Рассылка:
 
   
 
/
 
     
Информационно-развлекательный портал о шоу-бизнесе
ВСЕ ПУБЛИКАЦИИ
   
  О главном
  Новости
  Публикации
    - 2017 год
    - 2016 год
    - 2015 год
    - 2014 год
    - 2013 год
    - 2012 год
    - 2011 год
    - 2010 год
    - 2009 год
    - 2008 год
    - 2007 год
    - 2006 год
    - 2005 год
  Видео
  Фото
  Ссылки
  Проекты
  Архив
(2001-2006)
  Реклама
  Контакты

 

 

 

 

 

 

 

--> СМОТРЕТЬ СПИСОК ВСЕХ ПУБЛИКАЦИЙ <--

[1] [2] [3] [4] [5] [6] [7] [8] [9] [10] [11] [12] [13] [14] [15] [16] [17] [18] [19] [20] [21] [22] [23] [24] [25] [26] [27] [28] [29] [30] [31] [32] [33] [34] [35] [36] [37] [38] [39] [40] [41] [42] [43] [44] [45] [46] [47] [48] [49] [50] [51] [52] [53] [54] [55] [56] [57] [58] [59] [60] [61] [62] [63] [64] [65] [66] [67] [68] [69] [70] [71] [72] [73] [74] [75] [76] [77] [78] [79] [80] [81] [82] [83] [84] [85] [86] [87] [88] [89] [90] [91] [92] [93] [94] [95] [96] [97] [98] [99] [100] [101] [102] [103] [104] [105] [106] [107] [108] [109] [110] [111] [112] [113] [114] [115] [116] [117] [118] [119] [120] [121] [122] [123] [124] [125] [126] [127] [128] [129] [130] [131] [132] [133] [134] [135] [136] [137] [138] [139] [140] [141] [142] [143] [144] [145] [146] [147] [148] [149] [150] [151] [152] [153] [154] [155] [156] [157] [158] [159] [160]

БОЙФРЕНД ПОЛИНЫ ГАГАРИНОЙ ПЕРЕНЕС ПСИХИЧЕСКОЕ РАССТРОЙСТВО

из-за длительного лечения Славе Еськову пришлось уйти из группы «Премьер-министр»

 

В свое время наша газета рассказывала про первого мужчину победительницы «Фабрики звезд-2» Полины Гагариной – ее однокурсника по Гнесинскому училищу Славу Еськова («ЭГ» № 10, 2006). Певицу связывали с ним длительные отношения до замужества с отцом ее дочери – актером Петром Кисловым. С 2005 года Еськов пел в новом составе группы «Премьер-министр». Однако в последнее время его стало не видно среди участников этого коллектива. Мы решили выяснить, что с ним случилось.

 

   - Слава Еськов уехал в свой родной Курск, - сообщил продюсер «Премьер-министра» Евгений Фридлянд. - Живет с родителями и больше не занимается шоу-бизнесом. Он решил, что работать в поп-группе ему неинтересно, и вообще шоу-бизнес не для него. Пару лет назад с ним что-то случилось на психической почве. У него было какое-то сильное расстройство. Сначала Слава просил отпуск на лечение. Долго лежал в клинике в Курске. Но, видимо, лечение не помогло. Насколько я понимаю, он зазомбирован своей мамой. Его родители странные. И он сам очень странный. Мы даже думали, что там присутствовали какие-то наркотики. Может, конечно, наркотиков особо и не было. Может, ему просто так крышу сорвало. Поначалу в группе ему все нравилось. Как и другие участники нового состава, Слава был фанатом старого «Премьер-министра». Но в какой-то момент он перестал быть адекватным. Конечно, новым «премьерам» было морально очень тяжело. Им завидовали. Всячески давили их в прессе. Возможно, это отразилось на психическом состоянии Славы. Не исключено также, что на его психику повлиял разрыв с Полиной Гагариной. У них была очень хорошая пара. Я помню, как они приходили вместе на всякие вечеринки и праздники. Да, после Полины у Славы была новая девушка. Но первую любовь невозможно забыть. Тем более, когда она выступает на всех каналах с песнями Константина Меладзе. Думаю, Славу это сильно задевает.

 

   - Когда мы познакомились со Славой Еськовым, он был очень позитивным, открытым человеком, - рассказал участник «Премьер-министра» Сергей Демянчук. - Мы называли его «человек-зажигалка» или «человек-пружина». Он не мог пройти 100 метров, чтобы не перепрыгнуть через какой-нибудь забор. Но за годы работы в «Премьер-министре» его былой энтузиазм постепенно угас. Понимаете, у Славы было чересчур счастливое детство. Он был окружен родительской заботой и любовью. Выигрывал все музыкальные конкурсы. Наверное, Слава думал, что и дальше все будет так же легко и безоблачно. Очень любил все просчитывать, прогнозировать наперед. А жизнь оказалась более суровая и не такая прогнозируемая. По всей видимости, что-то пошло не так, как он планировал. Его иллюзии таяли на глазах. И на этой почве у него началась творческая депрессия. Не ладилась у Славы и личная жизнь. Его любовь с Полиной Гагариной пришлась на такой возраст, когда оба не были готовы к серьезным отношениям. Как говорил нам Слава, они разошлись без скандалов и остались хорошими друзьями. Но, зная натуру Полины Гагариной, можно предположить, что с ее стороны имели место какие-то выпады. Полина была девушка эксцентричная, непредсказуемая, порой противоречивая в своих действиях. От маленькой вспышки она детонировала, как динамит, и это могло вылиться в какое-то яркое событие от скандала до любви и наоборот.


Потом Слава прожил несколько лет с другой девушкой. С ней тоже ничего не получилось. Несомненно, он переживал из-за всего этого. Но своими переживаниями ни с кем не делился. Замкнулся в себе. Стал немного странно себя вести. Например, резко менял имидж. Был период, когда он отпустил бороду. Потом свои прекрасные кучерявые волосы заплел длинными дредами. В общем, его начало бросать из стороны в сторону. Два года назад после новогодних праздников мы разъезжались в отпуск. Слава был какой-то взволнованный, взбудораженный. Чувствовалось, что он хотел с кем-то пообщаться. «Что с тобой?», - спрашивали мы. «Нет-нет, все нормально», - отмахивался Слава. Скорее всего, он сам себе до конца не признавался в своих проблемах. Возможно, нам нужно было проявить к нему больше внимания. Но в тот момент мы не придали его странному поведению серьезного значения. Подумали, что он просто не в настроении. А когда мы вернулись из отпуска, оказалось, что Слава находится у родителей в Курске. Он сильно простудился, у него был сильнейший жар – под 40 градусов, и у него пошли осложнения на головной мозг. По-моему, были подозрения на менингит. Его мама говорила нам, что ему пришлось пройти очень сложный курс лечения, и врачи посоветовали ему соблюдать покой. Сам Слава долгое время на связь с нами не выходил. В какой-то момент он приезжал с мамой к Жене Фридлянду. Объяснял, что у него очень глубокая депрессия, и он вряд ли сможет сразу вернуться в группу. Попросил дать ему какую-то отсрочку. «Пожалуйста, не вопрос! – сказал Женя. – Сколько тебе надо времени, столько и бери! Никаких штрафных санкций к тебе применяться не будет». Но нас тогда не было в Москве, и мы с ним так и не встретились. Мы, конечно, обижались на него. Думали, что он нас предал. Лишь в прошлом году, когда мы приехали в Курск на гастроли, нам удалось встретиться и пообщаться со Славой. От него мы подробно узнали, что с ним произошло два года назад. Слава тогда купил себе квартиру, сделал в ней ремонт. Но у него все время были волнения, что он потерял интерес к творчеству и перестал писать музыку. Он очень плохо спал, пил много кофе, чтобы по ночам творить. Плюс Слава переживал из-за того, что немножко поправился и утратил прежнюю легкость. Он решил усиленно заниматься спортом. Давал себе очень сильные нагрузки, чтобы форсировать это дело. По всей видимости, все это в совокупности и привело к какому-то надрыву. В один прекрасный момент он сидел дома и решил, что очень сильно хочет поехать к родителям в Курск. Отправился на вокзал покупать билет. А как купил его, сел в машину и добрался домой – уже не помнил. Ему было очень страшно. Насколько я понимаю, это называется «маниакально-депрессивный психоз». За ним приехали на машине родители и забрали его в Курск. А в какой-то момент он понял, что боится ехать в Москву. У него все время был страх, что это Москва так на него повлияла. Его преследовали панические атаки. Он долго не мог выйти из этого состояния. Терзался, что подводит нас. В итоге он решил остаться с родителями. Когда мы встречались с ним в Курске, мы спросили его: «Слава, ты не хочешь вернуться в группу?». «Да, я очень скучаю по гастролям, - ответил он. – Но снова быть в коллективе мне сейчас не по силам. Вы должны меня понять. Я только начал обретать какую-то внутреннюю душевную гармонию». Как я понял, ему помогла религия. Курск – город, стоящий на святынях. И, видимо, Слава более глубоко поверил в Бога.

 

   Михаил ФИЛИМОНОВ («ЭГ» № 6, 2013)







ИЗ-ЗА МАКSИМ БАНДИТЫ ЗАСТАВЛЯЛИ ЖЕНЩИНУ РЫТЬ СЕБЕ МОГИЛУ

с помощью криминальных структур дирекция певицы вымогала деньги у организаторов ее концерта в Тюмени

 

Организаторы концертов из разных городов России не раз жаловались в интервью нашей газете на певицу Марину Максимову, более известную как МакSим. Например, Анна Павлова из Хабаровска негодовала, что певица во время концерта провоцировала своих малолетних поклонников на беспорядки («ЭГ» № 49, 2009). А Вера Халина из Анапы с возмущением рассказывала, как Максимова отказывалась выходить на сцену и крыла всех матом из-за того, что ей предоставили более современный звукорежиссерский пульт, чем требовалось у нее в райдере («ЭГ» № 49, 2010). Но то, что мы услышали от омского промоутера Николая Кривогуза, повергло нас в состояние настоящего шока.

 

   - Самые ужасные гастроли в моей жизни были с певицей МакSим, - признался Николай. - Первый концерт я ей сделал в 2007 году. Тогда у нее уже в течение года крутилась песня «Трудный возраст». Но всерьез ее никто не воспринимал. И когда я решил привезти ее к нам в Омск, все местные организаторы крутили мне пальцем у виска. Говорили, что я попаду с ней на деньги. Поддержала меня только моя компаньонша А.Ф. – женщина в возрасте, которая давно занималась концертами и пользовалась в Омске уважением. Мы договорились с директором МакSим Маргаритой Соколовой. Запустили в продажу билеты. И за месяц до концерта уже хотели его отменять. Билеты вообще не продавались. «Ну, вот! Опять нам накаркали!» - думали мы. А дня через три у МакSим вышел клип «Знаешь ли ты?». И за неделю наш омский цирк был полностью продан. Марина осталась всем довольна. В то время она еще не возила с собой музыкантов, а выступала под «фанеру» с балетом. У одной из ее танцовщиц как раз был день рождения. И мы все вместе его отмечали. Марина пила со мной водку. Уговорила с легкостью полторы бутылки. Мне даже довелось поплавать с ней в одном бассейне. Во время купания я поинтересовался размерами ее гонораров. «Знаешь, гонорары я сейчас не получаю, - сказала Марина. – Я живу за счет авторских отчислений». Отчисления, судя по всему, были неплохие, потому что уже тогда она планировала покупку квартиры в Москве.

 

   После этого мы с моей компаньоншей А.Ф. поняли, что МакSим – золотое дно, и пока все еще «спят», надо действовать. Мы решили сделать ее концерт в Тюмени, до которой из Омска рукой подать – 6-7 часов езды на поезде. Наняли там за определенный процент местного организатора. С Маргаритой Соколовой у нас изначально была договоренность, что гонорар МакSим будет такой же, как в Омске – 8 тысяч долларов. Правда, за две недели до концерта она объявила, что мы типа друг друга недопоняли, и гонорар составляет уже не 8, а 10 тысяч. Но мы с моей компаньоншей закрыли на это глаза. К тому времени почти все билеты были проданы. И мы прикинули, что даже с учетом лишних двух тысяч мы все равно останемся в плюсе. МакSим со своим коллективом ехала в Тюмень на поезде из Новосибирска. И я подсел к ним, когда они проезжали через Омск. Тут меня ожидал неприятный сюрприз. «Мы сегодня ночью долго беседовали с Маргаритой, - сообщил мне администратор Геннадий. – И решили, что вы должны нам заплатить гонорар не 10, а 15 тысяч долларов». При таких раскладах нам уже не оставалось ни копейки. «Как это понимать?! – возмутился я. – Вы просили 8 тысяч. Потом – 10 тысяч. Мы вам дали столько, сколько вы просили. Что вам еще надо?!». Якобы им не понравилось, что наш тюменский помощник привлек на концерт местную радиостанцию, которая без их ведома заявила о намерении провести перед началом какую-то свою акцию. «Вы как организаторы должны доплатить нам за это 5 тысяч долларов, - поставил мне ультиматум Геннадий. – Пока вы этого не сделаете, Марина не выйдет на сцену». Потом мне начала названивать Маргарита и угрожать. «У меня в Тюмени серьезные связи, - говорила она. – Вы оттуда живыми не уедете».


   В Тюмени нас встретила моя компаньонша, которая заранее выехала туда готовить почву. Я сообщил ей о сложившейся ситуации и предложил обратиться в ФСБ или в милицию. Но она посчитала это преждевременным. Мы отправились в цирк, где должен был проходить концерт. Тут на нас начали катить бочку сама Марина и ее танцоры. По райдеру, у них в гримерках должна была стоять вода без газа. «Зачем вы налили в «Бон Аква» воду из-под крана?» - стали возмущаться они. Типа, мы на них сэкономили, взяли где-то пустые бутылки и заново наполнили. На самом деле мы к этим бутылкам даже не притрагивались. За это отвечал тюменский организатор. А где-то за час до концерта нас вызвал к себе в кабинет директор цирка. Там нас ждали два амбала, представившиеся сотрудниками милиции. Я по молодости и неопытности принял их за настоящих милиционеров. Начал им что-то объяснять, показывать чеки о перечислении денег и эсэмэски от Маргариты, где она назначала сначала одну цену за концерт, а потом другую. Но амбалы не хотели слышать никаких доводов. «Идите и ищите 5 тысяч долларов! – сказали они. – Иначе концерта не будет». «Что ты такой е…нушка?! – сказала мне моя компаньонша, когда мы вышли из кабинета директора. – На фиг ты показывал им эти эсэмэски?! Это не милиция, а бандиты». Потом в фойе я случайно услышал разговор администратора Геннадия с Маргаритой. «Слушай, если мы их сейчас не разведем на бабки, придется все-таки выходить и выступать», - говорил он. И Маргарита с ним соглашалась. После этого мне стало понятно, что моя компаньонша права.

 

   В итоге мы приняли решение, что мне нужно, не дожидаясь концерта, сваливать из Тюмени. Один из сотрудников цирка меня предупредил: «Не вздумай ехать на железнодорожный вокзал! Там уже все схвачено. Тебя снимут с поезда и вернут обратно». Мне пришлось взять такси до ближайшего города Ишима и там уже пересесть в поезд. Пока я ехал в Ишим, с телефона А.Ф. мне постоянно звонили бандиты и говорили: «Если ты не вернешься, твоей компаньонше п…дец!». В какой-то момент я поддался эмоциям и уже хотел вернуться, но что-то подсказало мне, что делать этого не нужно. Только это нас и спасло. На следующий день моя компаньонша позвонила вся в слезах. После концерта бандиты удерживали ее в цирке. Причем, помимо 5 тысяч долларов для МакSим, требовали у нее еще 200 тысяч рублей за их «работу». Она просила сотрудников цирка вызвать милицию. Но все были напуганы, и на ее просьбу никто не откликнулся. Потом бандиты повезли ее на кладбище. Закрывали ей глаза, чтобы она не увидела номера машины. Заставляли ее руками рыть себе могилу. Но, к счастью, ничего с ней не сделали. Забрали у нее билет на поезд и все имевшиеся при ней деньги вплоть до мелочи и отпустили ее. Видимо, поняли, что остался свидетель в моем лице, и это может выйти им боком. А если бы я вовремя не уехал, кто знает, может быть, мы с моей компаньоншей не только вместе выкопали бы себе могилы, но и остались бы в них лежать.

 

   Михаил ФИЛИМОНОВ («ЭГ» № 5, 2013)







АЛЛЕ ПУГАЧЕВОЙ ПЛАТИЛИ ПО $10000 ЗА ИГРУ В КАЗИНО «ПЕКИН»

Лолита Милявская и Анна Семенович за деньги не против поужинать с олигархами

 

С возрождением капитализма в нашей стране появилась потребность в специалистах по организации увеселительных мероприятий для богатых людей или, как сейчас говорят, корпоративов. Одним из таких специалистов волею судьбы стал выходец из шахтерского города Новокузнецка Константин Щербинин. Своим многолетним опытом работы в этой специфической сфере он поделился с музыкальным обозревателем «Экспресс газеты».

 

   - В 80-х годах я играл со своей группой в самом модном заведении Новокузнецка –молодежном кафе «Юность», - издалека начал свой рассказ Константин. – По моему совету, швейцар до определенного часа пропускал внутрь только красивых девушек. Мужчины видели их через стеклянные витрины и всеми правдами и неправдами стремились попасть в наше кафе. Заказать у нас песню стоило от 3 до 5 рублей. В месяц мы зарабатывали по «штуке» при том, что зарплата шахтера была 250-300 рублей. Но все рухнуло, когда Горбачев убрал из ресторанов и кафе спиртное. Народ стало не заманить ни девушками, ни хорошей музыкой. И мне пришлось искать другую работу. Когда вышел Закон о кооперации, я одним из первых создал кооператив и начал выпускать одежду. Заработанные деньги носили в больших спортивных сумках «СССР». Вкладывать их было не во что. И я прогуливал их в Сочи. По полгода жил в гостинице «Жемчужина». Там и познакомился со всей нашей шоу-тусовкой. При «Жемчужине» был валютный магазин «Березка». Проститутки, с которыми иностранцы расплачивались валютой, старались от нее избавиться, не выходя из гостиницы. И сливали ее мне в обмен на рубли. А я за валюту покупал в «Березке» баночное пиво и другие модные по тем временам вещи. И артисты сами ко мне потянулись. Со мной бухали участники группы «Электроклуб» во главе с тогдашним мужем Иры Аллегровой Володей Дубовицким, Коля Фоменко и Андрей Заблудовский из группы «Секрет», Саша Цекало и Лолита Милявская из только появившегося кабаре-дуэта «Академия». Особенно тесные отношения у меня сложились с администратором «Электроклуба» Борей Крутоголовым. По вечерам мы заказывали столики во всех ресторанах «Жемчужины» - на верхнем этаже, на первом и в подвале, где в то время пел Гриша Лепс. Потом переходили из одного ресторана в другой и выбирали, где лучше контингент приезжих девушек, чтобы сделать свое черное мужское дело. А с Мишей Задорновым мы знакомились с девушками на пляже. Миша привлекал их внимание тем, что заговаривал с ними голосом Горбачева, которого очень похоже пародировал. Однажды мы привели двух девушек к нему в номер. Но из-за моей жены мне пришлось спешно ретироваться. Миша занялся сексом с одной из девушек. А чтобы вторая не скучала, он дал ей невиданную по тем временам штуку – купленный за границей в секс-шопе фаллоиммитатор. Вдруг она испуганно сказала: «Ой, кажется, я его сломала». Оказалось, что в нем просто сели батарейки, и он перестал работать. И Мише пришлось менять батарейки, пока прибор находился у девушки в положенном месте.

 

   Однажды в «Жемчужине» я встретил своего старого друга Валерку Спиритуса по кличке Спирт. В 1982-84 годах мы с ним спекулировали музыкальной аппаратурой, которую нам поставлял легендарный администратор Алик Ледвич. А потом я потерял Валерку из вида и никак не мог найти. «Ты знаешь, я сейчас завязал со всеми старыми делами, - сказал он мне при встрече. – Но я тебя познакомлю со спекулянтом номер один». И подвел меня к чуваку с цепью в два пальца толщиной и огромным крестом на животе, как у батюшки или у вора в законе. Это оказался будущий муж Алены Апиной Саша Иратов. Тогда он был директором Славы Малежика. Зарабатывал большие деньги на «левых» концертах. И вкладывал их в «бизнес». «Ну, что там у тебя есть?» - нехотя начал разговор Иратов. А в то время по всей стране начали бастовать шахтеры, и чтобы их успокоить, был подписан указ, разрешающий им вести свободную торговлю. К нам на Кузбасс, как манна небесная, обрушились автомобили, телевизоры, холодильники, стиральные машины и другие товары. Шахтерам давали талоны на их приобретение. Но они боялись, что их обокрадут или кинут. И понесли эти талоны мне. А я скупал товары и вывозил их в другие города. Эти товары я и предложил Иратову. «А белые «девятки» у тебя есть?» - спросил он. Тогда это был крутой автомобиль. «Есть», - ответил я. «Сколько стоит?» - заинтересовался Иратов. В то время цена «девятки» составляла 35 тысяч рублей. Но я подумал, что он уж очень наглый. И назвал ему более высокую цену – 40 тысяч. За эти деньги тогда можно было купить квартиру. Я думал, что Иратов будет торговаться. Но он сразу сказал: «Давай я тебе дам 42 тысячи! Но, чтобы через неделю, когда я вернусь в Москву, машина уже стояла там». Так завязалось мое с ним сотрудничество. Я грузовыми самолетами отправлял ему товары. Иратов их реализовывал и мешками привозил мне деньги. Мои холодильники и стиральные машинки стояли дома у Аллегровой и многих других знаменитостей. В начале 90-х, по приглашению друзей из Новокузнецка, каким-то образом севших на трубу, я перебрался в Москву и вместе с ними начал заниматься «нефтянкой». Денег стало еще больше. Аркаше Укупнику, с которым я разговорился в одной из блатных бань, я тогда по доброте душевной дал «десятку» на двухсерийный клип «Сим-сим, откройся, сим-сим, отдайся». А Боря Крутоголов, который к тому времени стал коммерческим директором у Игоря Крутого в «АРСе», брал у меня 50 тысяч долларов, чтобы вложить в раскрутку их компании. Но стать акционером «АРСа» мне было не суждено. Вскоре рухнули «МММ» и другие «пирамиды». И Крутоголов объявил мне, что некий Яблонский кинул их на 2 миллиона долларов, и мои 50 тысяч пропали.

 

   После этого я три года жил в Швейцарии. В Москву приехал только в 1996 году. В нефтяном бизнесе тогда уже началось «пиф-паф-ой-ой-ой». Возвращаться туда я не захотел. И выбрал себе более легкий путь – шоу-бизнес. Мой земляк – автор-исполнитель Серега Гинзбург - привел меня в компанию «Прайд Рекордс». Там я увидел питерскую группу «Pep-See» и «заболел» ею. Зашел наобум в первый попавшийся богатый офис и «развел» на спонсорство компанию «Цептер». «Мы Долину спонсируем», - сказала мне женщина, которая занималась в «Цептере» распределением рекламного бюджета. «Возьмите молодую группу! – стал уговаривать ее я. – Вам же нужно, чтобы вашу продукцию молодежь покупала». В итоге мне дали 50 тысяч долларов. 22 тысячи мы потратили на клип «Лови мои поцелуи». Его нам сделал великий оператор Георгий Рерберг, который снял «Зеркало» Тарковского, «Здравствуйте, я ваша тетя!», «12 стульев» с Мироновым. Еще 25 тысяч ушли на запись песен в студии, покупку костюмов и переезды между Москвой и Питером. Наверное, и себе, любимому, я что-то отчекрыжил. Осталось 3 тысячи долларов. А незадолго до этого в закрытом полунаркоманском клубе «Булгаков», где в то время тусовались Федя Бондарчук, Гоша Куценко и многие другие будущие знаменитости, я познакомился с режиссером Гришей Константинопольским. И он за эти 3 тысячи снял группе «Pep-See» клип «Вовочка». Там, где сейчас находится кинотеатр «Ролан», было что-то типа студии. Два человека перед камерой трясли разноцветную тряпку, а сам Гриша изображал Вовочку. Помню, еще Отар Кушанашвили хотел сыграть эту роль. «Я бы на эти 3 тысячи снял клип лучше, чем Гриша», - обижался он. Тем не менее, на фестивале «Поколение-96» работа Константинопольского получила Гран-При. Я сделал группе «Pep-See» 4 эфира в теледискотеке «Партийная зона» и эфир в «Программе А». Зарядил их на «Русское радио», где их сразу же начали крутить по 10 раз в день. От успехов у девочек закружилась голова. «Зачем нам какой-то Карабас-Барабас?» - решили они. Никаких бумаг я с ними не подписывал. И они сделали мне ручкой.


   Потом Гинзбург привел меня к будущей звезде русского шансона Ивану Кучину. Он тогда только освободился после очередной отсидки и жил в подвале на «Войковской», где по нему реально бегали крысы. Кучина я знал еще с 80-х годов. Он тогда отбывал «химию» у нас в Новокузнецке. Работал художником в 11-м училище. После того, как я ушел из кафе «Юность», у меня осталась музыкальная аппаратура на 20 тысяч рублей. И завуч училища попросил у меня для Кучина пульт и микрофон, чтобы он записал свои песни. К сожалению, при аресте эту запись у него изъяли. И до сих пор никто не может ее найти. Отсидев 5 лет, Кучин приехал в Москву и в подвале на «Войковской» записал альбом «Хрустальная ваза». Я привел к нему в подвал одного угольного магната – друга губернатора Кемеровской области Амана Тулеева. И этот магнат очень помог Кучину. Дал ему денег, сколько было нужно. Сейчас уже не помню точную цифру – то ли 30, то ли 50 тысяч. Ваня, наконец, смог снять нормальную квартиру. Привез в Москву жену Ларису. Потом я познакомил его с Юрой Севастьяновым из компании «Мастер-саунд». Юра выпустил его «Хрустальную вазу». И вскоре песни Кучина зазвучали из каждого ларька. А потом жена начала капать Ване: «Зачем тебе платить 10 процентов Щербинину? Лучше я сама буду твоим директором». Бумаг с ним я тоже не подписывал. И опять остался с носом. В итоге жену Ваня тоже выгнал. Отобрал у нее паспорт. Лариса несколько раз приходила ко мне и занимала по 100 долларов. В конце концов, мне это надоело. «Как тебе не стыдно?! - сказал ей я. - Ты сама меня в свое время отодвинула, а сейчас просишь у меня помощи». «Извини, я была не права», - призналась она. В дальнейшем Лариса сама запела. Но ни ее, ни Ваню я с тех пор не видел. И видеть не хочу.

 

   Потом я стал клубным промоутером. Раскручивал ресторан при гостинице «Пекин». Гостиницу тогда «держал» Костя Осетин (криминальный авторитет Константин Георгиев – М.Ф.) «Сколько денег ты хочешь?» - спросил он меня. Работать за зарплату мне было никогда неинтересно. «Можно я возьму себе кассу за вход?» - попросил я. А народу там не было никого. «Ты наш брат! – сказал Костя. – Не дай Бог, кто-то тронет тебя пальцем!». И я начал делать по вечерам шоу-программы с участием артистов. У меня работали будущий солист «Белого орла» Саша Ягья, известные в дальнейшем исполнители стриптиза Тарзан и Дилон, нынешняя «звезда» Лас-Вегаса - «человек-паук» Мухтар Гусейнгаджиев. Помню, Тарзан обижался: «Серега, почему мне ты платишь 40 долларов, а Дилону на 10 больше?». «Потому что ты белый, а он черный, - объяснял я. – Это экзотика. На него женщины больше реагируют». На каждую программу я придумывал какие-то креативные приглашения. Например, когда проводил показ мод, брал тысячу женских трусиков-бикини, делал этикетки «Приходите тогда-то в «Пекин»!» и раскидывал их по столам в ресторане «Марио». Людям это нравилось. И они к нам повалили валом. У нас собиралось до полутора тысяч человек. В гардеробе приходилось вбивать в стену гвозди, так как на всех не хватало вешалок. Я тогда первый привез из Питера Профессора Лебединского. Ублажал его, как мог, чтобы он работал только со мной. Даже устраивал ему досуг в сауне с девочками. Первый в Москве большой концерт Шуры тоже делал я в «Пекине». Филипп Киркоров проводил у нас презентацию альбома «Ой, мама, шика дам». И даже сама Пугачева пела на after-party концерта памяти Татьяны Снежиной. Алла Борисовна вообще была в «Пекине» частым гостем. Приходила туда шпилить в игровые автоматы. Этим увлекалась не только она, но и Кобзон, и Лолита, и Валдис Пельш, и многие другие артисты. Костя Осетин время от времени давал им по 5-10 тысяч долларов в фишках, чтобы они приходили и шпилили у нас. Игровым артистам даже за выступления иногда платили фишками. Все равно они проигрывали у нас свои гонорары. Зная, что Пугачева может увлечься и проиграть миллион, ей давали денег не только в «Пекине». Незадолго до того, как казино закрыли, в заведении «Голден Ринг» Алле Борисовне заплатили 50 тысяч долларов только за то, чтобы она к ним пришла.

 

   Одновременно с «Пекином» я начал заниматься клубом «Карусель» на Тверской. Потом взялся за клуб «Рио» на Кутузовском. Но, пожалуй, самым успешным моим проектом был клуб «Монте-Карло», располагавшийся в здании «Сибнефти» Романа Абрамовича, рядом с гостиницей «Балчуг Кемпински». Учредителями этого клуба были братья Шалва и Александр Чигиринские. А директором – нынешний хозяин кофеен «Кофе Хаус» Тимур Хайрутдинов. Это было элитное место. Там тусовались одни олигархи, мировые звезды типа Спилберга и Рональдо и очень красивые девушки. Больше никого туда не пускали. В клубе было 70 посадочных мест. Но набивалось туда до 300 человек. Чтобы выкачать из гостей побольше денег, я первым в России начал продавать столы – так называемый «депозит». Темы для развлекательных программ высасывались из пальца. Например, отмечали день рождения презерватива. Или якобы разыгрывали «Мерседес», который оказывался детской машинкой. Фактически клуб работал 2-3 часа в сутки. В полночь все собирались. А в 3 часа ночи уже разъезжались по другим клубам. Но с изрядно опустевшим кошельком. Приходилось мне заниматься и весьма необычными проектами. Например, в 2003 году меня попросили раскрутить пляж на Химкинском водохранилище в районе метро «Водный стадион». Я построил там первую в мире плавающую баню. Это было довольно серьезное гидротехническое сооружение на 22-метровом понтоне из двух сваренных труб. В бане стояла настоящая русская печка, которую топили дровами. На корме мы разместили лежаки, чтобы можно было позагорать. А на носу предусмотрели площадку для шашлыков и возлияний человек на 20. За месяц все центральные телеканалы приехали и сняли о моей бане репортажи. Я сам перед камерами парился в ней и с голым задом нырял с понтона в воду. Тогда у олигархов как раз пошла мода на яхты. Они плавали по водохранилищу. Деться им особо было некуда. И они швартовались к моей бане. Однажды какие-то олигархи привезли ко мне на яхте знаменитого итальянского дизайнера Альберто Гуардиани с кучей моделей. Видимо, хотели показать ему русскую экзотику. А когда у Лешки Горобия в клубе «Лето» снимался фильм «От 180 и выше», вся съемочная группа во главе с режиссером Сашей Стриженовым после ночных смен приезжала ко мне попариться и поспать. Стоили наши услуги недешево - 100 долларов в час. Благодаря этому, публика у нас была отборная. Но, наверное, мы зря так завысили цену. Желающих воспользоваться баней было не так много. И через два года я ее продал. Самое смешное, что в рекламе бани давали мой мобильный телефон. Эту рекламу до сих пор находят в Интернете, звонят мне и спрашивают: «Это баня?».


   Несмотря на прежний негативный опыт, в 2005 году меня снова угораздило заняться продюсированием артистов. Саша Цекало тогда привел меня в гостиницу «Орленок», где он ставил очередной мюзикл. Я начал проводить там какие-то концерты. И однажды ко мне обратился с предложением о сотрудничестве муж певицы Любаши. Она была уже признанным хитмейкером. Ее песни пели Пугачева и другие звезды. Но ее собственная певческая карьера с места не двигалась. Я устроил ей в «Орленке» сольный концерт и презентацию альбома. А потом предложил Любаше и ее мужу создать совместную продюсерскую компанию. В июле мы ее зарегистрировали. В августе я нашел инвесторов. А в ноябре уже состоялся концерт Любаши в Кремле. Аренда зала с аппаратурой и реклама обошлись нам в 270 тысяч долларов. Слава Богу, не пришлось платить за телесъемку. «Если у вас будет Пугачева, мы снимем и покажем концерт бесплатно», - сказал нам продюсер канала «Россия» Геннадий Гохштейн. Любаша позвонила Пугачевой. «Да-да, приду, - сказала Алла Борисовна. - А где будет концерт? В Кремле???». Ее удивлению не было предела. Потом с валового сбора мы вернули деньги инвесторам. Правда, не до конца. Все-таки мы ушли на 70 тысяч долларов в минус. Но этот минус того стоил. Любаша получила два эфира своего концерта по «России» - 2 января и 4 ноября, когда вся страна сидела у телевизоров. До этого никто толком не знал, как выглядит Любаша. А после этих эфиров ее сразу стали узнавать. И ее гонорары заметно изменились. Помню, когда я занимался пляжем, ко мне приходил Саша Серов, который тогда переживал тяжелые времена. «Костян, сделай работу хоть за 1200 долларов! – просил он. – Мне самому ничего не надо. Хотя бы музыкантам заплатить, чтобы не разбежались пацаны». А потом Серов собрал Кремль и дешевле, чем за «двадцатку», выступать не соглашался. К сожалению, Любаша не оценила того, что я для нее сделал. И тогда я решил сделать собственный продюсерский проект. Сначала я взялся раскручивать девочку Настю, с которой познакомился на пляже и как раз начал встречаться. Правда, Настя совсем не умела петь. Я нашел ей поющую партнершу, которая записала фонограммы. И еще когда делал концерт Любаши в Кремле, хотел их туда запихнуть. Но партнерша Насти в последний момент отказалась выступать. А выпускать ее на сцену одну мне запретил режиссер Саша Ревзин. «Еще обделается от страха! – сказал он. – Зачем позориться?!». Потом Настя начала заниматься с педагогом по вокалу. И со временем неплохо запела. Но мы с ней расстались как мужчина и женщина. И я переключился на раскрутку другой девушки – Лилианы Лев или, если коротко, Лили. На этот раз я подошел к делу более серьезно. Вместе с композитором Андреем Алексиным записал Лили несколько треков на самой крутой американской студии «Hit Factory». И замахнулся – ни больше, ни меньше - сделать ее известной в Америке.

 

   Параллельно работе по продвижению клубов и артистов я постоянно выступал в качестве организатора отдельных корпоративных мероприятий. Например, свой последний концерт как кабаре-дуэт «Академия» Саша Цекало и Лолита Милявская дали на корпоративе, который я устраивал на даче у Чигиринского в деревне Калчуга на Рублевке. Тогда вся пресса уже писала, что они расстались. Меня несколько раз переспрашивали: «Они точно будут?». Я перезванивал Саше. «Не волнуйся, будем», - отвечал он. Приехали они на разных машинах. Попросили отдельные гримерки. Лолита при этом поливала Сашу самыми последними словами. Саша был более сдержан и достойно все это переносил. Но, когда они вышли на сцену, от всего этого отрицательного накала не осталось следа. Под песню «Маленький» Саша, по традиции, залез Лолите на руки, и она как ни в чем не бывало принялась его укачивать. Многие тогда даже подумали, что их развод – это всего лишь пиар. «Мы же сами видели, как они чуть ли не в десны целовались», - говорили люди. На самом деле им просто заплатили очень неплохой гонорар - 10 тысяч долларов. В то время это была половина стоимости квартиры. Неудивительно, что Саша с Лолитой сразу забыли о своих распрях. Артистов, которые принципиально отказываются работать на корпоративах, единицы. Среди них – Андрей Макаревич, Гарик Сукачев и Земфира. Обычно они выставляют запредельные цены, которые мало кто может потянуть. А все остальные – продажные люди, готовые ради денег выступать перед кем угодно. Однажды мне заказали на дачу к одной из высокопоставленных особ целую группу артистов – Игоря Николаева, покойного Мурата Насырова и других. «А под кого будем танцевать?» - задумался заказчик. Я предложил несколько вариантов на выбор. Заказчик остановился на «Гостях из будущего». Как на грех, в день корпоратива в Москве прошел ломовой снегопад. Все дороги завалило. И «Гости» вместо часа ночи приехали полтретьего. К тому времени с корпоратива почти все разъехались. Остались только две девушки и сам заказчик, который пьяный вдрызг спал за столом. Я разбудил его и спросил, что делать с «Гостями». «Пусть работают!» - потребовал он. Ева Польна и Юра Усачев вышли на сцену с клавишником и двумя танцорами и честно отработали оговоренную программу. При том, что на сцене их было больше, чем зрителей. Чтобы создать видимость праздника, я вышел танцевать с двумя оставшимися девушками. А сам заказчик так и продолжал спать. Время от времени он просыпался и, убедившись, что праздник продолжается, снова отрубался.

 

   С какими-то особыми причудами со стороны заказчиков мне сталкиваться практически не приходилось. Был только случай, когда один богатый человек хотел пригласить Жанну Фриске не петь, а просто поужинать с ним в хорошем ресторане. За это он был готов заплатить ее тогдашний концертный гонорар – 15 тысяч долларов. Но Жанна почему-то ответила отказом. Может быть, у нее тогда уже был какой-то свой олигарх. В принципе, во всем мире ужины с артистами за деньги – обычное дело. И у нас некоторые это практикуют. Та же Лолита не так давно ходила ужинать по цене гонорара. И Аня Семенович не возражала, когда на дне рождения у одного из боссов «Лукойла» после первой песни ее посадили за стол и сказали: «Петь больше не надо. Лучше просто посиди с нами!». Наоборот, она только обрадовалась, что ей представилась возможность потусоваться с Алекперовым и другими серьезными людьми. На том же дне рождения не пришлось петь и Грише Лепсу. Правда, по другой причине. Гриша сразу предупредил, что в этот день он снимается в шоу «Две звезды» на Первом канале, и у него будет только час свободного времени. Но, как обычно, все затянулось, и за час его так и не выпустили на сцену. Ему уже нужно было уезжать на телевидение. «Ну, выйди хотя бы на 5 минут! – стали упрашивать Гришу. – Поздравь именинника и спой одну песню! Чтоб он видел, что ты был». А в это время один уважаемый человек начал без остановки говорить тост за тостом. Прошел еще час. Гриша уже не находил себе места. В конце концов, именинник сказал: «Ладно! Говорит мой босс. Прервать его я не могу. Пусть Лепс уезжает!». И даже не стал требовать вернуть гонорар. Что было абсолютно справедливо, поскольку Гриша приехал вовремя и был готов петь. Бывает, наоборот, сами артисты начинают чудить и срывают выступления. С некоторыми из-за этого не очень любят связываться. Например, совершенно непредсказуем Юрий Антонов. Если у него заболит голова, и что-то случится с его кошечками, он может все похерить и забить на выступление. Владимир Кузьмин и Шура по бухлу нередко подводят. Один раз и я попал в такую ситуацию. Несколько лет назад я организовывал серьезный новогодний корпоратив в Экспоцентре на Красной Пресне с участием Киркорова, Меладзе и многих других звезд. Завершать программу должен был Сергей Шнуров со своей группой «Ленинград». В разгар корпоратива мне позвонил один мой коллега, у которого они работали до меня. «Шнур в хлам пьян, - сообщил он. – Можешь его не ждать. Он не приедет». Я поставил об этом в известность заказчика. «Пусть его в любом состоянии – хоть живого, хоть мертвого – привозят и выпускают на сцену!» - настаивал заказчик. Но директор Шнура, видимо, не желая позориться, наотрез отказался его везти и предложил мне приехать к ним в гостиницу «Украина» и забрать гонорар – 40 тысяч долларов. Чтобы спасти положение, я позвонил Верке Сердючке, которая как раз только отработала на другом корпоративе и еще находилась в гриме и костюме, и за те же деньги срочно вызвал ее на замену. К счастью, гости в Экспоцентре уже напились, и им было все равно, кто для них пел.

 

   Михаил ФИЛИМОНОВ («ЭГ» № 4, 2013)







[1] [2] [3] [4] [5] [6] [7] [8] [9] [10] [11] [12] [13] [14] [15] [16] [17] [18] [19] [20] [21] [22] [23] [24] [25] [26] [27] [28] [29] [30] [31] [32] [33] [34] [35] [36] [37] [38] [39] [40] [41] [42] [43] [44] [45] [46] [47] [48] [49] [50] [51] [52] [53] [54] [55] [56] [57] [58] [59] [60] [61] [62] [63] [64] [65] [66] [67] [68] [69] [70] [71] [72] [73] [74] [75] [76] [77] [78] [79] [80] [81] [82] [83] [84] [85] [86] [87] [88] [89] [90] [91] [92] [93] [94] [95] [96] [97] [98] [99] [100] [101] [102] [103] [104] [105] [106] [107] [108] [109] [110] [111] [112] [113] [114] [115] [116] [117] [118] [119] [120] [121] [122] [123] [124] [125] [126] [127] [128] [129] [130] [131] [132] [133] [134] [135] [136] [137] [138] [139] [140] [141] [142] [143] [144] [145] [146] [147] [148] [149] [150] [151] [152] [153] [154] [155] [156] [157] [158] [159] [160]

 




 

 

Памятные даты

 

 

 

23.03.1913 родился Алексей Иванович Димитриевич (он же Алеша Дмитриевич), певец ("Я милого узнаю по походке", "Эмигрантское танго", "Пора собирать чемоданчик") (умер 21.01.1986).

23.03.1934 родился Евгений Исаакович Клячкин, бард ("Об утреннем городе", "Прощание с Родиной", "Предупредительная песня") (погиб 30.07.1994).

24.03.1900 родился Иван Семенович Козловский, оперный певец ("Борис Годунов", "Евгений Онегин", "Лоэнгрин"), участник музыкальных фильмов ("Борис Годунов", "Поэма о море", "И жизнь, и слезы, и любовь") (умер 16.12.1993).

24.03.1906 родилась Клавдия Ивановна Шульженко, певица ("Синий платочек", "Давай закурим", "Вальс о вальсе"), участница музыкальных фильмов ("Концерт фронту", "Веселые звезды") (умерла 17.06.1984).

24.03.1950 родился Александр Николаевич Буйнов, певец ("Пустой бамбук", "Падают листья", "Мои финансы поют романсы"), экс-участник ВИА "Скоморохи", "Аракс", "Цветы" и "Веселые ребята".

24.03.1954 родился Александр Николаевич Серов, певец ("Мадонна", "Ты меня любишь", "Я люблю тебя до слез"), участник музыкальных фильмов ("Сувенир для прокурора").

24.03.2017 всемирный день борьбы с туберкулезом.

25.03.1937 родилась Мария Леонидовна Пахоменко, певица ("Сегодня праздник у девчат", "Чудо-кони", "Сладка ягода"), жена композитора Александра Колкера.

25.03.1945 родился Георгий Рубенович Мамиконов, солист группы "Доктор Ватсон".

25.03.1956 родился Нахим (он же Ефим) Залманович Шифрин, актер, исполнитель песен ("Везмер, мамочка моя", "Тум-балалайка").

25.03.1963 родилась Татьяна Борисовна Разина (она же Татьяна Корнеева, она же Каролина, она же Таня Тишинская), певица ("Мама, все о`кэй"), жена продюсера Степана Разина.

25.03.1967 родился Вадим Евгеньевич Покровский, участник группы "Два самолета" (умер 24.09.2003).

25.03.1975 родился Марат Вахитович Чанышев, солист группы «Группа ПМ», экс-солист группы «Премьер-министр».

25.03.1989 умер Марис Рудольф Эдуардович Лиепа, артист балета ("Лебединое озеро", "Жизель", "Спартак"), участник музыкальных фильмов ("Могила льва", "Четвертый", "Детство Бэмби") (родился 27.07.1936).

26.03.1946 родился Владимир Петрович Пресняков, саксофонист, экс-участник ВИА "Самоцветы", отец певца Владимира Преснякова-младшего.

26.03.2011 умер Александр Александрович Бырыкин (он же Барыкин), композитор и певец ("Чудо-остров", "Программа передач на завтра", "Я буду долго гнать велосипед"), экс-участник ВИА "Веселые ребята", один из создателей группы "Карнавал" (родился 18.02.1952).

27.03.1860 житель Нью-Йорка М. Л. Бирн запатентовал штопор.

27.03.1915 родилась Вероника Михайловна Тушнова, поэт ("Не отрекаются любя", "А знаешь, все еще будет", "Я желаю тебе добра") (умерла 07.07.1965)

27.03.1927 родился Мстислав Леопольдович Ростропович, виолончелист, дирижер, муж певицы Галины Вишневской, бывший любовник певицы Зары Долухановой (умер 27.04.2007).

27.03.1961 родился Никита Борисович Джигурда, актер, исполнитель песен "под Владимира Высоцкого", муж фигуристки Марины Анисиной.

27.03.1967 родилась Алика Вениаминовна Смехова, актриса, певица ("Не перебивай"), участница музыкальных фильмов ("Кикс"), дочь актера Вениамина Смехова.

27.03.1968 умер Борис Андреевич Мокроусов, композитор ("Снова замерло все до рассвета", "Когда весна придет, не знаю", "Вологда") (родился 27.02.1909).

27.03.1985 родился Дмитрий Владимирович Голубев, участник "Фабрики звезд-3", экс-солист детского ансамбля "А+Б", группы "Пацаны" и группы "КГБ".

27.03.1987 родилась Полина Сергеевна Гагарина, участница "Фабрики звезд-2", дочь солистки ансамбля "Березка" Екатерины Мучкаевой, экс-любовница солиста группы "Премьер-министр" Вячеслава Еськова.

27.03.1987 родилась Мария Викторовна Ржевская, участница "Фабрики звезд-2" ("Когда я стану кошкой"), дочь актеров Виктора Ржевского и Екатерины Лариной, сожительница "правой руки" Игоря Крутого Вячеслава Кормильцева.

27.03.2017 международный день театра.

27.03.1946 родилась Ольга Борисовна Молчанова, продюсер, сценарист, создатель и руководитель телепрограммы "Шире круг".

28.03.1868 родился Алексей Максимович Пешков (он же Максим Горький), писатель, музыкальный критик, автор определения "джаз - музыка толстых" (умер 18.06.1936).

28.03.1881 умер Модест Петрович Мусоргский, композитор ("Блоха", "Трепак", "Детская") (родился 21.03.1839).

28.03.1923 родился Михаил Леонидович Анчаров, писатель, автор песен ("Стою на полустаночке") (умер 11.07.1990).

28.03.1943 умер Сергей Васильевич Рахманинов, композитор, пианист-виртуоз (родился 01.04.1873).

28.03.2006 умер Борис Васильевич Матвеев, барабанщик-виртуоз, "звезда" оркестра Эдди Рознера, участник музыкальных фильмов ("Карнавальная ночь", "Время жестоких") (родился 24.04.1928).

29.03.1899 родился Лаврентий Павлович Берия, политический деятель, в 1938-1953 министр внутренних дел СССР, покровитель Зои Федоровой и других деятелей искусств (расстрелян 23.12.1953).

29.03.1908 родился Владимир Аркадьевич Канделаки, оперный певец, участник музыкальных фильмов ("Цирк", "Парень из нашего города", "Верую в любовь") (умер 03.1994).

29.03.1925 родилась Людмила Алексеевна Лядова, композитор ("Чудо-песенка", "Ай-люли"), бывшая партнерша по сцене певицы Нины Пантелеевой.

29.03.1968 родился Владимир Владимирович Пресняков, певец ("Зурбаган", "Спит придорожная трава", "Стюардесса по имени Жанна"), участник музыкальных фильмов ("Она с метлой, он в черной шляпе"), сын участников ВИА "Самоцветы" Владимира и Елены Пресняковых, бывший муж Кристины Орбакайте, сожитель участницы "Фабрики звезд-5" Натальи Подольской.

 

 
 
 

Купить дешевые авиабилеты онлайн