ЕВДОКИМОВ ПЕРЕД СМЕРТЬЮ ЖАЛЕЛ О ВЫПАДАХ ПРОТИВ РОССИИ

22 августа в Минске после тяжелой болезни в возрасте 78 лет ушел из жизни исполнитель «За Дунаем», «Колодец, колодец, дай воды напиться», «Фантазер, ты меня называла» и других любимых многими песен - народный артист Белоруссии и заслуженный артист России Ярослав ЕВДОКИМОВ. В последний путь его проводили скромно, без должных при его званиях почестей. Проститься с ним в ритуальный зал на улице Ольшевского и на кладбище «Лесное» пришли только родственники и несколько десятков поклонников. А из официальных лиц и знаменитых коллег по сцене на похоронах никто не появился.

- Думаю, трусозадые белорусские артисты побоялись идти на похороны Евдокимова из-за его политических высказываний, - предположила давняя подруга певца - создательница легендарных телепрограмм «Шире круг» и «Споемте, друзья!» Ольга Молчанова. - От него еще при жизни многие из-за этого отстранились. Но теперь-то чего отстраняться, когда человек уже умер? Да, во время протестов в Белоруссии Евдокимов осуждал действия властей и даже отказывался от звания народного артиста. А в 2017 году в интервью какому-то интернет-каналу резко высказывался о роли руководства России в событиях на Донбассе. Он был наивный и беспечный, как дитя. По наивности ляпнул и потом жалел об этом. «Я тут наговорил лишнего, - делился со мной он. - Меня теперь могут за жопу взять. Не знаю, как это все замять. Наверное, придется перебраться на Украину». На самом деле Ярослав мечтал туда уехать задолго до всех этих событий. Он же родом с Украины, из города Ровно. Родился в тюрьме, где его родители сидели за связь с националистами. Детство провел в Ровненской области в деревне у деда, который, по его рассказам, погиб в воспетом им впоследствии колодце. После 2014 года Ярослава неоднократно приглашали в Киев. В какой-то момент он уже собирался ехать туда смотреть жилье. «Не надо! - сказала ему я. - Смотри, что там творится!». Слава богу, удалось уберечь его от этого ужаса. Тем более, что официально ни у нас, ни в Белоруссии его ни в чем не обвиняли и не запрещали. Уже после всех высказываний Андрей Малахов неоднократно приглашал его в свою программу. Его помощница Катюша постоянно мне звонила и спрашивала: «Не знаете, где сейчас Евдокимов и как с ним связаться?». А это все-таки государственный канал «Россия», который как никто блюдет такие моменты.

Меня с Евдокимовым познакомила в конце 70-х моя коллега по телевидению Татьяна Коршилова, которая снимала его в своей программе «С песней по жизни». Он тогда выступал в составе ансамбля песни и пляски Белорусского военного округа и был одет в эффектный белый китель. Я просто ослепла от его красоты. Нет-нет, не подумайте, никаких романтических историй у меня с ним не было. При всей своей ослепительной красоте Ярослав был тогда совершенно деревянный. Как он сам о себе в шутку говорил, «чуть дебиловат». А мне такие мужчины не нравились. След цивилизации читался на нем не очень отчетливо. Как будто его только что привезли из деревни, приодели и выпустили на сцену. При этом пел он великолепно. И я с удовольствием приглашала его к себе в «Шире круг». Даже пыталась сделать его ведущим. Позвала ему в пару актрису Нину Маслову - Марфу Васильевну из фильма «Иван Васильевич меняет профессию». Но из этой затеи ничего путного не получилось. «Это же надо было додуматься меня с моим косноязычием взять в ведущие! - смеялся много лет спустя Евдокимов у Малахова. - Уже на репетиции все со мной замучились. Операторы переглядывались между собой и недоумевали: «Откуда Молчанова этого Левитана выкопала?». А как певец Ярослав снимался в моей программе с большим успехом и даже стал ее своеобразным талисманом. «Если будет «Шире круг», значит, будет Евдокимов», - шутил кто-то из ведущих.

Последняя жена Евдокимова Ира Крапивницкая, кстати, в молодости тоже снималась у меня в «Шире круг». Она тогда еще не была его женой и танцевала в белорусском самодеятельном коллективе «Чаровницы». В конце 80-х ее пригласили на какие-то съемки с участием Ярослава. Там он с ней и познакомился. Всего у него было три брака. Первый раз Евдокимов женился после службы в армии на своей односельчанке. У них был такой военно-полевой роман. Прожил он с первой женой совсем недолго и уехал от нее в Днепропетровск. Уже после их расставания она родила от него сына. Ярослав впервые увидел его спустя сорок с лишним лет на малаховской программе и, по-моему, так и не признал. В Днепропетровске он сошелся со своей второй женой и переехал вместе с ней на ее родину - в Белоруссию. У них родилась дочка. Но и этот брак распался, когда Евдокимов приобрел всесоюзную известность и стал часто уезжать на съемки и выступления в Москву. А потом в его жизни появилась Ира, и с ней он уже не расставался до самой смерти. После распада Советского Союза Ярослав жил попеременно то в Белоруссии, то в России. В Минске у него была очень хорошая большая квартира в правительственном доме. Судя по всему, она досталась ему еще от руководителя белорусской компартии Петра Машерова, которому нравились его военные песни. Потом он отдал эту квартиру дочке. А сам перебрался вместе с Ирой в загородный дом. Правда, с некоторых пор в Минск Евдокимов приезжал редко и без особой охоты. Появлялся там в основном, когда у Иры болела мама и нужно было ей помогать. А все остальное время проводил в Москве или в Черногории, где у него тоже имелась недвижимость.

Полтора года назад у Евдокимова диагностировали онкологию. Удалили ему почти целиком одно легкое. Потом лечили его химиотерапией. Я об этом долгое время ничего не знала. Он тщательно это скрывал. Признался мне только после того, как я пожаловалась ему на свои проблемы со здоровьем. Начал рассказывать, какой противной и мучительной была для него «химия». И почему-то все время повторял, что напрасно сделал операцию. «Если у тебя что-то найдут, ни в коем случае не соглашайся ни на какие операции! - говорил он мне. - Лучше оставь все, как есть!». Не могу сказать, что настроение у него было радостным. Тем не менее, разговаривал Ярослав довольно бодро и производил впечатление человека, который освободился от какого-то тяжелого груза. Планировал продолжать концертную деятельность. Так как из-за «химии» у него выпали волосы, просил меня найти мастера, который сделал бы ему парик. «Спроси у Малахова! - подсказал он. - У него очень хорошие парики». «А что у тебя с голосом?» - спросила я. Мне показалось, что у него пропали низкие регистры и голос стал слишком высоким. «Это тоже последствия «химии», - объяснил мне Ярослав. - Постепенно все вернется в прежнее состояние». Но не успела я порадоваться, что болезнь у него отступила, как мне позвонила Ира и совершенно трагическим голосом сообщила: «Мы ездили отдыхать в Италию. После этого состояние Ярослава снова ухудшилось. У него пошли метастазы по всему телу. Сейчас он лежит в реанимации. Ему очень плохо. Вы даже не представляете, Ольга Борисовна, какой это ужас!». А буквально через неделю снова раздался звонок от Иры. «Ярослав умер», - кричала в трубку она. Я была совершенно ошеломлена, как будто меня кипятком ошпарили. Не могла поверить, что все произошло так быстро. А через два дня не стало еще одного моего давнего друга - режиссера Валеры Ускова. Мы оба родом из Свердловска. В молодости он даже за мной ухаживал. А его троюродный брат Володя Краснопольский женился на моей близкой подруге. И вот уже никого нет в живых.

Михаил ФИЛИМОНОВ («ЭГ» № 35, 2025)

Газетная версия https://www.eg.ru/showbusiness/5132382