ИЗБИВШИЙ ПОДРУГУ ФРИСКЕ МУЖ ХОТЕЛ ЗАСПИРТОВАТЬ ЕЕ ГОЛОВУ

Автор хита группы «Руки вверх» задолжал Алене Кравец $30000 за купленное у нее имущество Максима Фадеева

Минувшей осенью многие СМИ сообщали о криминальном скандале с певицей Аленой Кравец, которую избил и лишил возможности видеться с ребенком бывший муж – бизнесмен Руслан Кравец. Но оказалось, что этим страдания несчастной женщины не ограничивались, и ей немало пришлось перенести еще во время супружеской жизни.

   - С Русланом мы случайно познакомились в аэропорту, - поведала Алена. - Я в то время активно работала фотомоделью и летела на съемки для какого-то журнала. У меня были большие чемоданы. И Руслан как джентльмен предложил мне помочь. Он был на 16 лет меня старше. Но это меня не смутило. Я всегда подсознательно тянулась к более взрослым мужчинам. Ровесники меня не прельщали. Мне казалось, что они ужасно глупые. А Руслан получил хорошее образование, закончил академию в Лондоне и уже многого в жизни достиг. Чем он конкретно занимался – я старалась не вникать. Сам он обтекаемо говорил о каком-то бизнесе. И мне этого было достаточно. Уже потом выяснилось, что бизнес у него был весьма разнообразный – от строительства до производства кондитерской продукции. О том, что Руслан на тот момент еще был женат, мне тоже стало известно не сразу. Меня он уверял, что с женой давно не живет. А я была юная, неопытная и всему верила. Я про второго-то его ребенка узнала лишь через 9 месяцев нашего бурного романа. Про первого, которому тогда было 11 лет, он мне сразу сказал. А потом мы с Русланом поехали за границу, и я случайно услышала его телефонный разговор с женой, из которого стало понятно, что у них есть еще один ребенок – двухлетний. «Дорогой, а сколько у тебя детей вообще?» - осторожно поинтересовалась я. И он признался, что скрывал правду, опасаясь, что мне это не понравится, и я его брошу. Когда Руслан все-таки официально развелся и сделал мне предложение, он повез меня знакомиться со своей сестрой, которая жила в Сочи и держала сеть ресторанов. Но сестра и ее муж приняли меня в штыки и настроили против меня его маму. Оказалось, до этого они 10 лет ждали развода Руслана с прежней женой. Она им тоже не нравилась. Как я поняла, им вообще никто не нравился. Им казалось, что все его женщины только и думали, как бы оттяпать часть их семейных богатств. В результате Руслан послал своих родственников на три буквы, и они даже не присутствовали на нашей свадьбе.

   Ревновал к Астахову

   - После свадьбы в моей жизни произошли большие перемены. Руслан был против моей модельной карьеры. Ему не нравилось, что я снималась по ночам и часто ездила по работе за границу. А вот мое увлечение пением не вызывало у него возражений. Он сам имел музыкальное образование и в свободное время любил со мной музицировать. «Дорогая, у тебя есть все данные, чтобы стать певицей, - принялся убеждать меня Руслан. – Тебе надо серьезно этим заниматься. А что за профессия – модель? Ну, побудешь ты моделью до 25 лет. И что дальше?». На свадьбу он сделал мне подарок – купил квартиру. А в этом доме на первом этаже находилась огромная музыкальная студия. И я начала записывать там свои первые песни. Потом Руслан купил мне бывшую студию Макса Фадеева на Звенигородском шоссе и на ее базе вместе с продюсером «Блестящих» Андреем Шлыковым создал продюсерский центр «РусРекордс». Мы помогали Катерине Гечмен-Вальдек делать мюзикл «Ромео и Джульетта». Записывали Жанну Фриске, с которой я даже подружилась, Аню Семенович, Валерию и многих других звезд. А главным нашим проектом, естественно, была я. К сожалению, когда мое продвижение как певицы приобрело серьезные обороты, Руслан начал напрягаться и нервничать. Устраивал мне сцены и винил в распутстве. Говорил, что убьет меня, порежет на части, а голову заспиртует. Ревновал ко всем подряд – от фотографов на тусовках до актера Сергея Астахова, который был моим партнером в клипе на песню «Переживу». Причем, его ревность – что самое обидное – была совершенно безосновательной. Я долго это терпела. Ради нашей дочери пыталась сохранить брак. Но необходимость постоянно находиться в установленных им рамках меня сильно угнетала. Поэтому самым радостным в моей жизни был день, когда я с ним развелась. Я как будто какие-то оковы с себя скинула.

   «Топи котенка!»

   - Поскольку у нас с Русланом был заключен брачный контракт, имущество при разводе нам делить не пришлось. На кого оно было оформлено, тому и осталось. В частности, я сохранила за собой все мои машины, квартиры и дом на Рублевке, который я семь лет строила вместе с моим папой. Были еще два арабских скакуна, которых мне подарили на день рождения, но я их потом продала. А мою музыкальную студию я была вынуждена продать еще во время брака. Руслана тогда «заказали» конкуренты по бизнесу. У него возникли большие проблемы. И мне было просто некогда заниматься студией. Я была занята другими делами – спасала мужа. Купил у меня студию Сергей Высотин – автор хита «Чужие губы» из репертуара группы «Руки вверх». Еще со времен Макса Фадеева он работал на ней звукорежиссером и по наследству достался нам. На свою голову, я этого человека у себя пригрела. А он повел себя очень некрасиво. Выяснилось это с помощью прослушивающих устройств, которые Руслан установил в студии. Высотин про эти устройства ничего не знал. И во время работы над моим первым альбомом, который мне написал поэт Кирилл Крастошевский, постоянно повторял: «Топи котенка!». Представьте, вместо того, чтобы вытягивать звук, он, наоборот, делал его еще хуже. Тем не менее, я ценила его как работника и, рассудив, что все люди несовершенны, не стала его выгонять. С ним поговорили. Высотин якобы все понял. Но в дальнейшем я убедилась, что человек он все-таки гнилой. Когда я продавала студию, денег на ее покупку у Высотина не было. Он нашел какого-то инвестора. Я подписала ему все документы. Но денег так и не увидела. Не помогло даже обращение в суд. Несмотря на то, что я выиграла дело, Высотин до сих пор со мной не расплатился и остался мне должен 30 тысяч долларов.

   Стукнулась головой

   - С Русланом на протяжении шести лет после развода у меня особых проблем не возникало. По взаимной договоренности, он регулярно проводил время с нашей дочерью. Выделял мне деньги на ее содержание. Правда, говорил: «Если увижу тебя с каким-нибудь мужиком, тебе конец». И вот однажды, когда Руслан в очередной раз приехал, чтобы взять дочь, ему причудился в моем доме голый мужик. В тот момент у меня действительно находился мой приятель-фотограф. Я собиралась вместе с ним ехать на мероприятие. Но он вовсе не был голым. Просто кое-кому нужно было меньше пить. А от Руслана так пахло алкоголем, что я даже не хотела отпускать с ним дочь. «Давай ты все-таки будешь приезжать к ребенку трезвым!» - сказала я ему. В ответ на меня посыпались оскорбления и угрозы. «Что у тебя с этим мужиком?» - кричал Руслан. Я попросила своего приятеля отправиться на мероприятие без меня. Обещала приехать туда позже. А когда мы с Русланом остались одни, он еще больше разошелся и несколько раз меня ударил. Я запуталась в своем длинном платье, упала и сильно стукнулась головой. После этого он забрал у меня ключ от электрических ворот и до утра не выпускал меня из дома. Лишь на следующий день подруга отвезла меня в больницу, где у меня зафиксировали сотрясение мозга. Естественно, мои добрые отношения с Русланом сразу закончились. Три недели я не позволяла ему видеться с дочерью. Переживала за ее психику. А потом он, ничего мне не сказав, забрал ее к себе. В тот день у меня были съемки клипа. Я отвезла дочь в школу и предупредила учительницу, что заберу ее на полтора часа позже. А когда вернулась, мне сообщили, что ее уже взял отец. С тех пор я не видела и не слышала своего ребенка. Руслан отобрал у дочери телефоны и заявил, что поменяет ей школу или даже отправит ее учиться за границу. У меня уже готовы документы для суда. Но с такими людьми, как Руслан, можно судиться до бесконечности. Очень надеюсь, что мой бывший супруг проявит благоразумие, и нам удастся решить этот вопрос в досудебном порядке.

   Михаил ФИЛИМОНОВ («ЭГ» № 1, 2017)