ИЗ-ЗА МАКSИМ БАНДИТЫ ЗАСТАВЛЯЛИ ЖЕНЩИНУ РЫТЬ СЕБЕ МОГИЛУ

с помощью криминальных структур дирекция певицы вымогала деньги у организаторов ее концерта в Тюмени

Организаторы концертов из разных городов России не раз жаловались в интервью нашей газете на певицу Марину Максимову, более известную как МакSим. Например, Анна Павлова из Хабаровска негодовала, что певица во время концерта провоцировала своих малолетних поклонников на беспорядки («ЭГ» № 49, 2009). А Вера Халина из Анапы с возмущением рассказывала, как Максимова отказывалась выходить на сцену и крыла всех матом из-за того, что ей предоставили более современный звукорежиссерский пульт, чем требовалось у нее в райдере («ЭГ» № 49, 2010). Но то, что мы услышали от омского промоутера Николая Кривогуза, повергло нас в состояние настоящего шока.

   - Самые ужасные гастроли в моей жизни были с певицей МакSим, - признался Николай. - Первый концерт я ей сделал в 2007 году. Тогда у нее уже в течение года крутилась песня «Трудный возраст». Но всерьез ее никто не воспринимал. И когда я решил привезти ее к нам в Омск, все местные организаторы крутили мне пальцем у виска. Говорили, что я попаду с ней на деньги. Поддержала меня только моя компаньонша А.Ф. – женщина в возрасте, которая давно занималась концертами и пользовалась в Омске уважением. Мы договорились с директором МакSим Маргаритой Соколовой. Запустили в продажу билеты. И за месяц до концерта уже хотели его отменять. Билеты вообще не продавались. «Ну, вот! Опять нам накаркали!» - думали мы. А дня через три у МакSим вышел клип «Знаешь ли ты?». И за неделю наш омский цирк был полностью продан. Марина осталась всем довольна. В то время она еще не возила с собой музыкантов, а выступала под «фанеру» с балетом. У одной из ее танцовщиц как раз был день рождения. И мы все вместе его отмечали. Марина пила со мной водку. Уговорила с легкостью полторы бутылки. Мне даже довелось поплавать с ней в одном бассейне. Во время купания я поинтересовался размерами ее гонораров. «Знаешь, гонорары я сейчас не получаю, - сказала Марина. – Я живу за счет авторских отчислений». Отчисления, судя по всему, были неплохие, потому что уже тогда она планировала покупку квартиры в Москве.

   После этого мы с моей компаньоншей А.Ф. поняли, что МакSим – золотое дно, и пока все еще «спят», надо действовать. Мы решили сделать ее концерт в Тюмени, до которой из Омска рукой подать – 6-7 часов езды на поезде. Наняли там за определенный процент местного организатора. С Маргаритой Соколовой у нас изначально была договоренность, что гонорар МакSим будет такой же, как в Омске – 8 тысяч долларов. Правда, за две недели до концерта она объявила, что мы типа друг друга недопоняли, и гонорар составляет уже не 8, а 10 тысяч. Но мы с моей компаньоншей закрыли на это глаза. К тому времени почти все билеты были проданы. И мы прикинули, что даже с учетом лишних двух тысяч мы все равно останемся в плюсе. МакSим со своим коллективом ехала в Тюмень на поезде из Новосибирска. И я подсел к ним, когда они проезжали через Омск. Тут меня ожидал неприятный сюрприз. «Мы сегодня ночью долго беседовали с Маргаритой, - сообщил мне администратор Геннадий. – И решили, что вы должны нам заплатить гонорар не 10, а 15 тысяч долларов». При таких раскладах нам уже не оставалось ни копейки. «Как это понимать?! – возмутился я. – Вы просили 8 тысяч. Потом – 10 тысяч. Мы вам дали столько, сколько вы просили. Что вам еще надо?!». Якобы им не понравилось, что наш тюменский помощник привлек на концерт местную радиостанцию, которая без их ведома заявила о намерении провести перед началом какую-то свою акцию. «Вы как организаторы должны доплатить нам за это 5 тысяч долларов, - поставил мне ультиматум Геннадий. – Пока вы этого не сделаете, Марина не выйдет на сцену». Потом мне начала названивать Маргарита и угрожать. «У меня в Тюмени серьезные связи, - говорила она. – Вы оттуда живыми не уедете».

   В Тюмени нас встретила моя компаньонша, которая заранее выехала туда готовить почву. Я сообщил ей о сложившейся ситуации и предложил обратиться в ФСБ или в милицию. Но она посчитала это преждевременным. Мы отправились в цирк, где должен был проходить концерт. Тут на нас начали катить бочку сама Марина и ее танцоры. По райдеру, у них в гримерках должна была стоять вода без газа. «Зачем вы налили в «Бон Аква» воду из-под крана?» - стали возмущаться они. Типа, мы на них сэкономили, взяли где-то пустые бутылки и заново наполнили. На самом деле мы к этим бутылкам даже не притрагивались. За это отвечал тюменский организатор. А где-то за час до концерта нас вызвал к себе в кабинет директор цирка. Там нас ждали два амбала, представившиеся сотрудниками милиции. Я по молодости и неопытности принял их за настоящих милиционеров. Начал им что-то объяснять, показывать чеки о перечислении денег и эсэмэски от Маргариты, где она назначала сначала одну цену за концерт, а потом другую. Но амбалы не хотели слышать никаких доводов. «Идите и ищите 5 тысяч долларов! – сказали они. – Иначе концерта не будет». «Что ты такой е…нушка?! – сказала мне моя компаньонша, когда мы вышли из кабинета директора. – На фиг ты показывал им эти эсэмэски?! Это не милиция, а бандиты». Потом в фойе я случайно услышал разговор администратора Геннадия с Маргаритой. «Слушай, если мы их сейчас не разведем на бабки, придется все-таки выходить и выступать», - говорил он. И Маргарита с ним соглашалась. После этого мне стало понятно, что моя компаньонша права.

   В итоге мы приняли решение, что мне нужно, не дожидаясь концерта, сваливать из Тюмени. Один из сотрудников цирка меня предупредил: «Не вздумай ехать на железнодорожный вокзал! Там уже все схвачено. Тебя снимут с поезда и вернут обратно». Мне пришлось взять такси до ближайшего города Ишима и там уже пересесть в поезд. Пока я ехал в Ишим, с телефона А.Ф. мне постоянно звонили бандиты и говорили: «Если ты не вернешься, твоей компаньонше п…дец!». В какой-то момент я поддался эмоциям и уже хотел вернуться, но что-то подсказало мне, что делать этого не нужно. Только это нас и спасло. На следующий день моя компаньонша позвонила вся в слезах. После концерта бандиты удерживали ее в цирке. Причем, помимо 5 тысяч долларов для МакSим, требовали у нее еще 200 тысяч рублей за их «работу». Она просила сотрудников цирка вызвать милицию. Но все были напуганы, и на ее просьбу никто не откликнулся. Потом бандиты повезли ее на кладбище. Закрывали ей глаза, чтобы она не увидела номера машины. Заставляли ее руками рыть себе могилу. Но, к счастью, ничего с ней не сделали. Забрали у нее билет на поезд и все имевшиеся при ней деньги вплоть до мелочи и отпустили ее. Видимо, поняли, что остался свидетель в моем лице, и это может выйти им боком. А если бы я вовремя не уехал, кто знает, может быть, мы с моей компаньоншей не только вместе выкопали бы себе могилы, но и остались бы в них лежать.

   Михаил ФИЛИМОНОВ («ЭГ» № 5, 2013)