РОТАРУ НЕ ПОДЕЛИЛА СО СВОИМ ДИРЕКТОРОМ МОЛОДОГО ЛЮБОВНИКА

по мнению депутата Андрея Разина, именно из-за этого на Ольгу Коняхину сфабриковали уголовное дело и отправили ее на 6 лет за решетку

На днях бывший концертный директор Софии Ротару Ольга Коняхина в очередной раз пыталась обжаловать приговор Преображенского суда г. Москвы, по которому она в 2010 году получила 6 лет лишения свободы за то, что якобы без ведома Софии Михайловны назначала ее концерты и присваивала полученную за них предоплату. Однако, несмотря на то, что все факты свидетельствовали о невиновности Ольги Петровны, добиться оправдания и освобождения из колонии ей так и не удалось.

   - Мы обращались с жалобой в Верховный суд РФ, и там признали, что при рассмотрении дела были допущены многочисленные нарушения, - рассказал адвокат Коняхиной Валерий Прилепский. – По представлению заместителя Председателя Верховного суда, 23 апреля было назначено новое рассмотрение в Московском городском суде. С самого начала нас там огорошили тем, что потеряли нашу жалобу со всеми доводами. «У нас ее нет, - заявили мне. – Когда и куда вы ее подавали?». «10 апреля я сдал ее в экспедицию Мосгорсуда», - сказал я и предъявил подтверждающий документ. Послали секретаря на поиски жалобы. В конце концов, она нашлась. К жалобе были приобщены заявления потерпевших, что они не имеют претензий к Коняхиной. В частности, один из них, Александр Корчинов, заявил, что устроить концерт Ротару ему предложил другой потерпевший, Иван Григоров, и именно ему он отдал деньги, а с Коняхиной вообще не имел никаких дел. В свою очередь Григоров показал, что Коняхина передала полученную от него предоплату Ротару, и София Михайловна поначалу собиралась отрабатывать эти концерты, но потом, как это часто бывает у артистов, закапризничала и отказалась от выполнения своих обязательств. «Они с Коняхиной то обнимались, то ругались, - объяснил он. – Вот и в этот раз между ними кошка пробежала. По-бабски чего-то не поделили». По словам Григорова, он знает Коняхину как порядочного человека и в случае ее освобождения из колонии готов помочь ей в трудоустройстве, чтобы она быстрее отдала всем деньги. Но Мосгорсуд никак не отреагировал на все эти доводы. Как мне показалось, у них уже было заранее готово решение. Гособвинитель вообще просила оставить приговор без изменений. А судья все-таки снизила Коняхиной срок на полгода. Кинула ей эти полгода как кость голодной собаке. Конечно, для нее и это большое событие. Они в колонии каждый день считают. Но, учитывая послабления, которые Медведев внес в Уголовный кодекс, я ожидал, что ее освободят или скинут ей, как минимум, года два. Если бы ее судили сейчас, ей бы дали не больше четырех лет и, скорее всего, условно. К сожалению, у нас есть так называемая «стабильность судебных решений». Естественно, Мосгорсуду не хочется признавать, что у них сидели три высокопрофессиональные судьи и допустили процессуальные ляпы, в которые их ткнул носом заместитель Председателя Верховного суда. «Пусть лучше Коняхина сидит! – посчитали они. – Зато у нас честь мундира будет более-менее сохранена».

   - Страх небесный, какой у нас в стране происходит правовой беспредел! – возмутился депутат муниципального образования Горьковский сельсовет Ставропольского края Андрей Разин. - Ольгу Коняхину посадили совершенно незаслуженно. Это чистейшей воды подстава, организованная по заказу Софии Михайловны Ротару. Она взъелась на Коняхину из-за того, что у них женские интересы не сошлись. У Софии Михайловны работал водителем очень талантливый молодой парень Александр. По имеющимся у меня сведениям, Ротару была в него влюблена. А Ольга увела у нее Александра и сделала из него певца. И когда София Михайловна увидела по всей Москве афиши, что он дает концерт в одном из лучших залов, у нее взыграла ревность. Тут еще подлила масла в огонь Алла Борисовна Пугачева. Коняхина имела неосторожность сесть в казино «Шангрила» на автомат, где примадонна проиграла крупную сумму денег. На этом автомате Ольге неожиданно выпал большой джекпот. И Пугачеву, которая до этого 15 лет не общалась с Ротару, настолько задушила жаба, что она не выдержала и позвонила Софии Михайловне: «А тут твоя директриса твои деньги в казино проигрывает». Это явилось сильнейшим ударом для Ротару. И она с двойной силой возненавидела Коняхину. Сначала София Михайловна сама написала на Ольгу заявление. Но потом испугалась, что вскроются налоговые преступления, которые она совершила на территории Российской Федерации. Будучи гражданкой Украины и не имея официального разрешения на работу, Ротару получала за концерты в нашей стране десятки миллионов евро. Но никогда не платила ни одного налога в российский бюджет. Говорю это со всей ответственностью как бывший директор Ставропольской краевой филармонии. Поэтому София Михайловна побежала и отозвала свое заявление. И заставила написать заявления на Коняхину своих администраторов, которым она угрожала, что в противном случае не будет им работать концерты. В результате Ольгу засадили по полной программе. У меня солист «Ласкового мая» получил 6 лет за убийство человека. И через 3 года его выпустили по УДО. А Ольга никого не убивала. Но ей дали такой же срок. И шансов выйти досрочно у нее практически нет. Эти две окончательно рехнувшиеся тетки-пенсионерки, как пираньи, в нее вцепились и не отпускают. У них богатый опыт по устранению неугодных людей. Пугачева еще при советской власти задавливала всех певиц, которые могли составить ей конкуренцию. Помню, Ирина Понаровская в свое время мне жаловалась, как наша главная прима, пользуясь покровительством высоких чинов из министерства культуры и ЦК КПСС, перекрывала ей дорогу на ТВ. Такие же жалобы я слышал и от Кати Семеновой, и от Ольги Кормухиной, и от многих других. А уж если Пугачева против кого-то объединилась с Ротару, их никто не может победить. И Коняхиной, скорее всего, придется сидеть от звонка до звонка, как Ходорковскому. Радует только одно. Своей главной цели украинская ведьма все-таки не добилась. Она так и не смогла разрушить отношения Ольги и Александра. Наоборот, она их только укрепила. Александр по-прежнему любит Ольгу и намерен ждать ее до последнего, пока она не выйдет на свободу.

   Михаил ФИЛИМОНОВ («ЭГ» № 18, 2012)