КОБЗОН ПРИЗВАЛ НАСТЮ КАЛМАНОВИЧ НЕ ЗАНИМАТЬСЯ ГРЯЗНЫМ БЕЛЬЕМ

Иосиф Давыдович подтвердил, что экс-продюсер Земфиры была подарком Шабтаю Калмановичу от Отари Квантришвили

В центре громкого сексуального скандала неожиданно оказался патриарх российской эстрады – 74-летний Иосиф Кобзон. В своем открытом письме, опубликованном в Интернет-блоге, на него обрушилась с претензиями экс-продюсер Земфиры Анастасия Калманович. Поводом для этого послужило интервью Иосифа Давыдовича телеканалу НТВ, в котором он нелестно высказался про ее отношения с бывшим мужем – застреленным в 2009 году бизнесменом Шабтаем Калмановичем.

   - В своем интервью Вы, касаясь темы нашего с Шабтаем знакомства, выражаетесь кратко: «Настя - подарок! Отари Квантришвили Калмановичу ее подарил», - напоминала Иосифу Давыдовичу в своем письме Анастасия. - При желании любой факт чьей бы то ни было биографии можно превратить в «fuckt» и повернуть так, чтобы он выглядел, мягко говоря, неприлично. Важен «индекс социальной массы» превращающего. Учитывая значение Вашего индекса, Иосиф Давыдович, одна Ваша фраза, одно слово, один Ваш жест, и посиделки, в которых Отари Витальевич, относившийся ко мне как к дочери, и познакомил нас с Шабтаем, превращаются во встречу сутенера, проститутки и клиента. Проститутка, очевидно, я. Сутенер - Отари Квантришвили. Шабтай Калманович - клиент. Где Вы были раньше, Иосиф Давыдович? Где Вы были, когда были живы и Шабтай Калманович, и Отари Квантришвили, которые могли бы без труда поправить Вас, в Вашем искреннем заблуждении? Никто же не знал, что Вы заблуждались… Когда Ваш друг Шабтай женился на мне, Вы стояли под хупой рядом с нами и благоухали тонким французским ароматом. Вы не сорвали церемонию, не отхлестали меня, зазнавшуюся оторву, по щекам и не выбросили вон из своих уважаемых «жизней»… Иосиф Давыдович, а зачем Вам теперь это все? Эти «подарки» СМИ, вечно молодой треп на тему наших с Земфирой «неуставных» отношений? Отчего все это суровое полковничье неодобрение и всяческое отрицание моей одушевленности? Что плохого умудрилась я сделать Иосифу Кобзону, чтобы тот при любой возможности мне в душу плюнуть хотел?

   Письмо Калманович стремительно распространилось по Интернету и вызвало у общественности оживленные пересуды. Мнения высказывались самые разнообразные. Наглядным примером могут служить отклики читателей на сайте www.eg.ru:

   Суок 30.07.2012 | 08:28

   Кобзон прекрасно знал всю тогдашнюю кухню, поскольку сам в ней варился. И что Отарик мог легко сделать такой «подарок» Шабтаю - вполне в духе их взаимоотношений. Калманович надо бы сделать вид, что сказанное ее не касается, а не поднимать бучу.

   Попадья 30.07.2012 | 11:52

   Настя не поняла одной простой вещи - при всех своих замечательных внешних данных, при всем своем уме для Кобзона она была и останется «гойка». А с ними можно не церемониться. Вот если бы Настина мама была той же национальности, что и Кобзон, он бы относился к ней по-другому. И никакая хупа здесь не изменит ничего.

   Морковь 31.07.2012 | 01:46

   Молодец, Настя! Наверное, отказала Кобзону, вот он и не может простить. Наличие жены у Кобзона не умоляет его интерес к женщинам, многие известные дамы о нем нелестно отзывались в плане домоганий.

   Сам Иосиф Давыдович отвечать на претензии Анастасии не торопился и был заметно недоволен и раздражен, когда музыкальный обозреватель «Экспресс газеты» обратился к нему за комментариями по этому поводу.

   - Мне неинтересно обсуждать грязное подметное письмо девушки, бывшей сто лет тому назад женой Калмановича, - заявил Кобзон. - Да, мне пересказали, что Настя обо мне написала в Интернете. Но сам я этого не читал и читать не собираюсь. Я вообще не люблю Интернет и не умею им пользоваться. И уж тем более я не собираюсь вступать с Настей в полемику. Это ниже моего достоинства. Все мои высказывания, которые она пытается поставить мне в вину, - это правда. Я не отказываюсь ни от одного своего слова. Рекомендую Насте заниматься не своим грязным бельем, а воспитанием детей. У нее это лучше должно получиться. Это все, что я могу вам сказать.

   Михаил ФИЛИМОНОВ («ЭГ» № 32, 2012)