ПЕРЕД СМЕРТЬЮ МАРИЮ ПАХОМЕНКО ДОЧЬ СДАЛА В БОГАДЕЛЬНЮ

своего отца Александра Колкера Наталья Пахоменко хочет через суд признать недееспособным

8 марта в Санкт-Петербурге, не дожив две недели до своего 76-летия, скончалась исполнительница популярных песен «Качает, качает», «Стоят девчонки», «Чудо-кони», «Лучше нету того цвету», «Сладка ягода», первая среди российских артистов обладательница Гран-При международного конкурса «Золотой Орфей» Мария Пахоменко, страдавшая последние годы болезнью Альцгеймера и вследствие этого полностью потерявшая память. В прошлом году 53-летняя дочь певицы Наталья Пахоменко со скандалом забрала ее у мужа – 79-летнего композитора Александра Колкера, обвинив его в том, что он якобы зверски избивал больную жену и не обеспечивал ей должный уход («ЭГ» № 43, 2012). Однако под присмотром дочери, уверявшей, что у нее Марии Леонидовне будет намного лучше, певица прожила всего несколько месяцев.

   - Мария Пахоменко скончалась от воспаления легких, - сообщил питерской «Комсомолке» гражданский супруг ее дочери Александр Беляев. - 17 февраля дочь поместила Марию Леонидовну в санаторий в Токсово, который расположен при монастыре. Там современное оборудование и хорошие врачи. Певицу забрали домой 2 марта. Она выглядела не так хорошо и немного кашляла. Дочь дала Пахоменко лекарство, и симптомы прошли. Вечером 5 марта артистке стало хуже. Вызвали «Скорую». Кардиограмма показала: с сердцем все в порядке. «Межреберная невралгия, - констатировал врач. - Такое бывает после травм». Выписал мазь и еще какие-то лекарства. Но 6 марта состояние не улучшилось. Народной артистке было плохо. Участковый врач 49 поликлиники прослушал легкие: «Все чисто, пневмонии нет». Но 8 марта певице стало совсем плохо. В 7 утра родные вновь вызвали «Скорую». «У нее же воспаление легких, что же вы тянули!» – воскликнул врач. Пациентку срочно отправили в реанимацию больницы в Учебном переулке. А в полседьмого вечера Мария Пахоменко скончалась.

   Как мне удалось выяснить, санаторием в Токсово, куда дочь отправляла певицу, был гериатрический медико-социальный центр имени императрицы Марии Федоровны или, попросту говоря, богадельня при Соборе Архистратига Божия Михаила.

   - Да, Мария Пахоменко три недели находилась у нас, - подтвердила директор гериатрического центра Галина Михайловна. - Это было не первое ее поступление к нам. До этого она уже была у нас, когда ее дочь уезжала и не могла оставить ее одну. Никакого лечения мы не осуществляли. Только уход. 2 марта Мария Леонидовна убыла домой в сопровождении родственников. Не знаю, что говорят родственники, но от нас она ушла абсолютно здоровым человеком. Соматически здоровым. Если бы у нее было воспаление легких, наверное, это было бы видно по самой пациентке.

   Информацию о несвоевременном оказании Марии Пахоменко медицинской помощи поставили под сомнение и в санкт-петербургской поликлинике № 49, чей врач осматривал певицу за два дня до смерти и не обнаружил у нее никаких признаков воспаления легких.

   - Насколько я знаю, у певицы были не только наши сотрудники, но и другие доктора, - заметила заведующая поликлиникой Екатерина Королькова. – И родственники с какими-либо претензиями лично к нам не обращались. Если с их стороны будут официальные заявления, поликлиника даст официальный ответ. А просто так обсуждать данный вопрос я не считаю возможным, поскольку факт обращения любого гражданина за медицинской помощью является предметом врачебной тайны и не разглашается.

   Александр Колкер, проживший с Марией Пахоменко 54 года, виновниками ее смерти считает дочь и ее гражданского мужа – заведующего лабораторией молекулярной цитогенетики растений в Институте Эволюции Университета Хайфы Александра Беляева. Бросив в Израиле жену Ольгу Раскину с несовершеннолетним сыном Михаилом, 55-летний Беляев год назад перебрался в Санкт-Петербург к Наталье Пахоменко и, по мнению композитора, задался целью завладеть имуществом и деньгами их семьи.

   - Мне сейчас очень тяжело, - признался Александр Колкер, когда я позвонил ему, чтобы высказать свои соболезнования. – Они осуществили свои преступные планы. Украли и уничтожили Марию Леонидовну. Помогли ей уйти из жизни. Теперь я жду, когда они возьмутся за меня. Фактически они уже взялись. Оклеветали меня по телевидению. Вскрыли мою квартиру и выкрали все мои партитуры, клавиры, всю музыку, которую я написал за свои 80 лет пребывания на этой земле. Если они сумеют быстро переправить мои ноты на Запад, они получат огромные деньги. И никакое Российское авторское общество до них не дотянется. Я обращался в прокуратуру Санкт-Петербурга и к Бастрыкину в Следственный комитет России. Обращался к нашему губернатору Полтавченко. Но «тишина наших русских полей» была мне ответом. А сейчас дочь подает на меня в суд. Хочет лишить меня дееспособности и назначить надо мной опеку.

   В Приморском районном суде Санкт-Петербурга, к которому территориально относится место жительство Колкера и его дочери, факт подачи Натальей Пахоменко иска о признании отца недееспособным подтвердить не смогли. Как предположили в канцелярии по гражданским делам, исковое заявление, возможно, передано одному из судей, но слушания по нему еще не назначены, и поэтому оно не зарегистрировано как находящееся в производстве. Зато обнаружилось, что еще 19 декабря сам Колкер подал в Приморский суд иск о признании недействительным договора дарения, ответчиками по которому выступали его дочь и две организации – Управление Федеральной Регистрационной Службы и Муниципальный округ № 66 Санкт-Петербурга. Прошлой осенью в интервью «ЭГ» Александр Наумович рассказывал, что вскоре после знакомства с Александром Беляевым Наталья Пахоменко спешно переоформила на себя права собственности на три квартиры в Санкт-Петербурге, прежде принадлежавшие ее родителям. «Беляев не скрывал, что уже считает эти квартиры своими», - возмущался тогда композитор. Судя по всему, эту сделку он и пытался оспорить в суде. Но 12 февраля судья Денис Петухов вынес решение – Колкеру в иске отказать по части 6 статьи 152 ГПК РФ в связи с пропуском им без уважительных причин срока исковой давности. Правда, в законную силу это решение пока еще не вступило, так как композитор подал апелляционную жалобу, и она до настоящего момента судом не рассматривалась.

   Кстати

   Как свидетельствует судебный архив, всего за несколько месяцев до того, как в жизни Натальи Пахоменко появился Александр Беляев, ее отношения с отцом отнюдь не были такими враждебными. Тогда в том же Приморском районном суде Наталья Александровна проходила привлекаемым лицом по делу об административном правонарушении. Ее обвиняли в том, что 14 апреля 2011 года, управляя своим автомобилем, она совершила столкновение с инкассаторским броневиком и, причинив ему механические повреждения, скрылась с места ДТП. По статье 12.27 КоАП РФ, ей грозило лишение прав до полутора лет или арест до 15 суток. И избежать наказания ей помог не кто иной, как ее отец Александр Колкер, который дал показания, что дочь спешила доставить их с Марией Леонидовной в клинику имени Алмазова, где ему ставили в сердце искусственный клапан.

   - Согласно статье 2.7 КоАП РФ, не является административным правонарушением причинение лицом вреда в состоянии крайней необходимости, то есть для устранения опасности, непосредственно угрожающей личности и правам данного лица или других лиц, - указала в постановлении от 14 июня 2011 года судья Рита Веденина. - Учитывая, что в автомашине Пахоменко Н.А. находились двое больных родителей, один из которых страдает заболеванием сердца, оба являются инвалидами, находятся в преклонном возрасте, она действовала в условиях крайней необходимости и покинула место ДТП, направившись к клинике им. Алмазова для предотвращения возможных худших последствий. А поскольку данная опасность не могла быть устранена иными средствами, а причиненный вред является менее значительным, чем предотвращенный вред, суд полагает необходимым производство по делу прекратить.

   Михаил ФИЛИМОНОВ («ЭГ» № 11, 2013)