ПАМЯТНИК ЗЫКИНОЙ ПОСТАВИЛА ПРОДЮСЕР «БУРАНОВСКИХ БАБУШЕК»

племянник певицы, выручивший на продаже ее бриллиантов 32 миллиона, решил потратить их на другие нужды

1 июля 2012 года, спустя три года со дня смерти великой русской певицы Людмилы Зыкиной, на ее могиле на Новодевичьем кладбище, наконец, установили памятник. Большинство собравшихся на его торжественное открытие пребывало в уверенности, что появился он стараниями племянника Людмилы Георгиевны Сергея Зыкина и его адвоката Георгия Левчука. Тех самых, которые долго воевали за наследство певицы и искали ее пропавшие бриллианты, а потом устроили аукцион и продали часть этих бриллиантов на сумму почти 32 миллиона рублей. По их собственным заявлениям, это было сделано как раз с целью сбора средств на увековечивание памяти Зыкиной и, в частности, на тот самый памятник. Однако оказалось, что созданием и установкой памятника занимались вовсе не племянник с адвокатом, а ООО «Дом Людмилы Зыкиной», принадлежащее продюсеру группы «Бурановские бабушки» Ксении Рубцовой.

   - Наша компания имеет прямое отношение к Людмиле Зыкиной, - объяснила Ксения Рубцова. - Она была создана при ее жизни и по ее инициативе и занималась продвижением и пропагандой народного творчества. Мы проводили юбилей Зыкиной, концерты ее памяти и многие другие мероприятия, связанные с ней. В том числе, ее похороны. И когда Новодевичье кладбище и ГУП «Ритуал» оформляли паспорт на могилу Людмилы Георгиевны, изначально он тоже был оформлен на «Дом Людмилы Зыкиной». Это уже потом, по просьбе ее племянника Сергея Зыкина, мы переписали этот паспорт на него, так как у него было право наследства. Мы думали, что он будет ухаживать за могилой. Но время шло, а памятника на могиле все не было. И тогда мы вместе с Народной артисткой СССР Элиной Быстрицкой, которую я сейчас вожу на гастроли вместе с работавшим под руководством Зыкиной ансамблем «Россия», решили взять инициативу создания памятника на себя. Нами двигала только наша любовь к Людмиле Георгиевне и больше ничего. Я лично общалась с ней десять лет. Наше знакомство произошло в 1999 году, когда я еще жила в Ижевске и училась на 2-ом курсе факультета журналистики Удмуртского государственного университета. Я тогда приехала в Москву на юбилей Зыкиной и, пробравшись за кулисы, договорилась с ней об интервью для нашего местного телевидения. Потом долгое время организовывала ей концерты в Удмуртии и в других регионах. А в 2008 году, поступив на продюсерский факультет ГИТИСа, по приглашению Людмилы Георгиевны, переехала в Москву и стала ее концертным директором. Быстрицкая и вовсе дружила с Зыкиной несколько десятков лет. Она даже не помнит – с какого года они были знакомы. В общем, еще с молодых лет. Их дружба была настолько близкой, что они даже называли друг друга сестрами. Перед празднованием 80-летия Зыкиной Светлана Владимировна Медведева собирала 12 выдающихся женщин. С Людмилой Георгиевной тогда обсуждалось – кого бы она хотела видеть. И она сама назвала Быстрицкую. При этом ни я, ни Элина Авраамовна до недавнего времени не знали родственников Людмилы Георгиевны. Кому и какие бриллианты они продали – это нас не касается. Мы занимались и занимаемся исключительно творчеством. И нам бы не хотелось вмешиваться в их дела, во всю эту грязь. Будем говорить честно – кроме родственников, много кто мог бы поставить ей памятник. У Людмилы Георгиевны было много высокопоставленных друзей – власть имущих и влиятельных финансистов. В свое время она им помогала, поддерживала их на выборах и в рекламных кампаниях. Но винить этих друзей или родственников в том, что они ничего не сделали, мы не вправе. Никто не может их заставить. Это личное дело каждого. Мы все очень благодарны Элине Быстрицкой, которая была главным флагманом нашего начинания. Без нее мы бы не потянули эту нелегкую и затратную работу.

   Просто какой-нибудь камень на могиле можно было бы поставить за два дня. Но на той же аллее, где похоронена Зыкина, стоят прекрасные памятники Улановой, Никулину, Брунову, Игорю Моисееву. И нам хотелось, чтобы у Людмилы Георгиевны тоже было достойное надгробие. Поэтому создание памятника было доверено выдающемуся скульптору Фридриху Согояну, с которым дружит Быстрицкая и дружила Зыкина. Нам звонила куча других людей и предлагала свои услуги. Но все выставляли баснословные коммерческие цены. С финансированием нам помогли зампредседателя Департамента культуры при Совете Федерации и председатель благотворительного фонда «Благовест» Зинаида Федоровна Драгункина, первый вице-спикер Совета Федерации Светлана Юрьевна Орлова и первый вице-спикер Государственной Думы Людмила Ивановна Швецова. А директор фабрики камня из города Чехов, обратившийся к нам после очередной статьи о том, что на могиле Зыкиной нет памятника, совершенно бесплатно изготовил для него гранитный постамент. Поскольку паспорт на могилу Людмилы Георгиевны мы переоформили на ее племянника, нам нужно было согласовывать установку памятника с ним. Он привозил родственников и показывал им проект. Вносил свои коррективы. И в итоге подписал нам бумагу, что он не возражает, что такой памятник будет стоять на могиле его тети. Давал ли он денег на создание памятника? Ну, я же вам ответила, в чем заключалось его участие. Больше мне сказать нечего. После открытия памятника Сергей приглашал меня на банкет в Дом актера. Но у меня уже были другие планы, и я отказалась. У родственников – своя Зыкина. У меня – своя. Ни к чему их смешивать.

   - Кто и на какие деньги осуществил установку памятника – это вопрос вообще некорректный, - уклонился от ответа Сергей Зыкин. - Памятник установлен? Установлен. Обещали открыть его 1 июля? Так оно и получилось. Как мы и хотели, открытие прошло более чем солидно. И панихида была, и все остальное. Поклонникам памятник понравился. Родственникам тоже. Какие тут могут быть вопросы?!

   - Ксения Рубцова занималась памятником по поручению Сергея и созданного им «Фонда сохранения и развития наследия Людмилы Зыкиной», - ответил за племянника его адвокат Георгий Левчук. - Сергей в это время был занят другими вопросами – разрешением проблем по уголовному делу, поисками другого имущества, подготовкой аукциона. Да, когда мы проводили аукцион, говорилось, что часть собранных денег предполагается направить на увековечивание памяти Людмилы Георгиевны. Но никто не говорил, что эти деньги должны пойти только на памятник. Поскольку Ксения Рубцова занимается организацией концертов, и у нее есть контакты со спонсорами, ей было поручено собрать для создания памятника спонсорские средства. И она это прекрасно сделала. А вы считаете, что Сергей должен был ставить памятник только на свои средства? Да, от аукциона была получена значительная сумма. И что дальше? Вы что, думаете, что памятник – это его единственный проект, и на этом жизнь заканчивается?! У него много других проектов. Сейчас разрабатывается проект музея. Идет подбор помещения. Предполагается установка мемориальной доски. А весь негативный фон вокруг памятника искусственно создают отдельные журналисты. Когда у бывшей помощницы Зыкиной Татьяны Свинковой изъяли вещи Людмилы Георгиевны, и больше не происходило никаких резких движений, они начали что-то придумывать и вдаваться в детали, которые не имеют значения. Да, мы до последнего момента не распространялись о продаже ювелирных изделий. Но это делалось из соображений безопасности. Все-таки речь шла о больших деньгах. Никому не было бы легче, если бы Сергея убили. И какая разница – кто дал деньги на памятник?! Никто сразу не вынул из кармана большую «котлету». Все давали по чуть-чуть. И общими усилиями был достигнут результат.

   Михаил ФИЛИМОНОВ (www.eg.ru, 2012)