СУЛЕЙМАНА КЕРИМОВА ХОТЕЛ ЗАСТРЕЛИТЬ МУЖ ЕГО ЛЮБОВНИЦЫ

Но арестовали ревнивого Сергея Никонова не за подготовку убийства олигарха, а за мошенничество с квартирами на 400 миллионов

За последние 13 лет продюсер Сергей Никонов не раз становился героем наших скандальных публикаций. Впервые мы услышали о нем от жены «фабриканта» Антона Зацепина Любови Хворостининой, которую он рассорил с мужем и лишил подаренного им автомобиля («ЭГ» № 43, 2004). Спустя несколько лет бывший сотрудник «Русского радио» Андрей Шмелев и музыкант из Германии Александр Альберт, выступающий как ди-джей Слон, рассказали нам, как Никонов подставил и кинул на деньги продюсера группы «Рефлекс» Вячеслава Тюрина и других людей, помогавших пропихивать в шоу-бизнес его жену – певицу Анну Воронину, более известную под псевдонимом Ангел-А («ЭГ» № 40, 2008). Потом эти факты подтвердила сама Воронина, которая не выдержала выходок своего благоверного и сбежала от него («ЭГ» № 41, 2009). А в прошлом году директор PR-агентства «Успех» Оксана Романенко пожаловалась, что Сергей взялся помочь ей, экс-солистке группы «Блестящие» Юлии Ковальчук и еще ряду лиц приобрести квартиры по льготной цене и скрылся с их деньгами («ЭГ» № 35, 2016). Сам продюсер все обвинения в свой адрес категорически опровергал и даже грозил нам судом за оскорбление его чести и достоинства. Но недавно события приняли неожиданный оборот. 26 октября постановлением Никулинского районного суда Никонова арестовали за совершение преступления, предусмотренного частью 4 статьи 159 УК РФ «Мошенничество в особо крупном размере». Что на этот раз натворил наш старый знакомый – нам удалось выяснить у одного из пострадавших – 63-летнего начальника юридического отдела одной из столичных компаний Матвея Чатова.

   - Я хорошо знал покойного отца Сергея – Виктора Никонова, - издалека начал свой рассказ Матвей Георгиевич. - В советское время он служил в КГБ. Мы тесно общались с 1982 по 1985 год. Потом долго не виделись. А в 2005 году встретились снова в фонде ветеранов спецподразделений и спецслужб «Вымпел-Гарант». Эту организацию создал бывший сотрудник спецназа КГБ Валерий Киселев. А я был в ней одним из вице-президентов. Наш фонд приглашал на встречи с ветеранами Трофима и других артистов. «А почему бы моего сына тоже к этому не привлечь? – сказал как-то Виктор Никонов. – У него жена Аня Воронина – певица». Так я познакомился с Сергеем. Он начал делать у нас концерты с участием своей жены. А потом сам стал членом нашего фонда. Получил удостоверение и постоянно бывал в нашем офисе, расположенном напротив библиотеки имени Ленина. Когда в 2006 году у меня случился инфаркт, Сергей очень переживал за мое здоровье. Приезжал ко мне в больницу. Говорил, что ходил к святой Матроне молиться за меня. И вошел в мою душу как хороший человек. В 2008 году я узнал от Виктора Никонова, что Аня Воронина кинула его сына и ушла к олигарху Сулейману Керимову. Сергей отреагировал на это крайне агрессивно и даже хотел застрелить Аню вместе с Керимовым. Отец беспокоился, как бы он не натворил дел, и просил меня с ним поговорить. Я пытался, как мог, успокоить Сергея. «Зачем тебе это надо? – говорил ему я. – Подумаешь, баба от тебя ушла. Да и хрен с ней! Мало ли других баб на земле».

Вскоре после этого я уехал из Москвы, и наше общение с Сергеем прервалось. Единственный раз за много лет мы виделись в 2011 или 2012 году на похоронах его отца. А весной 2016 года Сергей неожиданно сам мне позвонил и предложил встретиться. Встреча состоялась в начале мая в ресторане «Урюк» на Кутузовском проспекте. «Я сейчас работаю в Госстройнадзоре, - сказал он. – Могу помочь вам недорого купить 3-комнатную квартиру. Застройщики продают ее за 19 миллионов рублей. А вам она будет стоить всего 5 миллионов. Причем, все деньги сразу платить не нужно». «Почему такая большая разница в цене?» - удивился я. «На таких условиях квартиры дают моему шефу Вадиму Николаевичу за то, что комиссия при приемке дома на многое закрывает глаза», - объяснил Никонов. Со мной на встрече присутствовал мой друг Виктор Кердинашвили. «А можно и мне купить у вас квартиру?» - спросил он. «Ну, если вы близкий человек Матвея Георгиевича, вам она обойдется в 5500000 рублей», - ответил Сергей. По его указанию, мы с Виктором поехали в жилой комплекс на улице Лобачевского и выбрали себе по «трешке» площадью 97 квадратных метров. Чтобы их забронировали за нами, нужно было внести Никонову по 200 тысяч. У меня в тот момент денег не было. Но Кердинашвили был так благодарен мне за удачную сделку, что заплатил за нас двоих. А следующий взнос в размере 1300000 рублей за меня неожиданно взялся заплатить сам Никонов. «Я Вас уважаю как отца и считаю своим долгом взять на себя часть Ваших расходов, - сказал он мне. – Вы лучше найдите мне покупателей на квартиры. Только не перекупщиков, а тех, кто реально нуждается в жилье». Я почувствовал себя обязанным и привел к нему многих своих друзей и близких, которые тоже передали ему различные суммы. Помимо покупки квартир Сергей предлагал им решить различные вопросы через некую Киру. Она якобы приходилась свояченицей заместителю Сергея Собянина Марату Хуснуллину и являлась у них «серым кардиналом». За решение одного из вопросов я лично покупал и передавал Сергею для этой Киры часы за полтора миллиона. А за решение другого - два браслета с бриллиантами по 770 тысяч: один для нее самой, другой для жены мэра Сочи Анатолия Пахомова. Но все обещания Никонова оказались блефом. Ни квартир, ни других благ никто от него так и не получил. В конце концов, он начал от нас скрываться. Нам ничего не оставалось, как обратиться в полицию. Выяснилось, что никакого отношения к Госстройнадзору Сергей никогда не имел и полученные за квартиры деньги попросту присваивал, а дорогие вещи, предназначенные для таинственной Киры, дарил своей новой жене Ольге. На первом же допросе он признался, что совершил мошенничество в отношении семи человек на сумму более 80 миллионов. Всего от его действий пострадало 34 человека. А общий ущерб составил свыше 400 миллионов рублей. Я даже не могу назвать его аферистом. Аферисты обманывают чужих людей. А этот мерзавец не гнушался наживаться на близких друзьях.

   Михаил ФИЛИМОНОВ («ЭГ» № 48, 2017)