готовы!

   «Восточная песенка о западных делах» (1960)

- В Чили красных изловили, Папа Римский дал обет,

В Польше все кино закрыли, а в Китае риса нет!

Демонстрации в Софии, въезд в Москву совсем закрыт,

Бомба новая России на Америку летит!

Все в Москве вооружились, даже пушки на такси!

- Что вы мелете, Рыкунин?!

- Да не я, а Би-Би-Си!

   «Песенка про иву» (1963)

Чтоб купить для дома холодильник новый, продавцу знакомый сунул пять целковых.

И ушел с позором: тот не принял взятку. Не давай пятерку, а давай десятку!

Вот сдала бабуся для студента угол. Через год бабусю он назвал супругой.

Все даются диву: бабке сто четыре. Не родись красивой, а родись с квартирой.

Дома постоянно бил супругу Федя. А недавно спьяну он избил соседа.

На три года Федя разлучен с семьею. Не дерись с соседом, а дерись с женою.

   Дуэт благополучно просуществовал до распада СССР. После этого Шуров в связи с преклонным возрастом и плохим состоянием здоровья ушел на покой. А Рыкунин еще в течение какого-то времени продолжал выступать один или с приглашенными актерами.

   - Я очень благодарен Александру Израилевичу Шурову и Николаю Николаевичу Рыкунину, - поведал «Экспресс газете» создатель и руководитель легендарных ВИА «Лейся, песня» и «Надежда» Михаил Плоткин. – Если бы не они, может быть, я бы вообще не попал на эстраду. Подростком я участвовал в одном из спектаклей цыганского театра «Ромэн», где мой папочка играл на ударных. Но потом папочки не стало. Спектакль ушел из репертуара. И мне пришлось пойти в торговлю. Я работал продавцом в магазине «Инструменты» на Кировской. Торговал драчёвыми напильниками. Однажды прочитал в «Вечерней Москве», что Шуров и Рыкунин объявляют набор в эстрадную студию. И решил принять участие в конкурсе. Не очень помню, что я показывал. Помню только, что исполнял цыганский танец. Когда я закончил танцевать, из зала раздался голос Николая Николаевича Рыкунина: «Цыган, идите сюда!». «Я не цыган, я еврей», - возразил я. Все заржали. И меня взяли в студию. Занятия проходили во дворце культуры Метростроя рядом с Курским вокзалом. Хореографии нас учил еще никому неизвестный Борис Сичкин. Занимался с нами и сам Николай Николаевич Рыкунин. Он тогда был женат на дочери одного из актеров Театра сатиры (Елене Кара-Дмитриевой, прожившей с ним 56 лет и умершей в 1998 году – М.Ф.). Но это не мешало ему каждый раз после наших занятий уходить с новой девочкой из числа учениц. Это я видел своими глазами. Девочек он просто обожал. И после смерти супруги, как говорили, даже женился на молоденькой (актрисе театра кукол Маргарите Грибковой, родившей от него в 1985 году дочь Наталью и в 1991 году дочь Нику – М.Ф.). А в 1964 году я получил от Шурова и Рыкунина приглашение работать в их коллективе. Первые гастроли, на которые я поехал, были в Ленинграде. Оформили меня ассистентом – так записано у меня в трудовой книжке. Но фактически я был рабочим по перемещению музыкальных инструментов. А через некоторое время Шуров и Рыкунин заметили мои артистические способности и начали задействовать меня в массовке. Для меня, парня ниоткуда, бывшего продавца, было безумно приятно выходить на сцену вместе с такими мастерами. Жили они в знаменитом артистическом доме на Каретном ряду, где имели квартиры Леонид Утесов, Эдди Рознер, Эмиль Радов, Борис Брунов. А моя мамочка торговала мороженым в магазинчике, расположенном напротив. Однажды к ней пришел покупать мороженое Александр Израилевич Шуров. «А мой сынок у вас работает», - сказала ему мамочка. И он очень доброжелательно вступил с ней в беседу. Вот такие они были люди! Вся страна их любила и готова была таскать на руках. При этом вели они себя абсолютно нормально, по-человечески, без всякого пафоса, свойственного нынешним звездам на 15 минут. К сожалению, проработал я с ними недолго. Потом Шурова и Рыкунина отправили на гастроли за границу. Рабочих в загранпоездки не брали. И меня перевели в коллектив к Эмилю Яковлевичу Горовцу. А там я уже проявил себя по полной программе…

   Михаил ФИЛИМОНОВ («ЭГ» спецвыпуск от 30 марта, 2020)