Подопечного Гечмен-Вальдек рвёт на службу в армии

21 марта Государственная дума РФ во втором чтении приняла законопроект «О внесении изменений в федеральный закон «О воинской обязанности и военной службе», который предписывает мужчинам в возрасте от 18 до 27 лет, выезжающим в период призыва со своего места жительства на срок от 15 календарных дней, сообщать об этом в военные комиссариаты. Это вызвало серьёзную обеспокоенность общественности, посчитавшей, что данные изменения нарушают конституционные права мужчин призывного возраста и фактически приравнивают их к условно осужденным преступникам. А что думают по этому поводу наши молодые артисты, которые по возрасту как раз попадают под действие злополучного законопроекта?

Алексей Воробьёв, подопечный баронессы Катерины фон Гечмен-Вальдек, исполнитель патриотической песни «Новая русская калинка»:

- Я считаю, что этот законопроект не нарушает права человека. Никому ведь не запрещают куда-то ехать. С другой стороны, конечно, в военкоматах будут очереди, а это очень неудобно. И вряд ли кто-то, включая меня, будет доволен, что ему нужно перед отъездом идти в военкомат отмечаться, а потом по приезду на место отмечаться ещё и там. У всех сейчас есть сотовые телефоны, интернет. Надо как-то жизнь более мобильной делать. Ведь 21-й век на дворе. А вообще к армии я отношусь хорошо. И когда придёт мой черёд, я обязательно отслужу. Но сейчас я учусь в эстрадно-джазовом колледже на 4-ом курсе. Впереди у меня академия. Нужно сначала стать профессионалом в своём деле, а потом идти служить. Я настоящий патриот, люблю свою страну и горжусь этим. Горжусь её прошлым и хочу делать её будущее. Конечно, на данный момент в армии не всё гладко. Но это есть, и с этим надо мириться. Например, та же дедовщина, про которую так много говорят. Но ведь это есть везде, в любом новом коллективе. Даже в школе. Я поменял несколько школ и знаю, что это такое. Обязательно есть тёрки, и надо что-то доказывать. Другое дело - в армии не тот масштаб. Конечно, я был бы рад, чтобы дедовщины не было. Но бороться с ней должны вышестоящие органы. Солдат ничего сделать не может. У нас в стране дети богатых родителей не служат в армии. Боятся их родители туда отпускать. Но я считаю, что половина из этих ребят пошла бы служить в армию. И не ради страны даже, а чтобы стать по-настоящему взрослыми людьми. Может быть, не половина этих ребят, а одна треть, но они есть. Есть люди, которые хотят служить. И я один из них. Я обязательно пойду в армию. Потом. Получу высшее образование и пойду. 

Никита Малинин, сын исполнителя белогвардейских романсов Александра Малинина, исполнитель патриотических песен в фильме «Три сестрички»:

- Я не хочу лезть в политику и комментировать принятие законов. Но я думаю, что у нас в стране когда-нибудь нормализируется отношение к военнослужащим, к армии, и всё будет хорошо и стабильно. Вообще я сам очень далёк от всего этого. Но меня порадовало, что сократили срок службы до года. Считаю, что сейчас больше людей пойдёт служить, так как два года – это очень тяжело. Сам я не служил. Почему? Идите вы на х…!

Алексей Гоман, подопечный Евгения Фридлянда, исполнитель патриотической песни «Русский парень»:

- Мне этот законопроект не очень нравится, так как я предпочитаю свободу. Считаю, что это перебор. Может быть, это хорошо для органов, поможет им больше ребят собрать и в армию отправить. Но сначала надо армию нормальной сделать, а потом принимать такое решение. Если конкретно обо мне говорить, я не служил и не буду, так как негоден к службе. Честное слово, у меня не было мысли откосить от армии. Я пошёл в военкомат по повестке, и там уже меня признали негодным. Но тут есть и другая сторона. Многие мои друзья были в армии и вернулись немного не в том виде, в каком бы я хотел их видеть. Может, это не во всех дивизиях происходит, но в большинстве своём в армии приходится свою честь, гордость отстаивать. И не на словах, а с табуреткой в руках и на кулаках. И это болезнь всего нашего общества. У нас так воспитывают детей. У людей нет ни норм каких-то, ни целей в жизни. У меня есть друзья, которые вернулись из армии моральными инвалидами. Год после армии они просто отходили. Конечно, если будет надо, я пойду служить. Но мне бы хотелось, чтобы армия всё-таки была бы достойной.

Алексей Хворостян, сын руководителя московского отделения Госнаркоконтроля Виктора Хворостяна, исполнитель патриотической песни «Я служу России»:

- Эта поправка преподносится таким образом, что они якобы помогают молодым людям избежать уголовной ответственности. Но если призывники раньше не боялись и между уголовной ответственностью и армией выбирали уголовную ответственность, то теперь такая мера проблемы не решит. Единственное, чего правительство добьётся, - привяжет людей и лишит их свободы передвижения. Я считаю, что этого делать нельзя. А вдруг надо уехать срочно? А если человек не успевает отметиться? И чего дальше ждать? А дальше будут приходить люди из военкоматов. Раз или два придут в течение двух недель. Никого не застанут дома. А человек работает: утром уходит, ночью приходит. И всё! Посчитают, что он уезжал. Да, я нахожусь в возрасте, когда ещё могут призвать. Но, образно говоря, я не нахожусь в призывной иерархии. Это не по состоянию здоровья. Я здоров. Если потребуется, я буду первый, кто пойдёт защищать нашу Родину. Во всяком случае, из «звёзд», которые на нашем небосклоне блистают, я буду первым, кто это сделает. И об этом знают все близкие мне люди. Поэтому очень надеются, что мне никогда не надо будет этого делать. Сейчас ситуация с армией очень сложная. Многие пытаются откосить, считают, что время, проведённое в армии, потеряно. Но вот, что хочу сказать. Я учился в Суворовском училище. И мне это дало очень многое. Это время для меня не ушло в никуда. И про армию тоже могу сказать. С другой стороны, из армии бегут. Это тоже неудивительно. Причин много – та же дедовщина. А вот теперь это нововведение, что надо служить год. Пусть наше правительство готовится! В течение ближайших лет ребята ещё больше будут бежать из армии. Потому что те, кто служил два года, не дадут спуску тем, кто должен служить только год. К сожалению, человек так устроен. Если ему плохо, то потом тем, кто приходит на его место, должно быть ещё хуже. Я считаю, что единственно возможный путь решения проблемы – это правильная подготовка руководящих кадров, более жёсткая подготовка.

Нина Шецирули, специально для www.filimonka.ru