НАСЛЕДНИЦА ЕВГЕНИЯ КРЫЛАТОВА УМЕРЛА В ПСИХЛЕЧЕБНИЦЕ

Каждый, кто родился и вырос в Советском Союзе, знает песни «Лесной олень», «Шпаги звон, как звон бокала», «Сережка ольховая», «Крылатые качели», «Три белых коня», «Прекрасное далеко». Все их написал композитор Евгений КРЫЛАТОВ, ушедший в мир иной в 2019 году в возрасте 85 лет. О последних годах жизни замечательного песенника и судьбе его наследников «Экспресс газете» рассказал продюсер Андрей ЗАГОРСКИЙ.

   - В 1996 году, когда я только начинал свою деятельность в шоу-бизнесе, в моем родном Новосибирске при поддержке фонда Ролана Быкова проходил фестиваль кино, телевидения и СМИ «Первый снег». Наряду со Светланой Дружининой, Семеном Фарадой, Семеном Морозовым и другими известными людьми туда пригласили режиссера Леонида Нечаева - создателя легендарных детских фильмов «Приключения Буратино» и «Про Красную шапочку». В рамках фестиваля показывали его фильм 1989 года «Не покидай» с песнями Крылатова на стихи Леонида Дербенева. Я тогда увидел это кино впервые и безумно в него влюбился. Любовь к этому фильму и свела меня с Крылатовым. Спустя много лет, в 2017 году, у меня возникла идея перенести «Не покидай» на театральные подмостки и поставить по нему мюзикл. С постановкой мне был готов помочь исполнитель роли принца Пеналью в фильме Нечаева - к сожалению, ныне тоже покойный - актер и режиссер Артем Тынкасов, служивший в театре Николая Губенко «Содружество актеров Таганки». Чтобы получить разрешение на использование музыки, я написал Крылатову на электронную почту, указанную на его официальном сайте. Евгений Павлович очень быстро мне ответил и сразу пригласил меня к себе домой.

   Жил Крылатов в четырехкомнатной квартире в композиторском доме на улице Чаянова в районе метро «Белорусская». К тому времени он уже овдовел. Его жена Севиль Сабитовна была младшей сестрой его сокурсника по консерватории - известного композитора-симфониста Алемдара Караманова. Она прожила с Евгением Павловичем душа в душу более полувека и ушла из жизни за пять лет до него - в 2014 году. У них было двое детей. Сын Павел, родившийся в 1958 году, стал киносценаристом. По его сценариям режиссер Максим Воронков снял комедии «Бабник-2», «Шуб - баба Люба!», «Интимная жизнь Севастьяна Бахова». При жизни Крылатова я сына ни разу не видел. И даже не помню, чтобы Евгений Павлович о нем упоминал. Уж не знаю, какие там у них были внутренние семейные отношения. А дочь Маша, которая была на 7 лет младше Павла, жила с Крылатовым. Она была талантливой пианисткой. Окончила консерваторию. Но из-за проблем со здоровьем работать не могла. Сидела дома и помогала отцу по хозяйству.

   Крылатов встретил меня очень добродушно. Попросил Машу приготовить нам чай и предложил пройти в зал, где стоял рояль и хранились все партитуры его произведений. Моя идея сделать мюзикл «Не покидай» Евгению Павловичу понравилась. Никаких денег он у меня не попросил. Обещал подписать все необходимые документы по авторским правам. И я приступил к работе. Сделал новые аранжировки ко всем 12 песням из фильма. Начал подбирать исполнителей и репетировать с ними. Каждый шаг я согласовывал с Крылатовым. Приезжал к нему, наверное, раз 20, если не 30. Евгений Павлович очень скрупулезно относился к тому, как будут звучать его песни. Хотел, чтобы исполнение было достойным. И детально обсуждал со мной каждую аранжировку и каждого вокалиста, которого я предлагал на ту или иную роль. Даже говорил, что при необходимости готов лично присутствовать на репетициях. Волновали его и чисто организационные вопросы. Однажды, приехав к Крылатову, я застал у него в гостях Александра Градского, который с ним сотрудничал и исполнял его произведения - например, чудесный сонет на музыку из фильма «С любимыми не расставайтесь». «Александр Борисович, мы с Андреем Владимировичем сейчас работаем над мюзиклом по фильму «Не покидай», - обратился к нему Евгений Павлович. - А можно будет устроить премьеру в вашем театре?». Градский очень его уважал и не мог ему отказать.

   Общались мы с Крылатовым не только по поводу мюзикла. Я показывал ему демозаписи своих музыкальных произведений. Евгений Павлович советовал, как их можно обработать и сделать интереснее. «А если вот так попробовать?» - говорил он, садился за рояль и наигрывал какие-то варианты. Многие его советы мне в дальнейшем пригодились. Некоторые я помню до сих пор. «Каждый музыкант индивидуален, - учил меня Крылатов. - Делайте так, как вам хочется, как вы сами видите! Тогда у вас все получится. На чужое мнение внимания не обращайте! Порой оно этого не стоит. Люди не всегда понимают других людей». Я искренне восхищался его талантом. Как-то сказал ему, что из наших современных композиторов считаю гениальными только двух - его и Алексея Рыбникова. Евгения Павловича это страшно смутило. «Это ваше мнение, - замялся он. - Может быть, в чем-то вы и правы». Сам себя гением Крылатов не считал. Был очень скромным человеком. Например, Владимир Шаинский, композитор тоже несомненно талантливый, не упускал случая похвастаться: «Знаете песню «Антошка, Антошка, пошли копать картошку»? Это я написал. И «Пусть бегут неуклюже пешеходы по лужам» - моя песня». А Евгений Павлович никогда не кичился своими заслугами. Не любил и избегал публичности. Его было очень сложно вытащить на какие-то мероприятия и телесъемки. Он почти всегда от этого отказывался. Как настоящему гению ему это было не нужно.

   Несмотря на весьма почтенный возраст, Крылатов до самых последних дней продолжал вести активную творческую деятельность. Его «Спаси и сохрани» и другие песни исполняла известная по мюзиклу «Норд-Ост» актриса Екатерина Гусева. Сотрудничала с ним и певица Любаша (Татьяна Залужная) - автор хита Аллы Пугачевой «Будь или не будь». Также Евгений Павлович поддерживал младших детей умершего в 2010 году Леонида Нечаева, которому в нулевых написал музыку еще к двум фильмам - «Сверчок за очагом» и «Дюймовочка». Леша и Лиза родились в последнем - девятом по счету - браке Леонида Алексеевича и на тот момент были еще несовершеннолетними. Младшую Лизу устроили заниматься в детский театр песни «Талисман». При мне Крылатову позвонил кто-то из руководителей этого театра и попросил профинансировать дочке Нечаева поездку в лагерь «Артек». «Хорошо, я все оплачу», - ответил Евгений Павлович. И, повесив трубку, пояснил мне: «Ребенку надо помочь. Без отца растет». Такой это был широкой души человек. А уж как он был увлечен нашим мюзиклом! Как хотел увидеть его на сцене! Если я пропадал по каким-то другим делам и несколько дней ему не звонил, он сам набирал и спрашивал: «Андрей Владимирович, есть у вас какие-то подвижки?».

   К величайшему сожалению, мое общение с Крылатовым продолжалось недолго - всего полтора года. Когда мюзикл был подготовлен примерно на 30 процентов, Евгения Павловича не стало. Никаких смертельных хронических заболеваний у него вроде бы не было. Его просто продуло из открытой форточки. Он подхватил двустороннюю пневмонию. Пролежал две недели в больнице и 8 мая 2019 года скончался. Прощание с ним проходило в Доме композиторов в Брюсовом переулке. Проводить его в последний путь пришли Игорь Крутой, Лев Лещенко, автор текстов его песен Юрий Энтин, Андрей Малахов и многие другие известные люди. А похоронили Крылатова на расположенном в подмосковном Красногорске Митинском кладбище. Как народному артисту России ему могли выделить место на более престижном погосте - на Новодевичьем или Ваганьковском. Но на Митинском находилась могила его любимой жены Севиль Сабитовны. И он всегда говорил, что хочет быть похороненным только рядом с ней.

   Смерть Евгения Павловича стала для меня тяжелым ударом. У меня возник какой-то внутренний ступор. Мне нужно было прийти в себя, собраться с мыслями. И я принял решение временно приостановить работу над мюзиклом. А в 2020 году началась пандемия. Собираться и репетировать стало невозможно. Так проект постепенно заглох. Тем не менее, я не оставлял надежды к нему вернуться. Продолжал общаться с наследницей Крылатова - его дочкой Машей. Она осталась в квартире на Чаянова совсем одна и искренне радовалась каждому моему звонку и визиту. Постоянно говорила мне: «Папочка вас так любил». На свою беду, Маша была слишком доверчива и беззащитна. Воспользовавшись этим, какие-то жулики пришли к ней в квартиру и украли все награды Крылатова. А осенью 2020 года ее госпитализировали в психиатрическую больницу имени Ганнушкина. Она сама сообщила мне об этом по телефону. Я планировал навестить ее и пообщаться с ней, когда она выйдет из больницы. Но не прошло и месяца, как я с ужасом узнал от кого-то из общих знакомых, что, находясь в Ганнушкина, Маша умерла. Причем, оказалось, что ее уже похоронили - недалеко от могилы родителей на Митинском кладбище. Мне даже не удалось с ней проститься. Помню, Евгений Павлович всегда переживал за ее здоровье. Постоянно напоминал ей: «Маша, ты лекарства выпить не забыла?». И вот получилось, что без присмотра отца она прожила только полтора года.

   А вскоре я обнаружил, что квартиру Крылатова выставили на продажу за 55 миллионов рублей. Я тогда искал себе жилье в ипотеку. И на сайте агентства недвижимости «Миэль» мое внимание привлек один из лотов - 4-комнатная квартира по знакомому адресу на улице Чаянова. На прилагавшихся фотографиях я сразу узнал зал с роялем, креслами и журнальным столиком, где я столько времени провел с Евгением Павловичем. Продавцом, судя по всему, выступал его сын Павел. Больше было некому. Он к тому времени остался единственным наследником. Я набрал указанный в объявлении телефон риэлторши и поинтересовался, планирует ли продавец вывезти из квартиры мебель и предметы интерьера. Ее ответ меня шокировал: «Нет, всю обстановку он готов оставить покупателю. Если она не нужна, ее можно выбросить». Я никак не ожидал от сына такого отношения к памяти его великого отца. Ну, ладно - сделать из квартиры музей, как поступил вдовец Людмилы Гурченко Сергей Сенин, возможно, ему не позволяли проблемы с деньгами. Но какие-то вещи Крылатова можно было сохранить для истории, а не отправлять на помойку как ненужный хлам. Потом уже одна знакомая мне сказала: «А ты знаешь, что это Павел отправил Машу в психушку?». И тогда мне все стало понятно.

   С Павлом, которого я впервые увидел только на похоронах Евгения Павловича, после смерти Маши я тоже контактировал. Но про квартиру я его не спрашивал. В конце концов, это его личное дело. Я обращался к нему по другим вопросам. Один из них касался авторских прав на музыку к «Не покидай». По этому вопросу Павел отправил меня в Первое музыкальное издательство. Крылатов-то собирался подписать мне разрешение бесплатно. А в ПМИ за право неэксклюзивно использовать 12 песен из этого фильма уже запросили 240 тысяч рублей. Другой вопрос был связан с установкой на кладбище памятника Крылатову. Сначала Павел оправдывал его отсутствие тем, что земля должна просесть. Потом - материальными затруднениями. За могилами Евгения Павловича и Севиль Сабитовны никто не ухаживал. Они заросли борщевиком и еще каким-то сорняком, похожим на свеклу. Я замучился заниматься там прополкой и в 2021 году за свой счет сделал на их могилах цоколь и отмостку. Только после этого Павел сподобился наконец поставить памятник. И квартиру отца вроде бы снял с продажи. По некоторым сведениям, хотел оставить ее своей дочке Маше и ее мужу. Правда, через какое-то время попытки продать эту недвижимость возобновились. Цену то повышали, то понижали. Купил ли ее кто-то - я так и не понял. Но каждый раз, когда я прохожу по улице Чаянова и вижу подъезд и окна Крылатова, у меня на глазах невольно наворачиваются слезы.

   Михаил ФИЛИМОНОВ («ЭГ» № 31, 2026)

   Газетная версия https://www.eg.ru/showbusiness/5625571