Рассылка:
 
   
 
/
 
     
Информационно-развлекательный портал о шоу-бизнесе
ВСЕ ПУБЛИКАЦИИ
   
  О главном
  Новости
  Публикации
    - 2017 год
    - 2016 год
    - 2015 год
    - 2014 год
    - 2013 год
    - 2012 год
    - 2011 год
    - 2010 год
    - 2009 год
    - 2008 год
    - 2007 год
    - 2006 год
    - 2005 год
  Видео
  Фото
  Ссылки
  Проекты
  Архив
(2001-2006)
  Реклама
  Контакты

 

 

 

 

 

 

 

--> СМОТРЕТЬ СПИСОК ВСЕХ ПУБЛИКАЦИЙ <--

[1] [2] [3] [4] [5] [6] [7] [8] [9] [10] [11] [12] [13] [14] [15] [16] [17] [18] [19] [20] [21] [22] [23] [24] [25] [26] [27] [28] [29] [30] [31] [32] [33] [34] [35] [36] [37] [38] [39] [40] [41] [42] [43] [44] [45] [46] [47] [48] [49] [50] [51] [52] [53] [54] [55] [56] [57] [58] [59] [60] [61] [62] [63] [64] [65] [66] [67] [68] [69] [70] [71] [72] [73] [74] [75] [76] [77] [78] [79] [80] [81] [82] [83] [84] [85] [86] [87] [88] [89] [90] [91] [92] [93] [94] [95] [96] [97] [98] [99] [100] [101] [102] [103] [104] [105] [106] [107] [108] [109] [110] [111] [112] [113] [114] [115] [116] [117] [118] [119] [120] [121] [122] [123] [124] [125] [126] [127] [128] [129] [130] [131] [132] [133] [134] [135] [136] [137] [138] [139] [140] [141] [142] [143] [144] [145] [146] [147] [148] [149] [150] [151] [152] [153] [154] [155] [156] [157] [158] [159] [160] [161] [162] [163] [164] [165] [166] [167]

ЖЕНА КОМПОЗИТОРА «ТАТУ» УШЛА К ДИМЕ БИЛАНУ

армянина Тиграна Юле Волковой сосватал отец Лены Катиной

 

Композитор Сергей Галоян снискал широкую известность, написав для группы "Тату" их самые знаменитые хиты "Я сошла с ума" и "Нас не догонят". На волне международного успеха "татушек" с ним заключило контракт английское музыкальное издательство "BMG Music Publishing/Appleby Music Ltd", и с тех пор он работал в основном с западными артистами.

 

   - Конечно, работать на Западе гораздо лучше, чем в России, - признался Сергей. - Там ценят человека не за то, что его лицо "светится" на телеэкране, а за то, что он реально делает. Если твои песни находятся в первой десятке чарта, тогда тебе дают работу с большими проектами. Моя песня "Я сошла с ума" целый месяц держалась в чарте на 1-ом месте. Благодаря этому, мне заказали ремикс для Мэрилин Мэнсона. Потом - ремикс для Дженнифер Лопез. А потом пригласили меня в Лос-Анджелес сделать пару треков для сольного альбома Кейта Флинта из группы "Продиджи". К сожалению, Лиэм Хаулетт, самый главный в "Продиджи", попер на Кейта, что он не должен сейчас начинать сольную карьеру, так как готовится очередной альбом группы. И в результате записанные нами треки так нигде и не вышли. Зато я подружился с Кейтом и с барабанщиком "Продиджи" Киреном Пейпером. Кирен потом даже приезжал в Москву ко мне на свадьбу. Должен был приехать и Кейт, но он за два дня до этого где-то загулял и сломал то ли палец, то ли что-то еще. А какие вечеринки они устраивали в Лос-Анджелесе! Один раз я пришел к ним в отель. Там сидели Кейт, Кирен, их менеджер Пол Моррисон и три шлюхи. А перед ними на прозрачном стеклянном столе - дорожки кокаина. И они занюхивали его через свернутые доллары. Но это еще что! Потом мы встречались с Кейтом в Лондоне. И он выкладывал дорожки прямо в пабе. Да-да, на глазах у всех посетителей. Хотя я в принципе очень плохо отношусь к наркотикам и сам их не употребляю, в Москве я вроде тоже тусуюсь в шоу-бизнесе, хожу в "Дягилевъ" и тому подобные места. Но я особо не видел, чтобы кто-то так открыто употреблял наркотики. А в Лондоне к этому относятся совершенно спокойно. Там все подростки курят марихуану. Однажды ко мне в квартиру через балкон влезли участники одной начинающей рок-группы и начали меня уговаривать стать их продюсером. При этом они как ни в чем не бывало достали марихуану и раскурили по косяку. Что уж говорить про людей известных... Скажем, мне довелось общаться с бывшим бас-гитаристом панк-группы "Killing Joke" Мартином "Юсом" Гловером, который стал продюсером и работал с тем же Мэрилин Мэнсоном, Ванессой Мэй, группой "U2" и т.д. Узнав, что я сделал "Тату", Юс сам захотел со мной встретиться и начал предлагать мне совместные проекты. Этот дядечка курит косяки, как я обычные сигареты. У него есть специальная коробочка, в которой находится смесь анаши с табаком. Каждые полчаса он забивает косяк. И к вечеру уже становится совсем никакой. Мы постоянно тусовали у меня дома. Потом я приезжал к нему домой. Они с женой прямо при детях курили анашу и нюхали кокаин. Один раз я приперся к ним с утра и застал их скандалящими. Оказалось, что жену Юса арестовали за хранение кокаина, и она только что вышла из полиции. В общем, я такого там насмотрелся, что "мама, не горюй".

 

   Пришлось мне и с "Тату" снова поработать. После первого альбома я был сильно на них обижен. Я считаю, что моя музыка была одной из главных составляющих их успеха. А они мало того, что обманули меня по деньгам, так впридачу ко всему  приписали себе все мои заслуги. Например, в документальном фильме "Анатомия "Тату" они даже не упомянули обо мне. Зато Ваня Шаповалов сидел перед камерой и цинично врал, как он якобы написал песню "Я сошла с ума". Причем, это было уже после того, как я выиграл все суды и добился, чтобы его грязное имя не указывали на обложке альбома как соавтора моих песен. Естественно, продолжать сотрудничество с такими людьми у меня не было ни малейшего желания. Я просто вычеркнул их из своей жизни. Однако с 2004 года представители "Тату" неожиданно сами начали обрывать мне телефон. Сначала звонили из их рекордс-компании "Интерскоп" - американского подразделения "Юниверсал". Их представитель Мартин Кирзенбаум даже специально приезжал из Америки ко мне в Лондон, чтобы уговорить меня делать "Тату" второй альбом. Но я отказался, так как не хотел иметь дело с Ваней. Потом меня нашли люди из офиса "Тату". Устроили мне встречу с девочками и Борисом Ренским, на деньги которого создавалась группа. Они сообщили, что выгнали Ваню и считают все, что он делал в последнее время, большой ошибкой. "Пожалуйста, нам нужны твои песни!" - стали просить они. И я согласился помочь им со вторым альбомом. Без Вани с его постоянными интригами общаться с "Тату" было одно удовольствие. К тому же у меня завязался роман с их менеджером Сашей Титянко. Я увидел ее на переговорах и настолько влюбился, что через полгода мы уже сыграли свадьбу. А во время записи альбома в Лос-Анджелесе завязался роман у Юли Волковой. Чтобы поддержать девочек, с ними туда полетели их отцы. Однажды отец Лены Катиной повел всех тусоваться в ночной клуб, принадлежавший его другу. И этот друг познакомил Юлю с армянином Тиграном, который сразу очаровал ее своей галантностью. Короче, все были влюблены, настроение у всех было хорошее, и работа поначалу продвигалась успешно.


   Но без проблем все-таки не обошлось. Из двенадцати предложенных мной песен "Тату" выбрали для записи семь. Плюс еще попросили сделать им продакшн для двух чужих песен. Фактически я становился главным продюсером альбома. А это не устраивало компанию "Интерскоп". "Делать альбом тебе одному мы не дадим, - сказал мне Мартин Кирзенбаум. - Ты слишком молод и никому неизвестен. Нужно, чтобы твоим сопродюсером был человек с именем". И предложил в качестве такого человека себя. "Меня пригласили одного, и я буду все делать один, - попытался возразить я. - Мне лишних имен не нужно". Но в итоге мне все-таки пришлось пойти на компромисс и взять в сопродюсеры моего английского издателя Денниса Инголдсби. На самом деле на Западе это обычная практика: если у тебя нет имени, и ты хочешь работать с большим артистом, ты обязан отдать ему или его продюсеру проценты от своего авторства. Например, Джастин Тимберлейк или Мадонна во всех своих песнях числятся соавторами, даже если они никак не участвовали в их написании. Почему же я возмущаюсь, что Ваня Шаповалов вписался ко мне в соавторы? Там была совсем другая ситуация. Всемирно известной группы "Тату" тогда еще не было. Были две школьницы и непонятный чувак с педофилическими наклонностями, который постоянно снимал на улице 13-летних девочек и трахал их. А самое главное - Ваня меня элементарно обманул. Обещал одно, а потом сделал все по-другому. На Западе о таких вещах договариваются заранее. Тот же Мартин Кирзенбаум не постфактум мне кого-то приписал, а сразу предложил работать на таких условиях. И я уже сам выбирал, что для меня важнее. Увы, на этом проблемы не закончились. "Интерскоп" требовал сдать альбом в течение трех месяцев, угрожая в противном случае разорвать контракт. А Юлька Волкова в самый неподходящий момент потеряла голос. Получилось это из-за того, что она родила. Какая-то кислота из желудка сожгла ей связки. Она стала жутко хрипеть. Не то, что петь, а даже говорить не могла. А у нас уже была оплачена студия. Причем, в контракте оговаривалось, что стоимость студии будет вычитаться из моих процентов. И я реально терял свои деньги. Юле наняли лучшего специалиста по вокалу Рона Андерсена. Он давал ей какие-то травки и, в конце концов, вылечил ее. Но, пока шло лечение, произошел конфликт между моей женой и Борисом Ренским. Саша оказалась между двух огней. Как сотрудник "Тату" она должна была отстаивать интересы Ренского. С другой стороны, как моя жена она должна была заботиться обо мне. А мои интересы были прямо противоположными. Я все время за что-то торговался с Борисом и ставил ему какие-то условия. Ренский начал манипулировать Сашей, чтобы нагнуть меня. Закончилось все это полной ссорой Саши с Ренским и ее увольнением из "Тату". Я, естественно, защищал жену и тоже рассорился с Борисом.

 

   Этой ситуацией воспользовался Мартин Кирзенбаум и навязал "Тату" для завершения работы над альбомом другого человека. У меня был свой взгляд на звук всего альбома. Но мне не дали доделать задуманное. И в итоге того фирменного "татушного" звука, какой был на первом альбоме, на втором не получилось. Однако Мартин Кирзенбаум на этом не успокоился и настоял, чтобы клипы снимались только на те песни, к которым имел отношение он и не имел отношения я. Песня "All about us", на которую был снят первый клип, была еще неплохая и стала средним хитом. А потом начали снимать клипы на совсем уж полное говно типа "Friend or foe" и "Gomenasai". В итоге группе "Тату" все это вышло боком. Борис Ренский вложил в запись второго альбома больше миллиона долларов. Плюс по 600 тысяч долларов в съемку клипов. А продать удалось только около 2 миллионов дисков. Учитывая, что первый альбом продался тиражом 13 миллионов, это очень мало. В выигрыше остался только один человек - Мартин Кирзенбаум, который получил за ротации клипов и песен немалые авторские отчисления. Это у нас авторам платят копейки. Все мои гонорары за первый альбом "Тату" в России составили всего 30 тысяч долларов. А на Западе только за телерадиоэфиры одной песни "Я сошла с ума" я получил около миллиона долларов. Плюс еще были приличные отчисления от продажи альбома. А если бы Ваня Шаповалов не забрал у меня половину авторства, я бы получил вдвое больше. Но я на него теперь не обижаюсь, как раньше. Время все само расставило на свои места. Ване уже под сорок. Недавно он стал дедушкой. Да-да, говорят, у него родился внук. И к чему Ваня пришел? Он законченный наркоман. Сидит на какой-то даче и нюхает наркотики. Его уже давно никто не видит и не слышит. А я, несмотря на все его интриги, продолжаю реально что-то делать в шоу-бизнесе. Мне постоянно поступают предложения от российских и западных артистов. Вот месяц назад опять встречался с "Тату". Они предложили мне помириться. Хотят, чтобы я делал им третий альбом. Не осталась без дела и Саша Титянко. Она сейчас работает с Димой Биланом. Помогает ему в продвижении на Запад. К сожалению, наша семейная жизнь с Сашей не сложилась. Сначала была безумная любовь. А потом все закончилось. У нас по-прежнему очень хорошие отношения. Но мы уже около года не живем вместе. А недавно подали заявление о разводе...

 

   Михаил ФИЛИМОНОВ («ЭГ» № 23, 2007)







ВРАЧИ-ЕВРЕИ ДОВЕЛИ СЛАВУ БУТУСОВА ДО СЛЕЗ

скандальный хит 80-х про Олю и СПИД придумал инфекционист из Свердловска

В 1989-90 годах у советской молодежи огромным успехом пользовалась поп-группа "Анонс" с весьма скандальными по тем временам песнями про легкомысленную проститутку Олю ("Спит,спит, спит, спит Оля с кем попало, а про СПИД, СПИД Оля не слыхала"), про любознательного хулигана ("Когда я был мальчонкой и горести не знал, молоденьким девчонкам я юбки задирал") и даже - о, ужас! - про манерного извращенца-гомика ("Пусть девчонки отдыхают, мне милей мальчишки"). По данным студий звукозаписи, приводившимся тогда в газетах, эта группа наряду с Женей Белоусовым, "Ласковым маем", экс-солисткой "Миража" Светланой Разиной и Димой Маликовым входила в десятку лидеров по продажам аудиокассет. Однако в отличие от других артистов про сам "Анонс" газеты почему-то ничего не писали, и на телеэкране он тоже никогда не "светился". Долгие годы так и оставалось загадкой, откуда взялась эта группа и кто за ней стоял. И вот недавно нам удалось разыскать одного из создателей "Анонса" - барда Юрия Хейфеца, также известного под псевдонимом Борис Берг. 

   - Я родился в Свердловске в 1953 году, - издалека начал свой рассказ Юрий. - Закончил медицинский институт по специальности "санитария", работал на санэпидемстанции, потом переквалифицировался в инфекциониста. А параллельно писал стихи и песни и руководил разными самодеятельными ансамблями. В частности, свердловский рок, по моему мнению, начался не с "Урфин Джюса" и "Наутилуса-Помпилиуса", как это принято считать, а с ансамбля "Вечная весна", который я создал в 1978 году в Уральском политехническом институте. Он просуществовал 4 года и был разогнан властями после триумфального выступления на фестивале "Весна УПИ". Против нас выдвинули обвинение в идеологической диверсии. Меня таскали в обком комсомола, в горком партии и в КГБ. И, показывая тексты моих песен, спрашивали: "Что вы имели в виду? Что вы хотели этим сказать?". В то время свердловским КГБ командовал генерал Корнилов, которого даже Ельцин называл "палачом". И любое вольнодумство достаточно жестко им пресекалось. Для меня это была уже не первая встреча с КГБ.  Впервые я познакомился с этим ведомством еще в 1971 году, когда в возрасте 18 лет написал и спел у кого-то в гостях "Испанскую балладу". Со мной тогда провели беседу и взяли подписку, что я больше не буду нигде петь эту песню. И потом меня по 3-4 раза в год тягали к ним в контору на улицу Вайнера, 4Б. Но я еще легко отделался по сравнению, скажем, с Сашей Новиковым. Крупные неприятности начались у него после подпольного концерта в ДК имени Свердлова, где он спел свою знаменитую песню про Екатеринбург ("Здесь гулял подпольщик Яшка, здесь пришили Николашку"). По приглашению Саши, я тоже выступал вместе с ним в этом концерте. Помню, ему подарили букет цветов. И он каждому из участников концерта дал по цветку. У меня дома недели две или три стояла подаренная им гвоздика. Я ее поливал и берег. А вскоре после этого Новикова арестовали. Это был 1982 или 1983 год. А об "Урфин Джюсе" и "Наутилусе-Помпилиусе" в Свердловске заговорили гораздо позже - в 1984-85 годах. Примерно в то же время был создан свердловский рок-клуб, которым руководил Коля Грахов - ныне медиамагнат, владелец собственной радиостанции. Естественно, со всеми лидерами рок-тусовки я был знаком и регулярно общался. Могу даже похвастаться, что Слава Бутусов однажды сидел и плакал, слушая мои песни. К тому времени я создал при медицинском институте новый ансамбль "Леда", который, кстати, до сих пор существует в Израиле. Нам нужно было мнение профессионалов. Мы пригласили к нам на репетицию Славу Бутусова и Диму Умецкого из "Наутилуса". И во время исполнения "Ледой" одной из песен я с замиранием сердца увидел, как по щекам Славы покатились слезы. А с покойным Илюшей Кормильцевым мы постоянно спорили о поэзии. Например, обсуждая его тексты, написанные для "Наутилуса", я обратил внимание на строчку: "Я не знаю страшнее людей, чем ЛЮДЕЙ цвета хаки". "Ты должен был написать: "Я не знаю страшнее людей, чем ЛЮДИ цвета хаки", - говорил я ему. - А так, как ты написал, на мой взгляд, писать нельзя". На что он отвечал: "Не упрекай меня пошлыми падежами!". И приводил в пример строчку Лермонтова: "Из ПЛАМЯ и света рожденное слово".


   - Что же привело вас в группу "Анонс", столь далекую и от рока, и от бардовской песни?

   - Среди моих друзей был выдающийся музыковед Валерий Куцанов - преподаватель музыкального училища имени Чайковского, автор собственной системы обучения детей музыке. В конце 80-х годов он познакомил меня с музыкантом из Ижевска Дмитрием Ивановым, который вместе со своим коллегой Андреем Солуяновым руководил музыкальным кооперативом "Океан" при Удмуртской филармонии. Иванову понравились мои песни. И закончилось все это тем, что в январе 1989 года, к ужасу моих родных, я бросил медицину и уехал в Ижевск. Я-то надеялся, что буду работать там в качестве сольного артиста и петь свои песни. Но Андрей Солуянов мне сказал: "Юра, то, что ты пишешь, - это замечательно. Но это никто не будет слушать и не будет за это платить". Оказалось, что меня пригласили совсем с другой целью - чтобы я помог поднять поп-группу "Анонс", которая входила в состав "Океана". Руководил этой группой Александр Касимов. Какие-то песенки они пели. Но группа не получала достаточной раскрутки. Причиной тому было отсутствие у нее, что называется, своего лица. Это лицо мне и предлагалось придумать. Я оказался в сложном положении. Писать попсу я не хотел и не умел. А вернуться в Свердловск и тем самым признать свое поражение я не мог. И я придумал, как выполнить поставленную задачу и при этом не потерять уважения к себе. Я решил жестко простебать наш "совковый" шоу-бизнес и весь наш "совок", всех нас с нашим свинцовым раболепским воспитанием, дурацкими привычками и манерами, но при этом замаскировать этот стеб таким образом, чтобы люди под это танцевали. И я за одну ночь в номере ижевской гостиницы "Центральная" написал "Олю и СПИД", "Хулигана" и еще около 30 текстов для группы "Анонс". Утром с плодами моего творчества ознакомился Андрей Солуянов. Я не могу повторить вслух те слова, которые на меня излились. Самым мягким из того, что он сказал, было: "Вы что, хотите, чтобы меня посадили?". Однако на мою сторону встали Дима Иванов и Саша Касимов и стали вместе со мной горячо его убеждать, что именно это должно "выстрелить". И Солуянов дал нам "добро" на запись альбома. Саша Касимов с реактивной скоростью написал музыку на мои тексты. И буквально за несколько ночей был записан первый альбом "Хочу все знать". Записывать его было очень трудно, потому что музыканты каждые пять минут падали от хохота. В те годы ведь не было никаких компьютеров. В студии стояли только микрофоны, пульт, магнитофон "Олимп", и больше ничего. И все музыкальные инструменты записывались живьем. Готовый альбом Солуянов в феврале 1989 года отвез в Ленинград в студию Александра Романовского "Гармония", которая продавала лучшие образцы зарубежной и советской поп-музыки. А в марте того же года в Советском Союзе уже не было поезда, в котором не крутилась бы "Оля и СПИД".

 

   - И что же было дальше? На вас свалились слава и огромные деньги?

   - Огромных денег лично я не видел. Я получал замечательную зарплату в кооперативе "Океан". Кроме того, Солуянов разрешил мне выступать с сольной программой. Правда, не с лирикой, а со специально написанными сатирическими песнями. Чтобы как-то отмежеваться от моего лирического творчества, я взял себе псевдоним Борис Берг. И за три года вместе с "Анонсом", "Электронным мальчиком" и другими коллективами "Океана" объездил весь Советский Союз. У нас бывало по 3-5 концертов в день. Естественно, выступали все под "фанеру". Первые три концерта я попробовал петь вживую и немедленно сорвал голос. Но зрители и с "фанерой" встречали нас на "ура". Стадионы от 5 до 30 тысяч человек вставали, как только объявляли группу "Анонс". В Сарапуле возбужденные зрители чуть не перевернули наш автобус. А в Ташкенте атаковали самолет, на котором мы улетали. Коллеги по сцене тоже реагировали на нас вполне благожелательно. Помню, Ким Брейтбург, который тогда работал с группой "Диалог", на одном из концертов подходил и очень нас хвалил. Рассказывали даже, что альбом "Анонса" показали Пугачевой, и она якобы очень сильно смеялась. Однако в одни концерты со звездами первого эшелона нас никогда не приглашали. Очевидно, брезговали, считали, что мы исполняем какую-то похабщину. Может быть, еще сыграло роль то, что мы были не из Москвы и не из Санкт-Петербурга, а из перефирийного Ижевска. Попасть оттуда в столичную обойму, как и сейчас, тогда было практически невозможно. По тем же причинам, нас игнорировали СМИ. Правда, "Комсомолка" 1 апреля 1990 года пошутила по поводу присуждения группе "Анонс" Нобелевской премии по литературе за высокое качество текстов. А в 1991 году я даже удостоился упоминания в "Правде", где меня почему-то назвали эмигрантом, приехавшим из США. Но интервью у нас ни разу не брали, и наши лица тоже в СМИ никогда не появлялись. В этом смысле мы были изгоями. А потом случилась "павловская реформа", когда колбаса стала стоить не 2-20, а 10 рублей. И сразу все рухнуло. Люди перестали ходить на концерты. На гастроли стали ездить только звезды первой величины. А наша команда, как и многие другие, благополучно распалась. Я поменял свою квартиру в Свердловске на Москву и вернулся в медицину. С 1995 года участвовал в разработке квантового медицинского аппарата "Витязь". В 2000 году меня даже можно было видеть по ТВ в рекламе этого аппарата. Параллельно я закончил психфак МГУ и последние годы работаю психотерапевтом и креативным директором в компании "По клевым местам", которую возглавляет все тот же Андрей Солуянов. Как и раньше, продолжаю писать песни, которые можно послушать на моем интернет-сайте www.bergloga.ru. Лучшие из них войдут в мой авторский диск "Тополь", который сейчас готовится к выпуску. Что меня удивляет - спустя почти 20 лет песни "Анонса" по-прежнему востребованы. Дисками с этими песнями торгует множество различных фирм. Правда, ни мне, ни Саше Касимову почти никто ничего не платит. На мой счет в РАО за несколько лет поступило всего 5 тысяч рублей. А недавно ко мне приехал директор рэпера Сереги и сказал: "Серега хочет написать свой вариант песни "Оля и СПИД" с использованием вашего припева". Я дал ему разрешение на переработку. И они с Владимиром Вольфовичем спели ее в шоу "Две звезды" на Первом канале. На волне интереса к "Анонсу" Саша Касимов, который сейчас тоже живет в Москве, пытается реанимировать группу. Но думаю, ничего не получится. Два раза в одну и ту же воду не войдешь...

 

   Михаил ФИЛИМОНОВ («ЭГ» № 23, 2007)







КОБЗОН ДВАДЦАТЬ ЛЕТ СТРОИТ КОЗНИ СТРОПТИВОМУ КОМПОЗИТОРУ

девушка, которой Анатолий Днепров посвятил свой суперхит «Радовать», умерла от саркомы, так и не успев стать его женой

 

1 апреля исполнилось 60 лет композитору и певцу Анатолию Днепрову, создавшему самый сексуальный хит советской эстрады «Радовать» («Радовать, хочу тебя сегодня радовать…») и множество других замечательных песен. Обычно он крайне неохотно идет на контакт с журналистами и отказывается от всех предложений об интервью. Однако на днях Днепров сам неожиданно захотел с нами пообщаться и пригласил нас в свой скромный загородный домик, расположенный в неприметной подмосковной деревне.

 

   - К моему юбилею друзья предложили мне сделать большой концерт в Государственном Кремлевском Дворце, - поведал Анатолий Семенович. - Еще в ноябре мы с моим директором связались с руководством ГКД и договорились об аренде зала на 1 апреля. А когда мы уже собрались вносить арендную плату, неожиданно выяснилось, что обговоренная дата отдана под концерт Максима Галкина, и другую дату ГКД мне предоставить отказался. Категорический отказ последовал и от нескольких телеканалов, куда мы обратились с просьбой отснять и показать концерт. Причем, мы не просили сделать это бесплатно. Наши спонсоры были готовы все оплатить. Но на канале «Россия» сказали, что Днепрова не покажут ни за какие деньги. А на другом канале запросили совершенно нереальную сумму 300 тысяч долларов. Что за ерунда?! Получается, что для олигархов, депутатов и авторитетов я петь могу, а для народа нет. Невольно складывается впечатление, что кто-то целенаправленно перекрывает мне дорогу.

 

   - У вас есть предположения, кто это может быть?

   - У меня непростые отношения с несколькими людьми. Например, с генпродюсером «Радио Шансон» Сергеем Кункиным, с которым раньше работала моя жена Ольга. Но повлиять на такие серьезные структуры, как Кремлевский дворец и телеканал «Россия», под силу только одному человеку - Иосифу Кобзону. Он вроде бы хотел принять участие в моем концерте. Полагая, что он имеет влияние на директора ГКД Петра Шаболтая, я позвонил его секретарю Варваре и сказал: «Что-то мне не дают Кремль. Можно попросить Иосифа Давыдовича, чтобы он как-то посодействовал?». Варвара заверила, что все ему передаст. Но никакой реакции не последовало. А ведь когда-то Кобзон мне много помогал. Мы же с ним родом из одного города - Днепропетровска. И он первым начал петь мои песни в своих концертах. В том числе, песню «Радовать», которую я написал в 1971 году. Михаил Танич говорит во всех интервью, что он посвятил эту песню своей жене. На самом деле идея и основные слова были придуманы мной. Я посвятил ее девушке, которую очень любил. Мы познакомились с ней еще в Днепропетровске. Она работала простой продавщицей в магазине, но была такая красивая, что люди на улице оборачивались ей вслед. Мои родители не разрешали мне на ней жениться. И я уехал с ней в Москву. Но стать мужем и женой нам было не суждено. Чтобы прописаться в Москве, я был вынужден вступить в фиктивный брак. Да и жить здесь нам было негде и не на что. Я сам-то жил впроголодь. Спал на матрасе на полу, ел на подоконнике. Мне пришлось отправить ее из Москвы обратно в Днепропетровск. Она пришла к моим родителям. Они ее выгнали. И она написала мне письмо: «Прислонилась я к тополю, и куда мне идти, не знаю». Под впечатлением от этого письма у меня и родилась эта песня. Через месяц я не выдержал и снова забрал ее в Москву. И тут у нее неожиданно обнаружили саркому. Буквально через две недели ее не стало…

 

   - Как вам, начинающему композитору, удалось заинтересовать своим творчеством уже знаменитого Кобзона? Вас кто-то с ним познакомил?

   - Нет, я просто подошел к нему на каком-то концерте и сказал, что у меня есть для него песня. Тогда это было в порядке вещей. Например, когда я служил в военном ансамбле в Киеве, туда приехал на гастроли ансамбль «Дружба» во главе с Броневицким и Пьехой. И я пришел со своей песней к ним в гостиницу. Правда, показать ее мне не удалось из-за того, что у них, как всегда, происходил «бой быков». А вот с Кобзоном у меня сразу завязалось сотрудничество. Потом Иосиф познакомил меня с Женей Евтушенко и Бэллой Ахмадулиной. Когда я впервые увидел Ахмадулину, я просто обалдел. Она была подшофе. И у нее вообще не было зубов. Клянусь, торчали только какие-то гнилые обломки. Видимо, она в тот момент делала зубы. В 1972 или 1973 году Жене Евтушенко дали возможность выступить в Колонном зале Дома союзов. Женя написал на мою музыку два стихотворения. Одно я забраковал. «Женя, это не годится, - сказал я. - Это плохо». Представляете, что такое - Евтушенко сказать «плохо»? Тем не менее, Женя переделал стихотворение. И Йосиф спел эту песню на его вечере в Колонном зале. Там были все маститые. Один я говно. Когда поднимали авторов, я даже боялся встать и прятался, чтобы меня никто не увидел. Потом был банкет в ЦДРИ. Мы с женой заезжали домой покормить сына и опоздали. Мест уже не было. И Женя посадил нас за свой стол, в самом центре. С нами сидели Никита Богословский с младшим сыном, сын Дмитрия Шостаковича Максим, Людмила Зыкина и Эдуард Хиль. Когда мы с Шостаковичем основательно накирялись, к нам подошла жена Евтушенко. «Как жаль, что в нашем Советском Союзе такие бездарности выходят на сцену!» - сказала она и указала на Хиля. «Блин! - подумал я. - Надо отсюда сваливать». А жена вышла в туалет. Пока я ее искал, все переместились из-за стола в комнату отдыха, и Богословский начал играть на пианино. «Никита, хватит играть всякое говно! - вдруг прервал его пьяный Евтушенко. - А сейчас, товарищи, вы услышите настоящую музыку». И стал подталкивать к инструменту меня. Я сначала отказывался. А потом еще набрал градус. И в итоге сдуру сел за пианино. Тут мне и настал п…дец. Через день вечер Евтушенко передавали по радио. Кобзон успел только икнуть. И от моей песни не осталось и следа. Не показали мою песню и по телевидению. Оказалось, Богословский пошел к председателю Гостелерадио Лапину и напел ему, что Днепров, мол, несоветский композитор и вообще неизвестно - композитор или кто. То же самое он повторил на худсовете фирмы грамзаписи «Мелодия», поставив меня в один ряд с Антоновым и Добрыниным. «Таким людям должна быть заказана дорога на пластинки», - подытожил он. И целых полтора года я был полностью выключен отовсюду. Помог мне легендарный Леонид Утесов. Он жил со мной в одном доме, и когда мне нужно было уезжать по делам, я оставлял ему своего сына. «Леонид Осипович, мне есть не на что, - пожаловался я ему. - Богословский мне все закрыл». Как мне потом рассказывал администратор Поздняк, Утесов наехал на Богословского: «Слушай, Никитка, ты чего трогаешь парня? Парень-то хороший». «Я его не трогаю», - начал отбояриваться Богословский. И вскоре после этого на очередном заседании худсовета «Мелодии» неожиданно для всех одобрил мои песни.

   - Постойте! Вы же только что говорили, что жили в нищете. Как же вам вдруг удалось стать соседом самого Утесова?

   - В этом доме жила моя жена Ольга со своими родителями. Ее папа Павел Леонидов был известным концертным администратором и не менее известным поэтом-песенником. Как администратор он первым начал делать концерты на стадионах и помогал зарабатывать большие деньги практически всем популярным исполнителям того времени, включая того же Кобзона. Сыграл Леонидов существенную роль и в моей судьбе. Именно он в конце 70-х годов подбил нас с Ольгой эмигрировать вместе с ним в Америку. Сказал, что меня там ждет контракт с «Коламбия рекордс». В это время Стас Намин готовил к выпуску пластинку своей группы с двумя моими песнями. И, воспользовавшись моим отъездом, подписал их своим именем. Одна из этих песен - «Стучат колеса» - стала хитом. Естественно, все авторские за нее Стас забирал себе. Ему даже в голову не пришло поделиться хотя бы с моей тещей, которая осталась в Москве. Уже после возвращения из Америки я пытался выяснить с ним отношения. Но понял, что это бесполезно. Ведь Стас - выходец из номенклатуры. Внук Анастаса Микояна, пасынок замминистра культуры Кухарского. А номенклатура непотопляема. Кстати, «Стучат колеса» исполнял Игорь Саруханов, с которым я лично эту песню разучивал. С нее он начался как певец. Спустя много лет я встретил его на концерте в «Олимпийском». Он прошел мимо меня, не поздоровавшись. А когда я его окликнул, растерянно пробормотал: «Да-да, что-то припоминаю из далекого детства». Я просто охренел.

 

   - Почему же вы не остались жить в Америке? Что стало с контрактом, который вам обещал ваш тесть?

   - На самом деле никакого контракта не было. Леонидов его выдумал, чтобы уговорить дочку на отъезд из Советского Союза. Тем не менее, без работы я в Америке не остался. Я был одним из самых высокооплачиваемых музыкантов. Бывало, что три дня я работал в ресторане на одной стороне улицы и три дня у их конкурентов на другой стороне. И все равно они меня брали. О возвращении в Советский Союз тогда не могло быть и речи. Тех, кто уехал, считали чуть ли не предателями. Помню, однажды в Нью-Йорке я встретил Евтушенко. «Ты чего здесь делаешь?» - удивился он. «Я здесь живу», - ответил я. «Что? - Женя испуганно оглянулся на человека в штатском, который его сопровождал. - Ну, ладно, как-нибудь потом пообщаемся». И поспешно ретировался. А в 1982 году в Нью-Йорк в составе делегации советских артистов приехал Кобзон. В отличие от Евтушенко он от меня не шарахался и даже пришел ко мне в гости. «Ты хочешь вернуться? - спросил меня Иосиф. - Перед отъездом я был в одном месте, и мне сказали, что ты можешь это сделать». «Я бы вернулся», - сказал ему я. Как потом выяснилось, это была чисто политическая акция. Тогда из Америки должны были вернуться три человека - дочка Сталина Светлана Аллилуева, писатель Андрей Битов и я. Меня пригласили в советское посольство и начали гнать пургу, что я должен написать статьи о том, какая Америка плохая и т.д. «Зачем мне это надо? - подумал я. - Америка для меня ничего плохого не сделала». И никуда не поехал. Кобзон получил за это большой втык. Вернулся я уже после падения «железного занавеса». «Давай иди художественным руководителем в мой оркестр!» - предложил мне Иосиф. На что я ответил: «Нет, я хочу попробовать работать сам». «Ну, что ж… - сказал он. - Будешь жить и питаться на средства своих родителей». Как потом мне рассказывал конферансье Эдик Смольный, по Москонцерту тогда был отдан негласный приказ: «Днепрова в концертах не занимать». Как ни странно, для меня это было самое кайфовое время. Москонцерт меня не трогал. И я раз в неделю спокойно работал со своим шоу в кооперативном кафе «Радуга». За три выхода по 40 минут я получал 450 рублей - очень неплохие по тем временам деньги. Однажды в «Радугу» пришла Алла Пугачева с Розенбаумом, Кристиной Орбакайте и администратором Олегом Непомнящим. После выступления они пригласили меня за свой столик. «Жалко, что нет Вовы, - начала говорить Кристина. - Послушал бы, как петь нужно». В этот момент Пугачева под столом со всей силы дарбалызнула ее ногой. И она сразу осеклась.

 

   - Что же вы не воспользовались случаем, чтобы подружиться с Пугачевой? Глядишь, сейчас в пику Кобзону она бы вас поддержала…

   - На самом деле я был знаком с ней еще до отъезда в Америку. Тогда Алла даже приглашала меня к себе домой. Она еще жила в Кузьминках, около Кольцевой дороги. Помню, я еле нашел ее дом. Она мне показывала песни. Сказала, что это какой-то композитор из Запорожья по фамилии Горбонос. Но я сразу врубился, что это она сама. «Я бы это сделал так, - стал говорить я. - А это сделал бы вот так». Она талантливый человек. Но не авторитет для меня. Для меня в России вообще авторитетов нет. Для меня авторитеты - Элтон Джон, Джордж Майкл, Уитни Хьюстон. Возможно, поэтому у меня и не заладилась дружба с Аллой. Вскоре после моего приезда из Америки Миша Жванецкий предложил сделать мне концерт во дворце спорта «Измайлово». И администратор Варшавский, который занимался этим концертом, позвонил Алле, чтобы ее пригласить. Попал на Женю Болдина. И тот заявил: «А мы с Аллой не пойдем на концерт Днепрова. Он предал не только Россию, но и Америку. Это мнение Аллы». Варшавский разговаривал с ним по телефону с «громкой связью». И я все это слышал. Через некоторое время Миша Жванецкий получил офис на Тверской и устроил там презентацию. Пригласил Аллу, Градского. А меня попросил привезти мою музыкальную аппаратуру. Алла, увидев меня, как ни в чем не бывало со мной поздоровалась. «Знаешь, после того, что я услышал от Болдина, я с тобой вообще разговаривать не хочу», - сказал я. Выяснив, в чем дело, Алла позвала Женю и закатила ему скандал. В итоге мы напились и устроили джэм-сейшн. И потом она периодически звала меня на какие-то свои тусовки. Но мне неинтересно тусоваться с этими людьми. Многие их произведения откровенно сп…жены.

 

   - Так и писать?

   - А что тут такого?! Вы знаете, как Мстислав Ростропович ругается? У него через слово - трехэтажный мат. Я с ним познакомился в Белом доме во время заварушки 1991 года. Я был там с самого начала и даже выступал с балкона Белого дома. На этом балконе тогда можно было спокойно гулять. А уже на третий день, когда вроде победили, туда столько народу набежало, что яблоку негде было упасть. Кобзон подрядился делать концерт. И меня в число участников не включил. А Руцкой его поддержал: «Днепров сделал свое дело, и хватит!». Потом мне позвонили и сообщили, что меня наградили медалью «За оборону Белого дома». Но я не пошел ее получать. Я был там не ради того, что сейчас происходит в стране. А отношения с Кобзоном мне наладить так и не удалось. Возможно, отчасти я сам был в этом виноват. Лет семь назад он пел в «России» мою песню. И, когда вышел за кулисы, спросил меня: «Ну, как?». «Лучше бы не пел», - ответил я. Моя жена, услышав это, чуть не погибла. Чтобы как-то это замять, я пришел к нему и предложил ему записать пластинку своих песен. «Но я же не спою, как ты хочешь», - ответил Кобзон. А я взял и сдуру ляпнул: «Я тебя научу». После этого Кобзон долго со мной не общался. Сколько я не звонил его секретарю, неизменно слышал в ответ: «Иосифа Давыдовича нет и не будет». Но я же сказал ему правду. Да, у меня самого нет классического голоса, но я знаю, как нужно петь. Меня многие исполнители просят дать им мои песни. Сосо Павлиашвили даже вставал передо мной на колени, чтобы я разрешил ему исполнять песню «Радовать». Но я не каждому иду навстречу. Например, Киркорову я отказал. А Коле Баскову я дал песню «Благославляю». Но он сам через некоторое время признался мне: «Я не смогу ее спеть». Если брать молодых певцов, мне очень нравится Стас Пьеха. У него в пении есть драйв. Думаю, он сможет спеть мои песни. Я его научу…

 

    Александр БОЙКОВ, Михаил ФИЛИМОНОВ («ЭГ» № 15, 2007)





[1] [2] [3] [4] [5] [6] [7] [8] [9] [10] [11] [12] [13] [14] [15] [16] [17] [18] [19] [20] [21] [22] [23] [24] [25] [26] [27] [28] [29] [30] [31] [32] [33] [34] [35] [36] [37] [38] [39] [40] [41] [42] [43] [44] [45] [46] [47] [48] [49] [50] [51] [52] [53] [54] [55] [56] [57] [58] [59] [60] [61] [62] [63] [64] [65] [66] [67] [68] [69] [70] [71] [72] [73] [74] [75] [76] [77] [78] [79] [80] [81] [82] [83] [84] [85] [86] [87] [88] [89] [90] [91] [92] [93] [94] [95] [96] [97] [98] [99] [100] [101] [102] [103] [104] [105] [106] [107] [108] [109] [110] [111] [112] [113] [114] [115] [116] [117] [118] [119] [120] [121] [122] [123] [124] [125] [126] [127] [128] [129] [130] [131] [132] [133] [134] [135] [136] [137] [138] [139] [140] [141] [142] [143] [144] [145] [146] [147] [148] [149] [150] [151] [152] [153] [154] [155] [156] [157] [158] [159] [160] [161] [162] [163] [164] [165] [166] [167]

 




 

 

Памятные даты

 

 

 

22.08.1939 родился Анатолий Григорьевич Поперечный, поэт-песенник ("Соловьиная роща", "Малиновки заслыша голосок", "Аист на крыше").

22.08.1966 родился Дмитрий Анатольевич Нестеров, лидер группы "Свинцовый туман".

22.08.1982 родилась Елена Николаевна Мульганова (она же Кауфман), участница "Фабрики звезд-5".

22.08.2017 день государственного флага России.

22.08.1979 родился Марк Иосифович Тишман, участник "Фабрики звезд-7", экс-солист группы "Профсоюз".

23.08.1964 родилась Елена (она же Алена) Евгеньевна Апина, певица ("Ксюша, юбочка из плюша", "Узелок завяжется", "Электричка"), бывшая солистка группы "Комбинация", жена продюсера Александра Иратова.

23.08.1985 родилась Софья Владимировна Кузьмина, участница "Фабрики звезд-3", дочь певца Владимира Кузьмина.

25.08.1921 Петроградской ЧК расстрелян Николай Степанович Гумилев, поэт ("Волшебная скрипка"), муж Анны Ахматовой (родился 15.04.1886).

25.08.1944 родился Сергей Александрович Соловьев, кинорежиссер, постановщик музыкальных фильмов ("Асса").

25.08.1961 родился Сергей Львович Крылов, певец ("Девочка моя"), участник фильмов ("Мечты идиота").

25.08.1964 родился Александр Валерьевич Шульгин, автор песен ("Самолет", "Таю", "Лети! Беги!"), бывший муж и продюсер певицы Валерии, музыкальный продюсер "Стань звездой" и "Фабрики звезд-3".

25.08.1989 умер Ян Абрамович Френкель, композитор ("Журавли", "Русское поле", "Для тебя") (родился 21.11.1920).

26.08.1947 родился Александр Иванович Кальянов, певец ("За кордон", "У опера с Петровки", "Хрустнули огурчики"), бывший звукорежиссер Аллы Пугачевой.

26.08.1976 родилась Земфира Талгатовна Рамазанова, автор песен и певица ("Почему", "Хочешь?", "Трафик").

26.08.1982 умерла Анна Евгеньевна Герман, певица ("Когда цвели сады", "Надежда", "Мы долгое эхо друг друга") (родилась 14.02.1936).

27.08.1896 родилась Фаина Гиршевна Фельдман (она же Фаина Георгиевна Раневская), актриса, исполнительница роли ресторанной таперши в фильме "Александр Пархоменко" (умерла 20.06.1984).

27.08.1920 родился Александр Павлович Огнивцев, оперный певец ("Борис Годунов", "Псковитянка", "Фауст"), участник музыкальных фильмов ("Большой концерт", "Римский-Корсаков", "Алеко") (умер 1981).

27.08.1991 умер Михаил (он же Майк) Васильевич Науменко, лидер группы "Зоопарк" (родился 18.04.1955).

27.08.2000 пожар на Останкинской телебашне, приведший к прекращению вещания в Москве всех телеканалов.

27.08.2017 день кино.

27.08.2009 умер Сергей Владимирович Михалков, поэт, автор текста гимна России (родился 13.03.1913).

28.08.1968 родился Илья Борисович Спицин, муж и продюсер Ларисы Долиной, бывший бас-гитарист ее аккомпанирующей группы "Скитальцы".

28.08.1979 умер Кирилл (он же Константин) Михайлович Симонов, поэт ("Жди меня", "От Москвы до Бреста"), муж актрисы Валентины Серовой (родился 28.11.1915).

28.08.2003 умер Юрий Сергеевич Саульский, композитор ("Черный кот") (родился 23.10.1928).

 

 
 
 

Купить дешевые авиабилеты онлайн