ВРАЧИ-ЕВРЕИ ДОВЕЛИ СЛАВУ БУТУСОВА ДО СЛЕЗ

скандальный хит 80-х про Олю и СПИД придумал инфекционист из Свердловска

В 1989-90 годах у советской молодежи огромным успехом пользовалась поп-группа "Анонс" с весьма скандальными по тем временам песнями про легкомысленную проститутку Олю ("Спит,спит, спит, спит Оля с кем попало, а про СПИД, СПИД Оля не слыхала"), про любознательного хулигана ("Когда я был мальчонкой и горести не знал, молоденьким девчонкам я юбки задирал") и даже - о, ужас! - про манерного извращенца-гомика ("Пусть девчонки отдыхают, мне милей мальчишки"). По данным студий звукозаписи, приводившимся тогда в газетах, эта группа наряду с Женей Белоусовым, "Ласковым маем", экс-солисткой "Миража" Светланой Разиной и Димой Маликовым входила в десятку лидеров по продажам аудиокассет. Однако в отличие от других артистов про сам "Анонс" газеты почему-то ничего не писали, и на телеэкране он тоже никогда не "светился". Долгие годы так и оставалось загадкой, откуда взялась эта группа и кто за ней стоял. И вот недавно нам удалось разыскать одного из создателей "Анонса" - барда Юрия Хейфеца, также известного под псевдонимом Борис Берг. 

   - Я родился в Свердловске в 1953 году, - издалека начал свой рассказ Юрий. - Закончил медицинский институт по специальности "санитария", работал на санэпидемстанции, потом переквалифицировался в инфекциониста. А параллельно писал стихи и песни и руководил разными самодеятельными ансамблями. В частности, свердловский рок, по моему мнению, начался не с "Урфин Джюса" и "Наутилуса-Помпилиуса", как это принято считать, а с ансамбля "Вечная весна", который я создал в 1978 году в Уральском политехническом институте. Он просуществовал 4 года и был разогнан властями после триумфального выступления на фестивале "Весна УПИ". Против нас выдвинули обвинение в идеологической диверсии. Меня таскали в обком комсомола, в горком партии и в КГБ. И, показывая тексты моих песен, спрашивали: "Что вы имели в виду? Что вы хотели этим сказать?". В то время свердловским КГБ командовал генерал Корнилов, которого даже Ельцин называл "палачом". И любое вольнодумство достаточно жестко им пресекалось. Для меня это была уже не первая встреча с КГБ.  Впервые я познакомился с этим ведомством еще в 1971 году, когда в возрасте 18 лет написал и спел у кого-то в гостях "Испанскую балладу". Со мной тогда провели беседу и взяли подписку, что я больше не буду нигде петь эту песню. И потом меня по 3-4 раза в год тягали к ним в контору на улицу Вайнера, 4Б. Но я еще легко отделался по сравнению, скажем, с Сашей Новиковым. Крупные неприятности начались у него после подпольного концерта в ДК имени Свердлова, где он спел свою знаменитую песню про Екатеринбург ("Здесь гулял подпольщик Яшка, здесь пришили Николашку"). По приглашению Саши, я тоже выступал вместе с ним в этом концерте. Помню, ему подарили букет цветов. И он каждому из участников концерта дал по цветку. У меня дома недели две или три стояла подаренная им гвоздика. Я ее поливал и берег. А вскоре после этого Новикова арестовали. Это был 1982 или 1983 год. А об "Урфин Джюсе" и "Наутилусе-Помпилиусе" в Свердловске заговорили гораздо позже - в 1984-85 годах. Примерно в то же время был создан свердловский рок-клуб, которым руководил Коля Грахов - ныне медиамагнат, владелец собственной радиостанции. Естественно, со всеми лидерами рок-тусовки я был знаком и регулярно общался. Могу даже похвастаться, что Слава Бутусов однажды сидел и плакал, слушая мои песни. К тому времени я создал при медицинском институте новый ансамбль "Леда", который, кстати, до сих пор существует в Израиле. Нам нужно было мнение профессионалов. Мы пригласили к нам на репетицию Славу Бутусова и Диму Умецкого из "Наутилуса". И во время исполнения "Ледой" одной из песен я с замиранием сердца увидел, как по щекам Славы покатились слезы. А с покойным Илюшей Кормильцевым мы постоянно спорили о поэзии. Например, обсуждая его тексты, написанные для "Наутилуса", я обратил внимание на строчку: "Я не знаю страшнее людей, чем ЛЮДЕЙ цвета хаки". "Ты должен был написать: "Я не знаю страшнее людей, чем ЛЮДИ цвета хаки", - говорил я ему. - А так, как ты написал, на мой взгляд, писать нельзя". На что он отвечал: "Не упрекай меня пошлыми падежами!". И приводил в пример строчку Лермонтова: "Из ПЛАМЯ и света рожденное слово".

   - Что же привело вас в группу "Анонс", столь далекую и от рока, и от бардовской песни?

   - Среди моих друзей был выдающийся музыковед Валерий Куцанов - преподаватель музыкального училища имени Чайковского, автор собственной системы обучения детей музыке. В конце 80-х годов он познакомил меня с музыкантом из Ижевска Дмитрием Ивановым, который вместе со своим коллегой Андреем Солуяновым руководил музыкальным кооперативом "Океан" при Удмуртской филармонии. Иванову понравились мои песни. И закончилось все это тем, что в январе 1989 года, к ужасу моих родных, я бросил медицину и уехал в Ижевск. Я-то надеялся, что буду работать там в качестве сольного артиста и петь свои песни. Но Андрей Солуянов мне сказал: "Юра, то, что ты пишешь, - это замечательно. Но это никто не будет слушать и не будет за это платить". Оказалось, что меня пригласили совсем с другой целью - чтобы я помог поднять поп-группу "Анонс", которая входила в состав "Океана". Руководил этой группой Александр Касимов. Какие-то песенки они пели. Но группа не получала достаточной раскрутки. Причиной тому было отсутствие у нее, что называется, своего лица. Это лицо мне и предлагалось придумать. Я оказался в сложном положении. Писать попсу я не хотел и не умел. А вернуться в Свердловск и тем самым признать свое поражение я не мог. И я придумал, как выполнить поставленную задачу и при этом не потерять уважения к себе. Я решил жестко простебать наш "совковый" шоу-бизнес и весь наш "совок", всех нас с нашим свинцовым раболепским воспитанием, дурацкими привычками и манерами, но при этом замаскировать этот стеб таким образом, чтобы люди под это танцевали. И я за одну ночь в номере ижевской гостиницы "Центральная" написал "Олю и СПИД", "Хулигана" и еще около 30 текстов для группы "Анонс". Утром с плодами моего творчества ознакомился Андрей Солуянов. Я не могу повторить вслух те слова, которые на меня излились. Самым мягким из того, что он сказал, было: "Вы что, хотите, чтобы меня посадили?". Однако на мою сторону встали Дима Иванов и Саша Касимов и стали вместе со мной горячо его убеждать, что именно это должно "выстрелить". И Солуянов дал нам "добро" на запись альбома. Саша Касимов с реактивной скоростью написал музыку на мои тексты. И буквально за несколько ночей был записан первый альбом "Хочу все знать". Записывать его было очень трудно, потому что музыканты каждые пять минут падали от хохота. В те годы ведь не было никаких компьютеров. В студии стояли только микрофоны, пульт, магнитофон "Олимп", и больше ничего. И все музыкальные инструменты записывались живьем. Готовый альбом Солуянов в феврале 1989 года отвез в Ленинград в студию Александра Романовского "Гармония", которая продавала лучшие образцы зарубежной и советской поп-музыки. А в марте того же года в Советском Союзе уже не было поезда, в котором не крутилась бы "Оля и СПИД".

   - И что же было дальше? На вас свалились слава и огромные деньги?

   - Огромных денег лично я не видел. Я получал замечательную зарплату в кооперативе "Океан". Кроме того, Солуянов разрешил мне выступать с сольной программой. Правда, не с лирикой, а со специально написанными сатирическими песнями. Чтобы как-то отмежеваться от моего лирического творчества, я взял себе псевдоним Борис Берг. И за три года вместе с "Анонсом", "Электронным мальчиком" и другими коллективами "Океана" объездил весь Советский Союз. У нас бывало по 3-5 концертов в день. Естественно, выступали все под "фанеру". Первые три концерта я попробовал петь вживую и немедленно сорвал голос. Но зрители и с "фанерой" встречали нас на "ура". Стадионы от 5 до 30 тысяч человек вставали, как только объявляли группу "Анонс". В Сарапуле возбужденные зрители чуть не перевернули наш автобус. А в Ташкенте атаковали самолет, на котором мы улетали. Коллеги по сцене тоже реагировали на нас вполне благожелательно. Помню, Ким Брейтбург, который тогда работал с группой "Диалог", на одном из концертов подходил и очень нас хвалил. Рассказывали даже, что альбом "Анонса" показали Пугачевой, и она якобы очень сильно смеялась. Однако в одни концерты со звездами первого эшелона нас никогда не приглашали. Очевидно, брезговали, считали, что мы исполняем какую-то похабщину. Может быть, еще сыграло роль то, что мы были не из Москвы и не из Санкт-Петербурга, а из перефирийного Ижевска. Попасть оттуда в столичную обойму, как и сейчас, тогда было практически невозможно. По тем же причинам, нас игнорировали СМИ. Правда, "Комсомолка" 1 апреля 1990 года пошутила по поводу присуждения группе "Анонс" Нобелевской премии по литературе за высокое качество текстов. А в 1991 году я даже удостоился упоминания в "Правде", где меня почему-то назвали эмигрантом, приехавшим из США. Но интервью у нас ни разу не брали, и наши лица тоже в СМИ никогда не появлялись. В этом смысле мы были изгоями. А потом случилась "павловская реформа", когда колбаса стала стоить не 2-20, а 10 рублей. И сразу все рухнуло. Люди перестали ходить на концерты. На гастроли стали ездить только звезды первой величины. А наша команда, как и многие другие, благополучно распалась. Я поменял свою квартиру в Свердловске на Москву и вернулся в медицину. С 1995 года участвовал в разработке квантового медицинского аппарата "Витязь". В 2000 году меня даже можно было видеть по ТВ в рекламе этого аппарата. Параллельно я закончил психфак МГУ и последние годы работаю психотерапевтом и креативным директором в компании "По клевым местам", которую возглавляет все тот же Андрей Солуянов. Как и раньше, продолжаю писать песни, которые можно послушать на моем интернет-сайте www.bergloga.ru. Лучшие из них войдут в мой авторский диск "Тополь", который сейчас готовится к выпуску. Что меня удивляет - спустя почти 20 лет песни "Анонса" по-прежнему востребованы. Дисками с этими песнями торгует множество различных фирм. Правда, ни мне, ни Саше Касимову почти никто ничего не платит. На мой счет в РАО за несколько лет поступило всего 5 тысяч рублей. А недавно ко мне приехал директор рэпера Сереги и сказал: "Серега хочет написать свой вариант песни "Оля и СПИД" с использованием вашего припева". Я дал ему разрешение на переработку. И они с Владимиром Вольфовичем спели ее в шоу "Две звезды" на Первом канале. На волне интереса к "Анонсу" Саша Касимов, который сейчас тоже живет в Москве, пытается реанимировать группу. Но думаю, ничего не получится. Два раза в одну и ту же воду не войдешь...

   Михаил ФИЛИМОНОВ («ЭГ» № 23, 2007)