БАСКОВ СПУТАЛСЯ С ЮНЫМ РАЗВРАТНИКОМ ИЗ КРОВАТИ ШАТУНОВА

По свидетельству Андрея Разина, на фоне оргий Дани Милохина отдыхает даже Леша Панин с ногой в жопе

Ряды звезд отечественного шоу-бизнеса в 2020 году неожиданно потеснил 18-летний Даня МИЛОХИН, бывший детдомовец из Оренбурга, снискавший известность дурацкими видео на Интернет-сайте Tik Tok. Смазливого парня с девятью миллионами подписчиков и двумя миллионами ежемесячного дохода сразу же взяли в оборот: рэперы ТИМАТИ (Тимур ЮНУСОВ) и ДЖИГАН (Денис УСТИМЕНКО-Вайнштейн) задействовали его в клипе «Хавчик», певец Николай БАСКОВ снял с ним клип «Дико тусим», ведущий Иван УРГАНТ пригласил его в свое шоу на Первом канале, а журнал GQ присудил ему премию «Человек года». Однако, по мнению продюсера легендарной группы «Ласковый май» Андрея РАЗИНА, юный талант пошел по неправильному пути и уже наделал серьезных ошибок, которые могут испортить ему репутацию и повредить его дальнейшей карьере.

   - Недавно у меня пытались вымогать деньги за порнографические видео с участием Дани Милохина, - рассказал «Экспресс газете» Андрей Александрович. – Он окружил себя проститутками. Набрал всех этих девок и пацанов. Я понимаю, конечно, что, как любому детдомовцу, ему не хватало внимания. Его всю жизнь чмырили и долбили. И у него сформировался комплекс неполноценности. Но попытки компенсировать таким образом былые обиды вышли ему боком. Есть такой телеграм-канал «Крысиный рой». Чтобы получить скандальный контент, они заплатили людям из окружения Дани. Эти крысы напаивали его, устраивали с ним оргии и все это снимали. А потом с телеграм-канала звонили мне и предлагали: «Выкупайте эти съемки, если не хотите, чтобы их выложили в Интернет!». Говорили, что там такая грязь, что Леша Панин с его нашумевшими видео просто отдыхает. «А почему я должен что-то выкупать? – отмахивался я. - Разве я продюсер Дани Милохина? Я к нему никакого отношения не имею». «Ну, вам же небезразлична его судьба, - уговаривали меня эти люди. - Он же спал на кровати Юры Шатунова». «И что, я теперь должен с этой кровати всех подбирать и спасать? – недоумевал я. - Мне хватает одного Шатунова с его бесконечными судами».

   Даня Милохин действительно до 13 лет жил в том же детдоме № 2 в Оренбурге, что и Шатунов в середине 80-х. И даже спал в той же комнате. Конечно, кровать была уже не та. Но место было то же самое – слева у окна. Его мне когда-то показывала директор детдома Валентина Тазекенова. У них были большие спальни, где жили по 10-12 детей. И были маленькие – на 4 человека. В этих маленьких спальнях размещали любимчиков, чтобы ночью их не дубасили другие ребята. А Шатунову вообще досталось самое безопасное место. Даже если к ним влетали из других комнат, били первых крайних, а до его кровати не добирались. К числу любимчиков относился и Даня Милохин. Он участвовал в утренниках, играл зайчика. И его тоже положили в эту маленькую спальню. По словам сотрудников детдома, я даже мог видеть Даню, когда в 2015 году хоронили Тазекенову. Шатунов на похороны не поехал. Из «Ласкового мая» присутствовал только я. Мы с губернатором Оренбургской области Юрием Бергом стояли возле гроба. А чуть в стороне находились ребята из детдома. Как потом выяснилось, среди них был и Даня Милохин. Хотя к тому времени его уже усыновили, он пришел проститься со своей наставницей. Но, поскольку народу на похоронах было очень много, я тогда не обратил на него внимания.

   Мне рассказали о непростой судьбе Дани – как он жил у приемных родителей, как убегал от них и снова возвращался, как его присадили на наркотики. Попросили меня чем-то помочь пацану. Я вышел с ним на связь. Был готов дать ему песни «Ласкового мая». Но Даня сам их исполнять не захотел. Заявил, что хочет петь только вместе с Шатуновым, с которым пообщался на программе у Андрея Малахова. А с Юрой у меня как раз возникла очередная конфликтная ситуация. Вместе со своим директором Аркадием Кудряшовым он пытался через суд оспорить наш договор. Но, если кто-то думал, что крепостное право отменили, то не со мной. Все суды Шатунов проиграл. И ему запретили исполнять «Белые розы» и другие песни «Ласкового мая». Соответственно, его сотрудничество с Даней стало невозможным. «Милохин пусть поет! – сказал нынешний правообладатель этих песен Руслан Филатов. – А Шатунову я разрешения не дам». «А без Шатунова я ничего петь не буду», - встал в позу Даня. И на этом у нас все закончилось. Честно говоря, мне жалко Даню. От свалившейся на него славы и больших денег ему снесло крышу. Ну, как же! Сам Басков снимает с ним клип. Ваня Ургант надевает шапочки и играет с ним в детский сад. Ему кажется, что это все от чистого сердца. А эти люди просто хайпуют на его сегодняшней популярности. Что с ним будет дальше – их совершенно не волнует.

   Дане нужен профессиональный продюсер типа меня, Иосифа Пригожина или покойного Юрия Айзеншписа, который бы за ним следил и направлял в нужное русло. Айзеншпис, правда, присаживал артистов на наркотики, чтобы держать их под контролем. А я всегда выступал против этого. Наоборот, старался уберечь ребят из «Ласкового мая» от всякой грязи и разврата. Следил за ними 24 часа в сутки, чтобы они во что-нибудь не вляпались. Никогда не забуду, как в Кривом Роге на стадион, где мы выступали, приехали врачихи на «скорой помощи» и начали спрашивать: «Кто у вас Михаил Сухомлинов и Андрей Гуров?». Оказалось, две девушки из Ленинграда заразились сифилисом и сказали, что спали с Сухомлиновым и Гуровым из «Ласкового мая». «Да вы с ума сошли! – возмутился я. – Этого не могло быть. Они у нас постоянно под охраной». «Нет, нам пришла телеграмма, и мы обязаны их проверить», - настаивали врачихи. Когда я привел им ребят, эти бабы чуть в обморок не упали. «Это же совсем дети! – потрясенно воскликнули они. - У них писюны еще не выросли. А девушкам, которые на них заявили, 26 и 28 лет». И в ответ на телеграмму написали в Ленинград, что их ввели в заблуждение. А представляете, какой бы поднялся скандал, если бы в «Ласковом мае» и впрямь кто-то подцепил заразу! У нас же все участники были несовершеннолетние. Нас бы закрыли в две секунды.

   Зарабатывал «Ласковый май» гораздо больше, чем сейчас звезды Интернета. Я покупал ребятам все, что они хотели - видеомагнитофоны, мотоциклы, дома. Но на руки им денег не давал, чтобы не тратили их на разные глупости. Помню, Шатунов в какой-то момент потребовал: «Плати мне по 10 тысяч наличными с каждого концерта!». Это Юру накрутил его директор Кудряшов. «Зачем тебе такие большие деньги? – удивился я. – Что ты будешь с ними делать?». «Я так хочу», - не унимался Юра. Я выдал ему три сумки, набитые советскими рублями. На другой день – еще три. А охранникам сказал: «Не дотрагивайтесь до этих сумок! Пусть сам таскает!». Шатунов пару дней их таскал. Прятал под кроватью. А потом пришел ко мне и сказал: «Забери эти деньги и больше никогда мне их не давай!». А Даню Милохина некому направить. У его нынешнего окружения мысли только об одном – словить хайп в Интернете. Как Панин, в жопу ногу засунули – и вперед! Лариса Гузеева недавно сказала, что с Паниным уже никто не хочет иметь никаких дел, и даже его фамилию нормальным людям слышать противно. Я боюсь, как бы не сложилось такое же отношение к Дане. Куда потом такого артиста выводить? Слава богу, что он не стал исполнять песни «Ласкового мая». А то бы еще и нас опозорил!

   Михаил ФИЛИМОНОВ («ЭГ» № 48, 2020)