РОТАРУ НЕЗАКОННО ВЫВЕЗЛА ИЗ РОССИИ МИЛЛИОНЫ ДОЛЛАРОВ

ее бывший директор Ольга Коняхина, осужденная на 6 лет лишения свободы, считает, что певица занимается нелегальным гастарбайтерством

Минувшим летом все СМИ сообщили о том, что Преображенский районный суд г. Москвы приговорил бывшего директора Софии Ротару Ольгу Коняхину к шести годам лишения свободы по ст. 159 УК РФ «Мошенничество». Ей вменялось в вину присвоение предоплаты за концерты певицы, о которых та якобы даже не подозревала. Однако в этой истории далеко не все так просто, как может показаться на первый взгляд.

   - Уголовное дело в отношении Коняхиной было сфабриковано, - объяснил адвокат Ольги Петровны Валерий Прилепский. - Когда Ольга работала директором Ротару, многие хотели занять ее место. Эти люди говорили певице: «Коняхина у тебя приворовывает и не все деньги тебе отдает». Осенью 2008 года Ольга организовала ей очередной гастрольный тур. За каждый из 15 концертов Ротару рассчитывала получить по 50 тысяч долларов. Но тогда как раз доллар резко подскочил в цене. А с кассы шла рублевая масса. И в пересчете на доллары общая сумма гонорара получилась на 210 тысяч меньше. Ротару посчитала себя обманутой и написала заявление в милицию, что Коняхина якобы эти деньги прикарманила. Причем, заявление она написала не по месту жительства, как полагается по закону, а сразу заместителю министра внутренних дел РФ генералу-полковнику Николаю Овчинникову (в феврале 2010 года снят с должности Президентом РФ Дмитрием Медведевым – М.Ф.). А что такое для рядовых следователей подпись замминистра? Они сразу взяли под козырек и начали собирать компромат в отношении Коняхиной.

   Сама Ротару для дачи показаний прийти отказалась, и ее допрашивали по месту жительства. Как рассказывала мне Коняхина, София Михайловна даже не пустила следователя к себе в квартиру, и он записывал ее показания на лестничной площадке, в буквальном смысле слова на коленке. Видимо, из-за этого протокол допроса изобиловал помарками и исправлениями. Потом на этот документ ссылались в суде. Приводили слова Ротару: «2 ноября 2008г. я сообщила Коняхиной, чтобы она БОЛЬШЕ НЕ ЗАНИМАЛАСЬ моей концертной деятельностью». На самом деле в протоколе было написано прямо противоположное: «…я сообщила Коняхиной, чтобы она БОЛЬШЕ ЗАНИМАЛАСЬ моей концертной деятельностью». Но самое интересное даже не это. В ходе допроса Ротару фактически отказалась от своих обвинений и заявила, что никакого материального ущерба Коняхина ей не нанесла. А спустя некоторое время следователю позвонил сын певицы Руслан Евдокименко и сказал, что ни мама, ни он давать показания больше не будут. Но машина была уже запущена. В дело были вовлечены организаторы гастролей, которые передали Ольге предоплату за еще несостоявшиеся концерты Ротару. Этому активно способствовал новый директор певицы Андрей Неклюдов (по совместительству директор Николая Баскова – М.Ф.). Он всех обзванивал и говорил: «Теперь концертами Ротару занимаюсь я. А Коняхина – мошенница. Концертов, которые она обещала, не будет. Пишите на нее заявления в милицию!». Многие перепугались и написали.

   Тех, кто не хотел писать заявления, втянули в это дело против их воли. Например, известного московского промоутера Ивана Григорова (в шоу-бизнесе его знают под псевдонимом Гомельский – М.Ф.). В ноябре 2008 года Ольга взяла у него взаймы на два года 90 тысяч евро. 40 тысяч из них были его личные, и 50 тысяч ему дали его партнеры – Александр Корчинов, Николай Жаданов и Евгения Макуха, которым он обещал устроить концерты Ротару. Казалось бы, никаких признаков мошенничества со стороны Коняхиной здесь и близко не наблюдалось. В чем состоит это преступление? В завладении чужим имуществом путем обмана или злоупотребления доверием. Но Ольга никого не обманывала. Срок ее долга Григорову на момент следствия и суда еще не истек. И она уже начала возвращать ему деньги. А с его партнерами она и вовсе лично не общалась, ничего у них не брала и ничего им не обещала. Тем не менее, Григорова и его партнеров объявили потерпевшими да еще выделили каждого в отдельный эпизод уголовного дела. «Мы не имеем к Коняхиной никаких претензий, - говорили Григоров и Корчинов на суде. – Это наши внутренние дела. Мы с ними сами разберемся. Просим не лишать ее свободы». Но их заявления проигнорировали и даже не внесли в протокол.

   Не менее странная ситуация сложилась с еще двумя потерпевшими – Еленой Маргулец из Нижнего Новгорода и Татьяной Ефремовой из Самары. Согласно их показаниям, переговоры о концертах Ротару они вели через Сергея Лаврова из компании «Кремль-концерт» и деньги перечисляли на счет некоего ООО «Авто-Бизнес-Полюс», который им дал тот же Лавров. Это ООО было зарегистрировано на потерянный паспорт и использовалось деятелями шоу-бизнеса для «отмывки» денег. Коняхина к нему никакого отношения не имела. Однако следствие и суд посчитали, что с помощью этого ООО она в сговоре с неустановленными лицами совершила мошенничество в отношении Маргулец и Ефремовой. Вдобавок ко всему суммы ущерба по эпизодам с Ефремовой и Григоровым при пересчете с долларов на рубли непонятным образом подогнали под «особо крупный размер» - свыше миллиона. Превышение было незначительным – всего на 5 тысяч рублей. Но для Ольги оно оказалось фатальным. Это позволило суду применить к ней часть 4 статьи 159 «Мошенничество в особо крупных размерах», по которой предусмотрено наиболее строгое наказание – от 5 до 10 лет лишения свободы. Примечательно, что судья Соловьева, которая вела дело Коняхиной в Преображенском суде, лично присутствовала на обжаловании приговора в Мосгорсуде. Она пришла вместе с судьей Мосгорсуда. По их поведению было видно, что они подруги. Неудивительно, что нашу жалобу отклонили, и приговор оставили без изменений. Но мы не намерены сдаваться. Будем подавать жалобы в более высокие инстанции. А если будет надо, даже напишем в Страсбург.

   * * *

   С разрешения пресс-бюро Федеральной службы исполнения наказаний РФ, я встретился и пообщался с Ольгой Коняхиной, отбывающей срок в женской колонии под Владимиром. Оказалось, что она и там продолжает заниматься прежней деятельностью – работает в клубе и силами заключенных организует самодеятельные концерты.

   - Я во многом пострадала из-за того, что София Ротару, будучи гражданкой Украины, вела свою концертную деятельность на территории России абсолютно незаконно, без оформления должных документов, - призналась Ольга Петровна. – Несмотря на то, что я на протяжении 10 лет работала ее директором, наши трудовые отношения официально никак не были зафиксированы – ни по трудовой книжке, ни по договору. Единственное, на что пошла Ротару, - сделала мне визитную карточку, что я ее директор. После концертов она из рук в руки передавала мне наличными мое вознаграждение, размер которого каждый раз определяла по своему усмотрению. Точно так же, наличными, я получала и передавала ей гонорары за концерты. Никакие официальные документы при этом не оформлялись, и налоги не платились. Конечно, все это вызывало у меня вопросы. Но возможность работать с артисткой такого уровня и зарабатывать приличные деньги перевешивала у меня боязнь вляпаться в какую-то историю.

   - Подождите! Но у Ротару вроде была какая-то фирма – арт-студия «София». Помнится, печать этой фирмы стояла на расписках, которые вы давали организаторам концертов при внесении предоплаты («ЭГ»№ 26, 2009).

   - На самом деле никакой арт-студии «София» не существовало. Это было просто факсимиле, которое ставилось для солидности, когда посылались письма в официальные инстанции. На Украине у Ротару была какая-то другая фирма. Через нее она платила минимальные налоги с гонораров за украинские концерты. Но я даже не знала, как она называлась. Знала только, что всеми бухгалтерскими делами занималась ее сноха Света. Время от времени она звонила мне и говорила: «Нам надо отчитываться о налогах. Софии Михайловны год не было на Украине. Дай нам бумаги, что она работала в России и заплатила там все налоги!». «Откуда же я возьму такие бумаги?! - недоумевала я. – Ведь все концерты проходили неофициально». Я неоднократно предлагала Ротару открыть представительство в России и проводить все законным путем. Но у нее всегда была позиция, что Российское государство не должно знать, сколько она зарабатывает на территории России. Суммы ее гонораров категорически запрещалось где-либо озвучивать и фиксировать. Даже от своей семьи она их скрывала и в присутствии родственников никаких переговоров по денежным вопросам не вела.

   - Как же организаторы концертов соглашались работать с ней без документов? Ведь им нужно было как-то отчитываться за деньги, которые они ей платили.

   - Ради того, чтобы провести концерт Ротару и заработать на ней, они шли у нее на поводу и придумывали различные хитроумные схемы расчетов. В частности, создавали «левые» фирмы-«однодневки». Проводили и обналичивали через них деньги. А потом эти фирмы закрывали. Дополнительная сложность состояла в том, что Ротару брала гонорары только в валюте. Поскольку валютные расчеты у нас запрещены, приходилось или идти на нарушение закона, или потом обменивать полученные рубли на доллары.

   - Организаторы рассказывали мне и о других причудах Ротару. Правда ли, например, что она возила на все концерты громоздкий дат-магнитофон выпуска 90-х годов и требовала, чтобы фонограмму с ее голосом запускали только с него?

   - На самом деле возили два дат-магнитофона. На случай, если один откажет. Считается, что такие магнитофоны устарели. Но они по-прежнему обеспечивают наилучшее качество звука. Это вам любой звукорежиссер подтвердит.

   - Еще я слышал от организаторов, что перед приездом Ротару им всегда давалось указание: «Бутылки не вскрывать, фрукты и овощи не резать, длинные машины не подавать». С чем это было связано?

   - Длинные машины она не любила, потому что в них холодно и неудобно. А что касается бутылок и прочего… Согласно райдеру, организаторы должны были обеспечивать ей в гримерке дорогое спиртное, свежие продукты питания, всевозможные чаи-кофеи и т.д. Но она практически никогда ничего не ела и не пила. После концертов все это собиралось в сумки и увозилось к ней домой на Украину. Бывало, эти сумки таскали за ней по всему гастрольному маршруту, и под конец их набиралось столько, что в самолете возникал перевес по багажу. Зачем она это делала – я никогда не понимала.

   - А как Ротару вывозила заработанные деньги из России на Украину?

   - Это не составляло никакого труда. У нас только простых граждан трясут на таможне. А ее никто никогда не проверял. Она улыбалась и без всяких деклараций проносила в сумке огромные суммы. А если ее вдруг что-то смущало, она отдавала сумку мне. Когда Ротару находилась на Украине, деньги переправлялись ей либо через администраторов, у которых была налажена курьерская связь, либо через две московские фирмы. В эти фирмы я за один раз привозила в пакете по 300-500 тысяч долларов. Ехала в машине одна, без охраны. Спрашивается, зачем мне было обманывать организаторов и выманивать у них какие-то смехотворные суммы?! При желании я могла инсценировать ограбление и присвоить сразу полмиллиона. Но мне это и в голову не приходило.

   - Почему же вы возили такие большие деньги без охраны? Не боялись, что вас на самом деле ограбят? Был же случай, когда у вашего администратора вытащили из машины 65 тысяч долларов, и вам пришлось возмещать эти деньги («ЭГ» № 6, 2009).

   - За охрану нужно было платить. Ротару этого делать не хотела. «Это твои проблемы», - говорила она. А мне и так постоянно приходилось платить за нее из своего кармана. Например, когда мы выезжали на гастроли, и в аэропорту происходила задержка рейса, Ротару шла покушать в ресторан. Насколько я знаю, директора других артистов в таких случаях выставляли счет организаторам концерта. Но мне было неудобно говорить людям: «Вы попали еще на 200-300 долларов». Они и так платили Ротару нереальные гонорары. Мне было проще рассчитаться самой. Во время злополучного осеннего тура 2008 года я даже добавляла свои деньги к ее гонорару. Когда мы выстраивали маршрут, ее категорически не устроил гонорар 50 тысяч долларов, который предлагали в Челябинске. Она соглашалась ехать туда только за 55 тысяч. И чтобы выполнить ее требования, я отказывалась от своего вознаграждения за этот город плюс еще отдавала ей деньги, которые мне удалось дополнительно выторговать в другом городе. Короче, как говорят администраторы, пускала сумму на круг.

   - На суде вас обвиняли в обратном – в присвоении денег, полученных в качестве предоплаты за концерты Ротару. Куда же девались эти деньги?

   - На самом деле все, что я получала от организаторов, я полностью отдавала артистке. Это была обычная практика, когда предоплата вносилась задолго до концерта. Таким образом организаторы хотели застолбить за собой право привезти Ротару в тот или иной город. Если планы артистки вдруг менялись, и в оговоренный срок она не могла приехать, как правило, деньги обратно не возвращались, и концерт просто переносился на другое время. Например, организатор из Краснодарского края, заплатив предоплату, целых два года ждал приезда Ротару. Но, когда осенью 2008 года из-за скачка курса доллара образовалась недостача, артистка сделала вид, что ни за какие будущие концерты денег от меня не получала, и отказалась их отрабатывать. Прежде мы много раз с ней ругались. Я неоднократно увольнялась. А на следующий день снова возвращалась. Чего только за 10 лет не было! Я рассчитывала, что и в этот раз каким-то образом найду с ней общий язык. Предлагала ей все-таки отработать эти концерты и забрать в счет погашения недостачи всю мою зарплату. Но она даже слушать меня не хотела. И я никак не могла на нее повлиять. Ведь факт получения ею денег не был нигде документально зафиксирован.

   - Неужели за столько лет Ротару ни раз не попалась ни на каких нарушениях?

   - Ты не поверишь, никто и никогда даже не пытался ее на чем-то поймать. Настолько сильное влияние имело имя Ротару и ее авторитет. По сути, ее концертная деятельность в России - чистой воды нелегальное гастарбайтерство. Тем не менее, она все эти годы спокойно гастролировала по всей стране. И чувствовала себя настолько безнаказанной, что даже отказывалась участвовать в концертах для Федеральной налоговой службы России. «Мне это не нужно, - говорила Ротару. - Я буду выступать для налоговиков только на Украине». Правда, в прошлом году она неожиданно начала дружить и с российскими налоговыми органами. Приехала и отработала у них на концерте. А на последнем «Золотом граммофоне» ей даже вручал награду начальник управления досудебного аудита ФНС Даниил Егоров. Не иначе, как это связано с намерением Ротару снова поехать в гастрольный тур по России. Уверена, что все будет делаться по той же схеме с «черным налом». И все опять будут закрывать на это глаза.

* * *

   Я связался с сыном Софии Ротару Русланом Евдокименко и попросил его прокомментировать заявления Ольги Коняхиной о получении его мамой гонораров «черным налом» и уклонении от уплаты налогов.

   - Я не хочу обсуждать грязь, которую Коняхина льет на нашу семью, - заявил в ответ Руслан. - Мы бы тоже могли рассказать много правдивой информации про этого человека. Но нам не нужна такая реклама. Мы занимаемся своим делом и не пиарим себя на грязи. Если Коняхина считает, что ее несправедливо осудили, пусть подает жалобы в правоохранительные органы! При чем здесь София Михайловна?! Разве только при том, что Ольга, прикрываясь ее именем, брала у людей деньги, которых потом больше никто не видел. Фактически она подставила Ротару. После всего этого Коняхина еще позволяет себе давать какие-то интервью и в чем-то обвинять Софию Михайловну. Такое ощущение, что она сама не понимает, что говорит. Может, она просто не в себе?

   Михаил ФИЛИМОНОВ («ЭГ» № 8, 2011)