Рассылка:
 
   
 
/
 
     
Информационно-развлекательный портал о шоу-бизнесе
ВСЕ ПУБЛИКАЦИИ
   
  О главном
  Новости
  Публикации
    - 2017 год
    - 2016 год
    - 2015 год
    - 2014 год
    - 2013 год
    - 2012 год
    - 2011 год
    - 2010 год
    - 2009 год
    - 2008 год
    - 2007 год
    - 2006 год
    - 2005 год
  Видео
  Фото
  Ссылки
  Проекты
  Архив
(2001-2006)
  Реклама
  Контакты

 

 

 

 

 

 

 

--> СМОТРЕТЬ СПИСОК ВСЕХ ПУБЛИКАЦИЙ <--

[1] [2] [3] [4] [5] [6] [7] [8] [9] [10] [11] [12] [13] [14] [15] [16] [17] [18] [19] [20] [21] [22] [23] [24] [25] [26] [27] [28] [29] [30] [31] [32] [33] [34] [35] [36] [37] [38] [39] [40] [41] [42] [43] [44] [45] [46] [47] [48] [49] [50] [51] [52] [53] [54] [55] [56] [57] [58] [59] [60] [61] [62] [63] [64] [65] [66] [67] [68] [69] [70] [71] [72] [73] [74] [75] [76] [77] [78] [79] [80] [81] [82] [83] [84] [85] [86] [87] [88] [89] [90] [91] [92] [93] [94] [95] [96] [97] [98] [99] [100] [101] [102] [103] [104] [105] [106] [107] [108] [109] [110] [111] [112] [113] [114] [115] [116] [117] [118] [119] [120] [121] [122] [123] [124] [125] [126] [127] [128] [129] [130] [131] [132] [133] [134] [135] [136] [137] [138] [139] [140] [141] [142] [143] [144] [145] [146] [147] [148] [149] [150] [151] [152] [153] [154] [155] [156] [157] [158] [159] [160] [161] [162] [163] [164] [165] [166]

ВРАЧИ-ЕВРЕИ ДОВЕЛИ СЛАВУ БУТУСОВА ДО СЛЕЗ

скандальный хит 80-х про Олю и СПИД придумал инфекционист из Свердловска

В 1989-90 годах у советской молодежи огромным успехом пользовалась поп-группа "Анонс" с весьма скандальными по тем временам песнями про легкомысленную проститутку Олю ("Спит,спит, спит, спит Оля с кем попало, а про СПИД, СПИД Оля не слыхала"), про любознательного хулигана ("Когда я был мальчонкой и горести не знал, молоденьким девчонкам я юбки задирал") и даже - о, ужас! - про манерного извращенца-гомика ("Пусть девчонки отдыхают, мне милей мальчишки"). По данным студий звукозаписи, приводившимся тогда в газетах, эта группа наряду с Женей Белоусовым, "Ласковым маем", экс-солисткой "Миража" Светланой Разиной и Димой Маликовым входила в десятку лидеров по продажам аудиокассет. Однако в отличие от других артистов про сам "Анонс" газеты почему-то ничего не писали, и на телеэкране он тоже никогда не "светился". Долгие годы так и оставалось загадкой, откуда взялась эта группа и кто за ней стоял. И вот недавно нам удалось разыскать одного из создателей "Анонса" - барда Юрия Хейфеца, также известного под псевдонимом Борис Берг. 

   - Я родился в Свердловске в 1953 году, - издалека начал свой рассказ Юрий. - Закончил медицинский институт по специальности "санитария", работал на санэпидемстанции, потом переквалифицировался в инфекциониста. А параллельно писал стихи и песни и руководил разными самодеятельными ансамблями. В частности, свердловский рок, по моему мнению, начался не с "Урфин Джюса" и "Наутилуса-Помпилиуса", как это принято считать, а с ансамбля "Вечная весна", который я создал в 1978 году в Уральском политехническом институте. Он просуществовал 4 года и был разогнан властями после триумфального выступления на фестивале "Весна УПИ". Против нас выдвинули обвинение в идеологической диверсии. Меня таскали в обком комсомола, в горком партии и в КГБ. И, показывая тексты моих песен, спрашивали: "Что вы имели в виду? Что вы хотели этим сказать?". В то время свердловским КГБ командовал генерал Корнилов, которого даже Ельцин называл "палачом". И любое вольнодумство достаточно жестко им пресекалось. Для меня это была уже не первая встреча с КГБ.  Впервые я познакомился с этим ведомством еще в 1971 году, когда в возрасте 18 лет написал и спел у кого-то в гостях "Испанскую балладу". Со мной тогда провели беседу и взяли подписку, что я больше не буду нигде петь эту песню. И потом меня по 3-4 раза в год тягали к ним в контору на улицу Вайнера, 4Б. Но я еще легко отделался по сравнению, скажем, с Сашей Новиковым. Крупные неприятности начались у него после подпольного концерта в ДК имени Свердлова, где он спел свою знаменитую песню про Екатеринбург ("Здесь гулял подпольщик Яшка, здесь пришили Николашку"). По приглашению Саши, я тоже выступал вместе с ним в этом концерте. Помню, ему подарили букет цветов. И он каждому из участников концерта дал по цветку. У меня дома недели две или три стояла подаренная им гвоздика. Я ее поливал и берег. А вскоре после этого Новикова арестовали. Это был 1982 или 1983 год. А об "Урфин Джюсе" и "Наутилусе-Помпилиусе" в Свердловске заговорили гораздо позже - в 1984-85 годах. Примерно в то же время был создан свердловский рок-клуб, которым руководил Коля Грахов - ныне медиамагнат, владелец собственной радиостанции. Естественно, со всеми лидерами рок-тусовки я был знаком и регулярно общался. Могу даже похвастаться, что Слава Бутусов однажды сидел и плакал, слушая мои песни. К тому времени я создал при медицинском институте новый ансамбль "Леда", который, кстати, до сих пор существует в Израиле. Нам нужно было мнение профессионалов. Мы пригласили к нам на репетицию Славу Бутусова и Диму Умецкого из "Наутилуса". И во время исполнения "Ледой" одной из песен я с замиранием сердца увидел, как по щекам Славы покатились слезы. А с покойным Илюшей Кормильцевым мы постоянно спорили о поэзии. Например, обсуждая его тексты, написанные для "Наутилуса", я обратил внимание на строчку: "Я не знаю страшнее людей, чем ЛЮДЕЙ цвета хаки". "Ты должен был написать: "Я не знаю страшнее людей, чем ЛЮДИ цвета хаки", - говорил я ему. - А так, как ты написал, на мой взгляд, писать нельзя". На что он отвечал: "Не упрекай меня пошлыми падежами!". И приводил в пример строчку Лермонтова: "Из ПЛАМЯ и света рожденное слово".


   - Что же привело вас в группу "Анонс", столь далекую и от рока, и от бардовской песни?

   - Среди моих друзей был выдающийся музыковед Валерий Куцанов - преподаватель музыкального училища имени Чайковского, автор собственной системы обучения детей музыке. В конце 80-х годов он познакомил меня с музыкантом из Ижевска Дмитрием Ивановым, который вместе со своим коллегой Андреем Солуяновым руководил музыкальным кооперативом "Океан" при Удмуртской филармонии. Иванову понравились мои песни. И закончилось все это тем, что в январе 1989 года, к ужасу моих родных, я бросил медицину и уехал в Ижевск. Я-то надеялся, что буду работать там в качестве сольного артиста и петь свои песни. Но Андрей Солуянов мне сказал: "Юра, то, что ты пишешь, - это замечательно. Но это никто не будет слушать и не будет за это платить". Оказалось, что меня пригласили совсем с другой целью - чтобы я помог поднять поп-группу "Анонс", которая входила в состав "Океана". Руководил этой группой Александр Касимов. Какие-то песенки они пели. Но группа не получала достаточной раскрутки. Причиной тому было отсутствие у нее, что называется, своего лица. Это лицо мне и предлагалось придумать. Я оказался в сложном положении. Писать попсу я не хотел и не умел. А вернуться в Свердловск и тем самым признать свое поражение я не мог. И я придумал, как выполнить поставленную задачу и при этом не потерять уважения к себе. Я решил жестко простебать наш "совковый" шоу-бизнес и весь наш "совок", всех нас с нашим свинцовым раболепским воспитанием, дурацкими привычками и манерами, но при этом замаскировать этот стеб таким образом, чтобы люди под это танцевали. И я за одну ночь в номере ижевской гостиницы "Центральная" написал "Олю и СПИД", "Хулигана" и еще около 30 текстов для группы "Анонс". Утром с плодами моего творчества ознакомился Андрей Солуянов. Я не могу повторить вслух те слова, которые на меня излились. Самым мягким из того, что он сказал, было: "Вы что, хотите, чтобы меня посадили?". Однако на мою сторону встали Дима Иванов и Саша Касимов и стали вместе со мной горячо его убеждать, что именно это должно "выстрелить". И Солуянов дал нам "добро" на запись альбома. Саша Касимов с реактивной скоростью написал музыку на мои тексты. И буквально за несколько ночей был записан первый альбом "Хочу все знать". Записывать его было очень трудно, потому что музыканты каждые пять минут падали от хохота. В те годы ведь не было никаких компьютеров. В студии стояли только микрофоны, пульт, магнитофон "Олимп", и больше ничего. И все музыкальные инструменты записывались живьем. Готовый альбом Солуянов в феврале 1989 года отвез в Ленинград в студию Александра Романовского "Гармония", которая продавала лучшие образцы зарубежной и советской поп-музыки. А в марте того же года в Советском Союзе уже не было поезда, в котором не крутилась бы "Оля и СПИД".

 

   - И что же было дальше? На вас свалились слава и огромные деньги?

   - Огромных денег лично я не видел. Я получал замечательную зарплату в кооперативе "Океан". Кроме того, Солуянов разрешил мне выступать с сольной программой. Правда, не с лирикой, а со специально написанными сатирическими песнями. Чтобы как-то отмежеваться от моего лирического творчества, я взял себе псевдоним Борис Берг. И за три года вместе с "Анонсом", "Электронным мальчиком" и другими коллективами "Океана" объездил весь Советский Союз. У нас бывало по 3-5 концертов в день. Естественно, выступали все под "фанеру". Первые три концерта я попробовал петь вживую и немедленно сорвал голос. Но зрители и с "фанерой" встречали нас на "ура". Стадионы от 5 до 30 тысяч человек вставали, как только объявляли группу "Анонс". В Сарапуле возбужденные зрители чуть не перевернули наш автобус. А в Ташкенте атаковали самолет, на котором мы улетали. Коллеги по сцене тоже реагировали на нас вполне благожелательно. Помню, Ким Брейтбург, который тогда работал с группой "Диалог", на одном из концертов подходил и очень нас хвалил. Рассказывали даже, что альбом "Анонса" показали Пугачевой, и она якобы очень сильно смеялась. Однако в одни концерты со звездами первого эшелона нас никогда не приглашали. Очевидно, брезговали, считали, что мы исполняем какую-то похабщину. Может быть, еще сыграло роль то, что мы были не из Москвы и не из Санкт-Петербурга, а из перефирийного Ижевска. Попасть оттуда в столичную обойму, как и сейчас, тогда было практически невозможно. По тем же причинам, нас игнорировали СМИ. Правда, "Комсомолка" 1 апреля 1990 года пошутила по поводу присуждения группе "Анонс" Нобелевской премии по литературе за высокое качество текстов. А в 1991 году я даже удостоился упоминания в "Правде", где меня почему-то назвали эмигрантом, приехавшим из США. Но интервью у нас ни разу не брали, и наши лица тоже в СМИ никогда не появлялись. В этом смысле мы были изгоями. А потом случилась "павловская реформа", когда колбаса стала стоить не 2-20, а 10 рублей. И сразу все рухнуло. Люди перестали ходить на концерты. На гастроли стали ездить только звезды первой величины. А наша команда, как и многие другие, благополучно распалась. Я поменял свою квартиру в Свердловске на Москву и вернулся в медицину. С 1995 года участвовал в разработке квантового медицинского аппарата "Витязь". В 2000 году меня даже можно было видеть по ТВ в рекламе этого аппарата. Параллельно я закончил психфак МГУ и последние годы работаю психотерапевтом и креативным директором в компании "По клевым местам", которую возглавляет все тот же Андрей Солуянов. Как и раньше, продолжаю писать песни, которые можно послушать на моем интернет-сайте www.bergloga.ru. Лучшие из них войдут в мой авторский диск "Тополь", который сейчас готовится к выпуску. Что меня удивляет - спустя почти 20 лет песни "Анонса" по-прежнему востребованы. Дисками с этими песнями торгует множество различных фирм. Правда, ни мне, ни Саше Касимову почти никто ничего не платит. На мой счет в РАО за несколько лет поступило всего 5 тысяч рублей. А недавно ко мне приехал директор рэпера Сереги и сказал: "Серега хочет написать свой вариант песни "Оля и СПИД" с использованием вашего припева". Я дал ему разрешение на переработку. И они с Владимиром Вольфовичем спели ее в шоу "Две звезды" на Первом канале. На волне интереса к "Анонсу" Саша Касимов, который сейчас тоже живет в Москве, пытается реанимировать группу. Но думаю, ничего не получится. Два раза в одну и ту же воду не войдешь...

 

   Михаил ФИЛИМОНОВ («ЭГ» № 23, 2007)







КОБЗОН ДВАДЦАТЬ ЛЕТ СТРОИТ КОЗНИ СТРОПТИВОМУ КОМПОЗИТОРУ

девушка, которой Анатолий Днепров посвятил свой суперхит «Радовать», умерла от саркомы, так и не успев стать его женой

 

1 апреля исполнилось 60 лет композитору и певцу Анатолию Днепрову, создавшему самый сексуальный хит советской эстрады «Радовать» («Радовать, хочу тебя сегодня радовать…») и множество других замечательных песен. Обычно он крайне неохотно идет на контакт с журналистами и отказывается от всех предложений об интервью. Однако на днях Днепров сам неожиданно захотел с нами пообщаться и пригласил нас в свой скромный загородный домик, расположенный в неприметной подмосковной деревне.

 

   - К моему юбилею друзья предложили мне сделать большой концерт в Государственном Кремлевском Дворце, - поведал Анатолий Семенович. - Еще в ноябре мы с моим директором связались с руководством ГКД и договорились об аренде зала на 1 апреля. А когда мы уже собрались вносить арендную плату, неожиданно выяснилось, что обговоренная дата отдана под концерт Максима Галкина, и другую дату ГКД мне предоставить отказался. Категорический отказ последовал и от нескольких телеканалов, куда мы обратились с просьбой отснять и показать концерт. Причем, мы не просили сделать это бесплатно. Наши спонсоры были готовы все оплатить. Но на канале «Россия» сказали, что Днепрова не покажут ни за какие деньги. А на другом канале запросили совершенно нереальную сумму 300 тысяч долларов. Что за ерунда?! Получается, что для олигархов, депутатов и авторитетов я петь могу, а для народа нет. Невольно складывается впечатление, что кто-то целенаправленно перекрывает мне дорогу.

 

   - У вас есть предположения, кто это может быть?

   - У меня непростые отношения с несколькими людьми. Например, с генпродюсером «Радио Шансон» Сергеем Кункиным, с которым раньше работала моя жена Ольга. Но повлиять на такие серьезные структуры, как Кремлевский дворец и телеканал «Россия», под силу только одному человеку - Иосифу Кобзону. Он вроде бы хотел принять участие в моем концерте. Полагая, что он имеет влияние на директора ГКД Петра Шаболтая, я позвонил его секретарю Варваре и сказал: «Что-то мне не дают Кремль. Можно попросить Иосифа Давыдовича, чтобы он как-то посодействовал?». Варвара заверила, что все ему передаст. Но никакой реакции не последовало. А ведь когда-то Кобзон мне много помогал. Мы же с ним родом из одного города - Днепропетровска. И он первым начал петь мои песни в своих концертах. В том числе, песню «Радовать», которую я написал в 1971 году. Михаил Танич говорит во всех интервью, что он посвятил эту песню своей жене. На самом деле идея и основные слова были придуманы мной. Я посвятил ее девушке, которую очень любил. Мы познакомились с ней еще в Днепропетровске. Она работала простой продавщицей в магазине, но была такая красивая, что люди на улице оборачивались ей вслед. Мои родители не разрешали мне на ней жениться. И я уехал с ней в Москву. Но стать мужем и женой нам было не суждено. Чтобы прописаться в Москве, я был вынужден вступить в фиктивный брак. Да и жить здесь нам было негде и не на что. Я сам-то жил впроголодь. Спал на матрасе на полу, ел на подоконнике. Мне пришлось отправить ее из Москвы обратно в Днепропетровск. Она пришла к моим родителям. Они ее выгнали. И она написала мне письмо: «Прислонилась я к тополю, и куда мне идти, не знаю». Под впечатлением от этого письма у меня и родилась эта песня. Через месяц я не выдержал и снова забрал ее в Москву. И тут у нее неожиданно обнаружили саркому. Буквально через две недели ее не стало…

 

   - Как вам, начинающему композитору, удалось заинтересовать своим творчеством уже знаменитого Кобзона? Вас кто-то с ним познакомил?

   - Нет, я просто подошел к нему на каком-то концерте и сказал, что у меня есть для него песня. Тогда это было в порядке вещей. Например, когда я служил в военном ансамбле в Киеве, туда приехал на гастроли ансамбль «Дружба» во главе с Броневицким и Пьехой. И я пришел со своей песней к ним в гостиницу. Правда, показать ее мне не удалось из-за того, что у них, как всегда, происходил «бой быков». А вот с Кобзоном у меня сразу завязалось сотрудничество. Потом Иосиф познакомил меня с Женей Евтушенко и Бэллой Ахмадулиной. Когда я впервые увидел Ахмадулину, я просто обалдел. Она была подшофе. И у нее вообще не было зубов. Клянусь, торчали только какие-то гнилые обломки. Видимо, она в тот момент делала зубы. В 1972 или 1973 году Жене Евтушенко дали возможность выступить в Колонном зале Дома союзов. Женя написал на мою музыку два стихотворения. Одно я забраковал. «Женя, это не годится, - сказал я. - Это плохо». Представляете, что такое - Евтушенко сказать «плохо»? Тем не менее, Женя переделал стихотворение. И Йосиф спел эту песню на его вечере в Колонном зале. Там были все маститые. Один я говно. Когда поднимали авторов, я даже боялся встать и прятался, чтобы меня никто не увидел. Потом был банкет в ЦДРИ. Мы с женой заезжали домой покормить сына и опоздали. Мест уже не было. И Женя посадил нас за свой стол, в самом центре. С нами сидели Никита Богословский с младшим сыном, сын Дмитрия Шостаковича Максим, Людмила Зыкина и Эдуард Хиль. Когда мы с Шостаковичем основательно накирялись, к нам подошла жена Евтушенко. «Как жаль, что в нашем Советском Союзе такие бездарности выходят на сцену!» - сказала она и указала на Хиля. «Блин! - подумал я. - Надо отсюда сваливать». А жена вышла в туалет. Пока я ее искал, все переместились из-за стола в комнату отдыха, и Богословский начал играть на пианино. «Никита, хватит играть всякое говно! - вдруг прервал его пьяный Евтушенко. - А сейчас, товарищи, вы услышите настоящую музыку». И стал подталкивать к инструменту меня. Я сначала отказывался. А потом еще набрал градус. И в итоге сдуру сел за пианино. Тут мне и настал п…дец. Через день вечер Евтушенко передавали по радио. Кобзон успел только икнуть. И от моей песни не осталось и следа. Не показали мою песню и по телевидению. Оказалось, Богословский пошел к председателю Гостелерадио Лапину и напел ему, что Днепров, мол, несоветский композитор и вообще неизвестно - композитор или кто. То же самое он повторил на худсовете фирмы грамзаписи «Мелодия», поставив меня в один ряд с Антоновым и Добрыниным. «Таким людям должна быть заказана дорога на пластинки», - подытожил он. И целых полтора года я был полностью выключен отовсюду. Помог мне легендарный Леонид Утесов. Он жил со мной в одном доме, и когда мне нужно было уезжать по делам, я оставлял ему своего сына. «Леонид Осипович, мне есть не на что, - пожаловался я ему. - Богословский мне все закрыл». Как мне потом рассказывал администратор Поздняк, Утесов наехал на Богословского: «Слушай, Никитка, ты чего трогаешь парня? Парень-то хороший». «Я его не трогаю», - начал отбояриваться Богословский. И вскоре после этого на очередном заседании худсовета «Мелодии» неожиданно для всех одобрил мои песни.

   - Постойте! Вы же только что говорили, что жили в нищете. Как же вам вдруг удалось стать соседом самого Утесова?

   - В этом доме жила моя жена Ольга со своими родителями. Ее папа Павел Леонидов был известным концертным администратором и не менее известным поэтом-песенником. Как администратор он первым начал делать концерты на стадионах и помогал зарабатывать большие деньги практически всем популярным исполнителям того времени, включая того же Кобзона. Сыграл Леонидов существенную роль и в моей судьбе. Именно он в конце 70-х годов подбил нас с Ольгой эмигрировать вместе с ним в Америку. Сказал, что меня там ждет контракт с «Коламбия рекордс». В это время Стас Намин готовил к выпуску пластинку своей группы с двумя моими песнями. И, воспользовавшись моим отъездом, подписал их своим именем. Одна из этих песен - «Стучат колеса» - стала хитом. Естественно, все авторские за нее Стас забирал себе. Ему даже в голову не пришло поделиться хотя бы с моей тещей, которая осталась в Москве. Уже после возвращения из Америки я пытался выяснить с ним отношения. Но понял, что это бесполезно. Ведь Стас - выходец из номенклатуры. Внук Анастаса Микояна, пасынок замминистра культуры Кухарского. А номенклатура непотопляема. Кстати, «Стучат колеса» исполнял Игорь Саруханов, с которым я лично эту песню разучивал. С нее он начался как певец. Спустя много лет я встретил его на концерте в «Олимпийском». Он прошел мимо меня, не поздоровавшись. А когда я его окликнул, растерянно пробормотал: «Да-да, что-то припоминаю из далекого детства». Я просто охренел.

 

   - Почему же вы не остались жить в Америке? Что стало с контрактом, который вам обещал ваш тесть?

   - На самом деле никакого контракта не было. Леонидов его выдумал, чтобы уговорить дочку на отъезд из Советского Союза. Тем не менее, без работы я в Америке не остался. Я был одним из самых высокооплачиваемых музыкантов. Бывало, что три дня я работал в ресторане на одной стороне улицы и три дня у их конкурентов на другой стороне. И все равно они меня брали. О возвращении в Советский Союз тогда не могло быть и речи. Тех, кто уехал, считали чуть ли не предателями. Помню, однажды в Нью-Йорке я встретил Евтушенко. «Ты чего здесь делаешь?» - удивился он. «Я здесь живу», - ответил я. «Что? - Женя испуганно оглянулся на человека в штатском, который его сопровождал. - Ну, ладно, как-нибудь потом пообщаемся». И поспешно ретировался. А в 1982 году в Нью-Йорк в составе делегации советских артистов приехал Кобзон. В отличие от Евтушенко он от меня не шарахался и даже пришел ко мне в гости. «Ты хочешь вернуться? - спросил меня Иосиф. - Перед отъездом я был в одном месте, и мне сказали, что ты можешь это сделать». «Я бы вернулся», - сказал ему я. Как потом выяснилось, это была чисто политическая акция. Тогда из Америки должны были вернуться три человека - дочка Сталина Светлана Аллилуева, писатель Андрей Битов и я. Меня пригласили в советское посольство и начали гнать пургу, что я должен написать статьи о том, какая Америка плохая и т.д. «Зачем мне это надо? - подумал я. - Америка для меня ничего плохого не сделала». И никуда не поехал. Кобзон получил за это большой втык. Вернулся я уже после падения «железного занавеса». «Давай иди художественным руководителем в мой оркестр!» - предложил мне Иосиф. На что я ответил: «Нет, я хочу попробовать работать сам». «Ну, что ж… - сказал он. - Будешь жить и питаться на средства своих родителей». Как потом мне рассказывал конферансье Эдик Смольный, по Москонцерту тогда был отдан негласный приказ: «Днепрова в концертах не занимать». Как ни странно, для меня это было самое кайфовое время. Москонцерт меня не трогал. И я раз в неделю спокойно работал со своим шоу в кооперативном кафе «Радуга». За три выхода по 40 минут я получал 450 рублей - очень неплохие по тем временам деньги. Однажды в «Радугу» пришла Алла Пугачева с Розенбаумом, Кристиной Орбакайте и администратором Олегом Непомнящим. После выступления они пригласили меня за свой столик. «Жалко, что нет Вовы, - начала говорить Кристина. - Послушал бы, как петь нужно». В этот момент Пугачева под столом со всей силы дарбалызнула ее ногой. И она сразу осеклась.

 

   - Что же вы не воспользовались случаем, чтобы подружиться с Пугачевой? Глядишь, сейчас в пику Кобзону она бы вас поддержала…

   - На самом деле я был знаком с ней еще до отъезда в Америку. Тогда Алла даже приглашала меня к себе домой. Она еще жила в Кузьминках, около Кольцевой дороги. Помню, я еле нашел ее дом. Она мне показывала песни. Сказала, что это какой-то композитор из Запорожья по фамилии Горбонос. Но я сразу врубился, что это она сама. «Я бы это сделал так, - стал говорить я. - А это сделал бы вот так». Она талантливый человек. Но не авторитет для меня. Для меня в России вообще авторитетов нет. Для меня авторитеты - Элтон Джон, Джордж Майкл, Уитни Хьюстон. Возможно, поэтому у меня и не заладилась дружба с Аллой. Вскоре после моего приезда из Америки Миша Жванецкий предложил сделать мне концерт во дворце спорта «Измайлово». И администратор Варшавский, который занимался этим концертом, позвонил Алле, чтобы ее пригласить. Попал на Женю Болдина. И тот заявил: «А мы с Аллой не пойдем на концерт Днепрова. Он предал не только Россию, но и Америку. Это мнение Аллы». Варшавский разговаривал с ним по телефону с «громкой связью». И я все это слышал. Через некоторое время Миша Жванецкий получил офис на Тверской и устроил там презентацию. Пригласил Аллу, Градского. А меня попросил привезти мою музыкальную аппаратуру. Алла, увидев меня, как ни в чем не бывало со мной поздоровалась. «Знаешь, после того, что я услышал от Болдина, я с тобой вообще разговаривать не хочу», - сказал я. Выяснив, в чем дело, Алла позвала Женю и закатила ему скандал. В итоге мы напились и устроили джэм-сейшн. И потом она периодически звала меня на какие-то свои тусовки. Но мне неинтересно тусоваться с этими людьми. Многие их произведения откровенно сп…жены.

 

   - Так и писать?

   - А что тут такого?! Вы знаете, как Мстислав Ростропович ругается? У него через слово - трехэтажный мат. Я с ним познакомился в Белом доме во время заварушки 1991 года. Я был там с самого начала и даже выступал с балкона Белого дома. На этом балконе тогда можно было спокойно гулять. А уже на третий день, когда вроде победили, туда столько народу набежало, что яблоку негде было упасть. Кобзон подрядился делать концерт. И меня в число участников не включил. А Руцкой его поддержал: «Днепров сделал свое дело, и хватит!». Потом мне позвонили и сообщили, что меня наградили медалью «За оборону Белого дома». Но я не пошел ее получать. Я был там не ради того, что сейчас происходит в стране. А отношения с Кобзоном мне наладить так и не удалось. Возможно, отчасти я сам был в этом виноват. Лет семь назад он пел в «России» мою песню. И, когда вышел за кулисы, спросил меня: «Ну, как?». «Лучше бы не пел», - ответил я. Моя жена, услышав это, чуть не погибла. Чтобы как-то это замять, я пришел к нему и предложил ему записать пластинку своих песен. «Но я же не спою, как ты хочешь», - ответил Кобзон. А я взял и сдуру ляпнул: «Я тебя научу». После этого Кобзон долго со мной не общался. Сколько я не звонил его секретарю, неизменно слышал в ответ: «Иосифа Давыдовича нет и не будет». Но я же сказал ему правду. Да, у меня самого нет классического голоса, но я знаю, как нужно петь. Меня многие исполнители просят дать им мои песни. Сосо Павлиашвили даже вставал передо мной на колени, чтобы я разрешил ему исполнять песню «Радовать». Но я не каждому иду навстречу. Например, Киркорову я отказал. А Коле Баскову я дал песню «Благославляю». Но он сам через некоторое время признался мне: «Я не смогу ее спеть». Если брать молодых певцов, мне очень нравится Стас Пьеха. У него в пении есть драйв. Думаю, он сможет спеть мои песни. Я его научу…

 

    Александр БОЙКОВ, Михаил ФИЛИМОНОВ («ЭГ» № 15, 2007)





[1] [2] [3] [4] [5] [6] [7] [8] [9] [10] [11] [12] [13] [14] [15] [16] [17] [18] [19] [20] [21] [22] [23] [24] [25] [26] [27] [28] [29] [30] [31] [32] [33] [34] [35] [36] [37] [38] [39] [40] [41] [42] [43] [44] [45] [46] [47] [48] [49] [50] [51] [52] [53] [54] [55] [56] [57] [58] [59] [60] [61] [62] [63] [64] [65] [66] [67] [68] [69] [70] [71] [72] [73] [74] [75] [76] [77] [78] [79] [80] [81] [82] [83] [84] [85] [86] [87] [88] [89] [90] [91] [92] [93] [94] [95] [96] [97] [98] [99] [100] [101] [102] [103] [104] [105] [106] [107] [108] [109] [110] [111] [112] [113] [114] [115] [116] [117] [118] [119] [120] [121] [122] [123] [124] [125] [126] [127] [128] [129] [130] [131] [132] [133] [134] [135] [136] [137] [138] [139] [140] [141] [142] [143] [144] [145] [146] [147] [148] [149] [150] [151] [152] [153] [154] [155] [156] [157] [158] [159] [160] [161] [162] [163] [164] [165] [166]

 




 

 

Памятные даты

 

 

 

25.07.1955 умер Исаак Осипович Дунаевский, композитор ("Широка страна моя родная", "Дорогая моя столица", "Ой, цветет калина в поле у ручья") (родился 30.01.1900).

25.07.1977 родилась Анастасия Владимировна Максимова, автор песен ("Если в сердце живёт любовь", "Как твои дела", "Привет"), певица ("Дива", "Просыпайся"), дочь ведущей телепрограммы "Музыкальный ринг" Тамары Максимовой, жена радиоведущего Марселя Гонсалеса.

25.07.1980 умер Владимир Семенович Высоцкий, актер, автор и исполнитель песен ("Кони привередливые", "Он не вернулся из боя", "Москва-Одесса"), участник музыкальных фильмов ("Вертикаль", "Интервенция", "Опасные гастроли") (родился 25.01.1938).

25.07.1983 родилась Дарья Ермолаева, экс-солистка группы "Сливки", бывшая любовница солиста группы "Отпетые мошенники" Сергея Аморалова.

25.07.1996 умер Микаэл Леонович Таривердиев, композитор ("Не думай о секундах свысока", "Мне нравится, что вы больны не мною", "Маленький принц") (родился 15.08.1931).

25.07.2008 умер Михаил Иванович Пугонькин (он же Пуговкин), киноактер, исполнитель танцев и песен ("Почто забрал, начальник, отпусти", "Приготовьтесь, фрау мадам", "Лед, лед, лед играет, серебрится") (родился 13.07.1923).

26.07.1929 родился Юрий Михайлович Чичков, композитор ("Из чего же, из чего же, из чего же сделаны наши девчонки", "Наташка-первоклашка", "Некогда стареть учителям") (умер 1990).

26.07.1970 родился Андрей Генрихович Григорьев-Апполонов, солист группы "Иванушки".

27.07.1841 под Пятигорском на дуэли отставным майором Николаем Мартыновым убит Михаил Юрьевич Лермонтов, поэт ("Белеет парус одинокий") (родился 15.10.1814).

27.07.1936 родился Марис Рудольф Эдуардович Лиепа, артист балета ("Лебединое озеро", "Жизель", "Спартак"), участник музыкальных фильмов ("Могила льва", "Четвертый", "Детство Бэмби") (умер 25.03.1989).

27.07.1956 родился Борис Борисович Ренский, владелец компьютерной фирмы "R&K", спонсор группы "Тату".

27.07.1964 родился Юрий Николаевич Клинских (он же Хой), лидер группы "Сектор Газа" (умер 04.07.2000).

28.07.1908 родился Владимир Александрович Нечаев, певец ("Вечер на рейде", "Сормовская лирическая", "Осенние листья"), сценический партнер Владимира Бунчикова (умер 11.04.1969).

28.07.1933 родился Александр Наумович Колкер, композитор ("Сегодня праздник у девчат", "Чудо-кони", "Карелия"), муж певицы Марии Пахоменко.

28.07.1956 родился Андрей Игоревич Романов (он же Дюша), флейтист группы "Аквариум" (умер 29.06.2000).

28.07.1994 умер Эдуард Савельевич Колмановский, композитор ("Я люблю тебя, жизнь", "Черное и белое", "Одна снежинка - еще не снег") (родился 09.01.1923).

29.07.1928 родился Константин Агапаронович Орбелян, дирижер, руководитель оркестра своего имени, бывший любовник Аллы Пугачевой, посвятившей ему свою песню "Маэстро".

29.07.1954 родился Игорь Яковлевич Крутой, бывший аккордеонист Валентины Толкуновой, композитор ("Мадонна", "Любовь, похожая на сон", "Шарманка"), певец ("Незаконченный роман", "Мой друг", "Ангел-хранитель"), владелец продюсерской фирмы "АРС", независимого агентства по авторским правам (НААП), телеканала Муз-ТВ и радиостанции "Love-радио", один из создателей фестиваля "Новая волна" в Юрмале, музыкальный продюсер "Фабрики звезд-4".

29.07.2008 умер Владимир Павлович Макаров, певец ("Последняя электричка", "А я еду за туманом", "Если друг оказался вдруг") (родился 15.07.1932).

30.07.1994 в Израиле утонул Евгений Исаакович Клячкин, бард ("Об утреннем городе", "Прощание с Родиной", "Предупредительная песня") (родился 23.03.1934).

31.07.1937 родилась Эдита Станиславовна Пьеха, певица ("Наш сосед", "Песня остается с человеком", "Ничего не вижу, ничего не слышу"), участница фильмов ("Судьба резидента", "Неисправимый лгун", "Стажер"), бывшая жена руководителя ВИА "Дружба" Александра Броневицкого, спортсмена Геннадия Шестакова и сотрудника администрации президента РФ Владимира Полякова, мать певицы Илоны Броневицкой, бабушка участника "Фабрики звезд-4" Стаса Пьехи.

 

 
 
 

Купить дешевые авиабилеты онлайн