МОРГЕНШТЕРНУ ДОСТАВАЛ МОРФИЙ ПИАРЩИК ГЛАВЫ БАШКИРИИ

Мать рэпера сбежала за границу, не выплатив по решению суда миллионный долг государству

Скандальный рэпер МОРГЕНШТЕРН (Алишер ВАЛЕЕВ) после безуспешных попыток оспорить в суде штраф 100 тысяч рублей за пропаганду наркотиков («ЭГ» № 27, 2021) неожиданно занялся благотворительностью. По сообщениям СМИ, он помог собрать деньги на дорогостоящее лечение 3-летнего Ильи ХУДОБЫ из города Тимашевска Краснодарского края, страдающего редкой болезнью – спинальной мышечной атрофией. Но если кто-то подумал, что у циничного растлителя юных душ, наконец, проснулась совесть, и ему искренне захотелось сделать что-то хорошее, тот глубоко заблуждался.

   - Помочь Илье я решил не потому что я хороший и добрый мальчик, а потому что я тварь е…ная, гнида и мразь, - объявил недавно на своем YouTube-канале Алишер. - Я вам честно признаюсь, у меня были большие проблемы с полицией из-за дела о пропаганде наркотиков. Когда вся эта суета началась, до меня дошла информация из очень проверенного источника, что меня хотят въе…ть. А конкретно – подкинуть наркоту. Я обосрался, как тварь вообще. Вы знаете эти истории, когда ни за что сажают людей. В нашей стране это нормально. Почему меня собственно хотели въе…ть? Потому что не было никаких доказательств, что я пропагандирую как-то наркоту. Вы представляете новость, что у меня находят наркотики? Все бы встало на свои места: они герои, наказали Моргенштерна, этого дьявола. В тот момент один человек, работающий в органах, скинул мне сбор средств для Илюхи и сказал: «Смотри, мама этого ребенка - майор полиции. Помоги чем-то и заработаешь очков!». Собственно, так я и сделал свой первый перевод - 3 миллиона рублей. Я нигде о нем не говорил, потому что мне было просто стыдно. Я это сделал не потому, что хотел, не от чистого сердца, не от души, а сделал, чтобы обезопаситься. Вот смотрите, я же помогаю ребенку майора полиции, не подкидывайте мне наркотики, пожалуйста. Вот так и началась моя история великого благотворителя. Лечение стоит 168 миллионов. Это самое дорогое лекарство в мире. Часто задаваемые вопросы: «Почему ты кричишь везде, что ты до х… какой богатый, а не можешь сам до конца закрыть этот сбор? И почему миллионам других детей ты не помогаешь?». Я честно хочу вам сказать, что денег у меня на данный момент не до х... Я дом купил. Знаете, сколько он стоит? Столько же, сколько укол Илюхе. Свадьба вышла больше двадцатки. Клипы вы, наверное, видели? Не стоит говорить, какая у них цена. Если я закрою этот сбор, мне жить потом будет не на что. Я и так больше 15 «лямов» Илюхе задонатил.

   Это был далеко не первый случай, когда рэпер в ответ на те или иные претензии в свой адрес начинал жаловаться на произвол со стороны государственных органов. Например, когда ему напоминали о его богатой маме Марине Моргенштерн, сколотившей капитал на государственных контрактах, у него всегда была готова отмазка, что власти его родной Уфы якобы по беспределу отобрали у мамы бизнес и чуть ли не пустили ее по миру.

   - Мне многие вменяют, что якобы я обязан своим успехом деньгам родителей, - сетовал он в Интернет-проекте «Исповедь». - Да, мама у меня бизнес-леди, состоятельная женщина. Занималась пятнадцать лет цветочными салонами. Это был самый первый и единственный на протяжении долгого времени салон цветов и флористики в Уфе. У нее были госзаказы. Типа нужно оформить администрацию президента на какой-то праздник - они у нее заказывали. Круто! Молодец, мам! А мне сто рублей в день на еду она давала - и больше ничего. Мне приходилось просто у нее из кошелька тырить денежку, чтобы купить себе пивка. Единственный раз я взял у мамы денег на рекламу, когда у меня еще был проект «Моя мама – девственница». Начиная с проекта Моргенштерн, я ни копейки у нее не брал. Несмотря на то, что мамочка работала с государством, была правительственная бизнес-леди, все равно у нее отжали ее помещение в центре города. Мама пыталась через суды что-то решать. Помню ее постоянное нервное, параноидальное состояние. Но это было бесполезно. У нее просто забрали это помещение. Она психанула, продала все, что у нее было - все квартиры, все помещения, и переехала жить в Испанию. Я даже помню, когда я начал зарабатывать первые хорошие деньги, я отправлял ей по 100-200 тысяч в месяц.

   На самом деле упомянутое Моргенштерном помещение никто у Марины Юрьевны не отжимал. Просто на протяжении многих лет его сдавали в аренду ее компании «Николь» буквально за копейки. А когда арендную плату привели в соответствие с рыночными расценками, мама рэпера оплачивать ее отказалась, посчитав необоснованной. И властям ничего не оставалось, как через суд потребовать выселения ее салона из этого помещения.

   - 3 октября 2005г. между ООО «Николь» и агентством по управлению федеральным имуществом был заключен договор № 4602.2ж/672а, по условиям которого ответчику передан во временное владение и пользование объект федерального недвижимого имущества общей площадью 109,10 кв. метров, расположенный по адресу: г. Уфа, ул. Коммунистическая, д. 43, - сообщалось в решении арбитражного суда Башкортостана от 17 марта 2016 года. - К договору аренды были оформлены расчеты арендной платы, согласно которым ее общий размер определен в сумме 5534 руб. 73 коп. ежемесячно без НДС. 10 августа 2006г. были оформлены новые расчеты арендной платы, согласно которым ее общий размер составил 9123 руб. 69 коп. 3 апреля 2014г. спорное имущество перешло в собственность Республики Башкортостан, и методика, в соответствии с которой в 2006 году был рассчитан размер арендной платы, утратила силу. Уведомлением от 15 декабря 2014г. №2150, ГУП РБ «Управление административными зданиями» уведомило ООО «Николь» об изменении размера арендной платы с 1 декабря 2014г. Согласно представленному истцом отчету, независимым оценщиком ИП Королевой И.В. рыночная стоимость величины арендной ставки была определена в размере 1190 руб. за 1 кв. метр ежемесячно. За период с 04 июля 2014г. по 30 декабря 2015г. общий размер арендной платы составил 1 141 027 руб. 71 коп. Оплата была произведена ответчиком в общей сумме 148428 руб. 64 коп. Задолженность составила 992599 рублей.

   Недоплаченную государству сумму за аренду Марина Моргенштерн так и не возместила, и взыскать ее не удалось даже с помощью процедуры банкротства ее компании. Тем не менее, это не помешало ее родной сестре Наталье создать новую компанию под тем же названием «Николь» и продолжать получать госконтракты на поставку цветов. А самому Алишеру – в 2019 году проводить в Уфе большой музыкальный фестиваль при поддержке тогдашнего пиарщика президента Башкортостана Радия Хабирова Ростислава Мурзагулова и руководителя администрации главы республики Александра Сидякина.

   - Встреча в верхах, - такой шутливой подписью Мурзагулов сопроводил в своем Instagram совместный снимок с Моргенштерном и другими участниками фестиваля, сделанный на официальной встрече в местном Белом доме. - За этими чуваками - 50 млн аудитории по стране. Вот спрашиваем, как бы всех их в «Единую Россию» записать. Или хотя бы в КПРФ. Ну или в профсоюзы там. Или в волонтеры. Или сагитировать курить бросить.

   - У нас была идея, что Уфа – это новая Атланта, - объяснял в одном из прямых эфиров Алишер. - Вы же знаете, что очень многие ребята, которые сейчас в музыкальной индустрии, так сказать, не последние люди, - выходцы с Уфы. И когда мы организовывали этот фестиваль, министерство культуры направило письмо с требованием его отменить. Прислали досье на меня, на Фейса (еще один уфимский рэпер – М.Ф.). Расписали, как это ужасно влияет на молодежь. А местное правительство за нас вступилось. И, благодаря им, этот фестиваль состоялся. Да, после этого они пригласили нас в гости попить чай. Подарили нам вкусный мед. Посидели за столом, пообщались. Что в этом такого?! Ростислав, кстати, - великий человек. У меня недавно умер дедушка. Он умирал от рака в мучениях. Я к нему не поехал. Не захотел на это смотреть. Там была мама. Она говорила, что он мучается, кричит. И в больнице отказывались давать ему… как это называется… морфий, что ли… медикаменты, чтобы человек не чувствовал боль. Я тогда, чуть ли не плача, позвонил Ростику: «Пожалуйста, сделайте что-то с этим! Можно человеку умереть без мучений?». У нас же все по связям только делается. Один звонок – и вся больница сразу забегала. Выписали все, что надо. Я благодарен Ростиславу за это на всю жизнь.

   Откровения Моргенштерна о неформальной помощи президентского пиарщика вызвали в Башкортостане такой бурный резонанс, что Мурзагулову даже пришлось оправдываться по поводу ситуации с морфием в эфире уфимского филиала радиостанции «Эхо Москвы».

   - Алишер - парень на вид ершистый, матерщинник, хулиган, - говорил он. - В каждом поколении, наверное, есть свой такой. Когда я был помоложе, у нас был Высоцкий. Он тоже считался хулиганом. Тоже матерился очень много. И в песнях, в том числе. Я к этому отношусь достаточно спокойно. При этом Алишер очень ранимый. Он дедушку очень любил. И когда дедушка заболел, все, что нужно было семье Алишера, - это добрые слова: «Ребята, не беспокойтесь! Все, что положено по закону, будет сделано». Всегда у всех, у кого родные умирают, есть ощущение, что врачи не будут за ними смотреть. Конечно, это не так. Конечно, Минздрав за дедушкой смотрел. И не потому что что-то решал Моргенштерн. А просто потому что это их работа, их обязанность. И эти добрые слова были мной Алишеру сказаны. Что еще можно сделать, когда человек умирает?

   Михаил ФИЛИМОНОВ («ЭГ» № 39, 2021)